История одного человека - Илья Алексеев

К своему счастью, мне не приходится долго ждать свой автобус. К тому же в окне замечаю широколобую, лохматую, светловолосую голову Санька с сонными серными глазами, уставившимися в землю и пустое место рядом с ним. Заскакиваю в шестидесятый маршрут, попутно расталкивая всех на своем пути. Подсаживаюсь к нему, протягивая руку в знак приветствия. А он глядит на меня недоуменно, словно знать – не знает меня. Но несколько мгновений спустя все же неуверенно жмет мою руку. Подмечаю, что рукопожатие его слабее обычного. Видимо, еще исхудал. Хотя Саня и без того тощий. Сколько раз я его пробовал затащить с собой в тренажерный зал и пару раз мне даже удалось, однако ненадолго. Через пару месяцев все равно бросал. Но без этого он, конечно, все равно остается прекрасным собеседником и другом, готовым придти на помощь в любую минуту дня или ночи.

Не понимаю, как люди могут жить без спорта, без сладкой боли в мышцах после тяжелой работы на тренировке? Когда стоишь под теплыми струями воды в душе изнеможденный и залипаешь в одну точку на кафеле. Когда мыслей в голове нет, ведь даже думать не осталось сил, а желудок урчит, требуя восстановления потраченной энергии. Как же можно не любоваться промежуточным этапом после тренировки, когда мышцы в тонусе и набухли, смотреть на них, восхищаться ими. Конечно, всего этого у начинающего может не быть. Однако хотя бы крепкий сон, как награда за труды тоже неплохое вознаграждение.

– Какими судьбами в универ? – смеется Саня. И не без причины, ведь я редко езжу на первые пары после дня тренировки, давая больше времени мышцам на рост.

– Такими же, как и ты: создавать иллюзию учебы, – в ответ отшучиваюсь я.

– Разве в тренажерном зале не был вчера?

– Был.

– И как успехи.

– Сто тридцать пожал.

– Круто.

И как-то разговор дальше не задается. Наверное, потому что мы оба хотим спать, но отчего то не озвучиваем вслух свои желания. Саня отворачивается и продолжает дремать, а я вставляю наушники в уши, чтобы никто не мешал, и также принимаюсь дремать.

Просыпаюсь от легкого толчка в плечо. Раздражение пробегает по телу током. Так не хочется выходить на улицу, когда пригрелся на теплом местечке в автобусе.

Еще один толчок. Открываю глаза и достаю из уха наушник, попутно раздраженно отвечая другу:

– Да не сплю я, не сплю.

Поднимаюсь и своей накаченной грудью втыкаюсь в женщину преклонного возраста. Раздраженно гляжу в ее затылок, словно пробуя прожечь его своим взглядом. А впереди нее еще толпа из таких же пенсионеров как она. В такие моменты мучает единственный вопрос: «Куда их черт в такой ранний час несет?». Чтобы как-то отвлечься от своей раздраженности, обращаюсь к другу:

– Что у нас сегодня по парам?

– Газ и вентиляция.

Надо взять за правило узнавать какие будут пары до того момента, как выйти из дома. А то попадаю на пары, на которых от скуки вешаться хочется.

– Ну и нафига я поехал? – иронизирую я, смешливо и с ноткой грусти гляжу на Саню, а он в ответ лишь пожимает плечами.

Пока болтали с другом, толпа начала плавно выходить из автобуса, и мы за ней.

Площадь имени Карла. Каменное сердце нашего безумного города. Люблю я здешние места, даже не знаю за что. Как-то спокойно, несмотря на непрерывные потоки машин и людей по его венам-улицам. Особенно прекрасно здание магазина «Кристалл» с его черными зеркалами, в которых не лишний раз можно увидеть себя в пуховике, придающем мне несколько сексуальных сантиметров в объеме груди и рук, что несомненно так любят девушки.

3. Александр

Аудитория, освещаемая люминесцентными лампами советского производства, ведь небесная хмурость не позволяет облить белые стены золотом света. Немолодой преподаватель в красной кофте ходит вдоль доски по белому постаменту, рассказывая нам о газопроводах. Мы с Андрюхой спрятались в трех партах от Камчатки за спины одногруппников, чтобы спокойно заниматься своими делами.

За прослушиванием скучной лекции вдруг ловлю себя на мысли, что запутался в уготованной мне ловушке-идее. До этой минуты у меня не возникало сомнения в том, кто же живет в Зазеркалье: мы или они? Ведь мы для них такое же отражение, как и они для нас.

А вдруг мне однажды удастся заглянуть за зеркало, увидеть неизвестный параллельный мир? Остановлюсь однажды, проходя мимо черных зеркал магазина «Кристалл», коснусь его и зеркальная гладь содрогнется подобно водной. Смогу ли я тогда удержаться от соблазна перейти на ту сторону? Вряд ли. Ведь я знаю свою человеческую сущность с ее безмерным любопытством, как и трусостью. И что же увижу там? Такого же парня, как и я, погруженного головой в зеркало или другую страну: Германию, например?

– Эй, – слегка толкает меня локтем Андрей, – ты чего завис?

Поворачиваю голову и натыкаюсь на смешливый взгляд друга.

– Да ни о чем, – отвечаю ему, не желая пересказывать свои мысли Андрюхе, да и зачем? Все равно не отнесется к ним с таким же трепетом, с каким отношусь к ним я, и не потому что он глупый. Нет, парень смышленый, однако далекий от всех моих разглагольствований о параллельных мирах.

– Твоя тебе все так же не дает?

– Ты уже третий год задаешь один и тот же вопрос. Самому надоело. И с чего ты решил, что в отношениях обязательно нужен секс? – начинаю горячиться я, устав от одного и того же вопроса. Вроде взрослый человек, а не понимает таких простых истин. – Если бы лишь одним желанием секса я был движим, то выбрал бы любую из красивых девушек, каких, слава Богу, много. И не стал бы тогда ждать больше трех лет, чтобы в полной мере овладеть ее телом.

Думаешь за все годы, что встречаюсь с ней, я ни разу не помышлял об измене с какой-нибудь красоткой, которая с радостью отдастся мне? Иногда даже ни раз на дню. Однако понимаю на какие невыносимые душевные муки тогда обреку себя после секса, когда похоть снимет, как рукой. Я в один момент потеряю друга и родственную душу, а ведь духовное куда важнее телесного. Это как с конфетой: красивая упаковка не гарантирует вкусную конфету, – на протяжении всего монолога я не отвожу взгляда от Андрея, постоянно выискивая и находя с ним зрительный контакт. Однако мне кажется он не особо воодушевился моей пламенной речью. – А ты почему себе девушку не найдешь? – спокойно задаю ему такой же колкий вопрос.

– Да… как-то не до того, – заминается Андрюха, рукой разминая шею. – Учеба, кача… Времени совершенно нет.

– Какая учеба? Ты на парах почти не бываешь, – смеюсь я.

– Да ладно тебе, пару пар пропустил, а уже в прогульщики записал, – оправдывается друг полушутя.

– Пару десятков пар пропустил, – продолжаю я. – Но вернемся к теме с подбором тебе девушки. Почему бы тебе не попробовать варианты под боком? Янка, например.

Андрюхин взгляд на мгновение замирает на шатенке с мягко опускающимися на плечи волосами и миловидным курносым носиком. Она сидит полубоком к нам у окна в трех партах впереди нас и о чем-то болтает с подругой. Ее лицо наполовину скрывает челка, падающая на глаза и мешает нам с другом в полной мере оценить девичью красоту.

– У нее вроде парень есть, – отмахивается Андрюха.

– Разве? – недоуменно гляжу то на него, то на нее не в силах припомнить, хотя бы одно упоминание о мифическом парне Яны. – Тогда Анька.

Мой друг переводит взгляд на еще одну шатенку. Длинноволосую, с большими выразительными глазами и пышной грудью, сидящую на противоположном ряду от Яны.

– Да не, я шатенок не особо люблю, – его лицо сморщивается, словно пару кислых лимонов съел.

– Тебе не угодишь, – тяжело вздыхаю я. – Ты для начала определись с типажом, который тебе нравится… Хотя не, давай начнем с цвета волос, а то опять не угожу: найду блондинку, а окажется, что тебе блондинки не по вкусу, – сквозь зубы иронизирую я.

– Рыжие, – выдает Андрюха.

– Ты серьезно? – злобно усмехаюсь я, вспоминая, что в двух ближайших потоках из рыжих найдется только одна девушка и та весом с центнер, поэтому до выяснения какой она прекрасный человек у них дело вряд ли дойдет.

– Да, а что? – с холодным спокойствием отвечает мне друг, словно для меня его ответ не должен был быть неожиданным.

– Ты вот одним этим критерием похоронил все мои поиски.

– Сань, да ты не парься, – успокаивает друг.

– Время не парится ушло. Тебе уже двадцать два в этом году будет, а ты еще даже не целовался ни разу. Ну разве это дело? – по-дружески щемит сердце мне за друга.

– В армию схожу, а там уж разберемся. Зачем сейчас-то париться?

– Не знаю, может ты и прав, а в магистратуру не пойдешь?

– Возьмут – пойду, а нет – так и не сильно хотелось.

– Так понимаю ты тоже не планируешь идти по профессии работать? – с каплей грусти за наше образование спрашиваю я.