Правда о «золотом веке» Екатерины - Андрей Буровский

Невероятный «заворот мозгов», когда, по сути, вся верхушка общества не очень–то понимала, куда вообще надо плыть и каких берегов держаться, — тоже закономерный результат деятельности Петра.

В результате в 1725 году Российская империя оказалась в совершенно удивительном состоянии, и искусственного общества, выдуманного в кабинетах немецких философов, в ней не построили. И того общества, которое существовало до Петра, тоже уже не было. Весь «период дворцовых переворотов» — это попытки нащупать какой–то выход из тупика и выработать новую общественную идеологию и новый способ общежития.

Так каково же было наследие царя, которого подданные частенько кликали Антихристом? И тесно связанный с ним вопрос — почему «на выходе» периода дворцовых переворотов сложилось именно такое состояние общества, какое оформилось при Екатерине II? Случилось ли единственное, что могло случиться с Россией в ту же эпоху, или из бардака, смуты, безобразия могли родиться и другие типы общества, государства с другим строем и другие варианты русской культуры?

Часть I

НА РАЗВИЛКЕ ИСТОРИИ

— Я говорю, у тебя какая–нибудь идея есть? Как отсюда выбираться?

— Что ты, Алешенька!.. Какие уж тут идеи! Это же Юпитер. Я как–то даже и не слышал, чтобы отсюда выбирались.

Глава 1

ЦАРЁНЫШ

Все утрястись могло с теченьем времени,

Порядок мог вернуться в русский быт.

Полудети и дети на троне — особая тема. Их судьбы производят тяжелое впечатление, и не только в российской истории, как нетрудно понять.

…В 476 году по Рождестве Христовом императором Западной Римской империи стал патриций по имени Ромул Август. От империи давно отпала и Британия, и Галлия, и Африка, в самой Италии хозяйничали вестготы, а Рим грабили то готы, то вандалы. Сам титул императора мало что значил, потому что императоров давно уже ставили и свергали дружины германских наемников, сражавшихся под предводительством своих племенных вождей. Ромул Август с самого избрания Сенатом оказался заперт в городе–крепости Равенне, но и в ней просидел недолго, около полугода. Потом его зарезал вождь племени скиров Одоакр, — германцам наскучило играть в подчинение императору–марионетке.

Регалии императора Западной Римской империи, скипетр и державу, Одоакр отослал в Восточную Римскую империю, в Константинополь, и велено было императору передать на словах, вручая ему скипетр и державу:

«Не может быть на небе двух солнц, не может быть двух императоров».

Получается, что Римская империя началась с Ромула Августа, им и закончилась. Последнему императору Римской империи было 17 лет, и в народе его прозвали Августул, что можно перевести как «Августенок» или «Августёныш».

Если он «Августёныш», то как назвать царя Петра Алексеевича, полного тезку своего страшного деда, вступившего на престол Российской империи в 1727 году? Вероятно, царенком или царёнышем — самое точное название. Но этот царёныш, полуребенок на троне, не проживший и 15 лет на белом свете, успел сделать поразительно много.

Его судьба не только заставляет болезненно сжиматься сердце, но и вызывает в памяти другую историю, и тоже из последних лет Великого Рима. Перед битвой на Каталуанских полях, стремясь остановить страшных гуннов, военный диктатор Рима Аэций производит смотр войскам. Он идет вдоль шеренг, в которых стоят греки, германцы разных племен, кельты, иберы, реты, исавры, дикие горцы с Корсики, славяне. И вдруг он видит в строю мальчика лет 16—17, который едва удерживает вертикально тяжелое боевое копье.

- А ты что здесь делаешь?! Ты кто?

- Я римлянин. Я иду воевать за Рим.

- Ха–ха–ха! А ты знаешь, как меня называют?! Последний римлянин! Во всей этой армии только мы с тобой — римляне, уверяю тебя!

История умалчивает о том, вернулся ли мальчик с Каталуанских полей, и если да, то как сложилась его судьба.

Но и в мае 1727 года мальчик Пётр оказался единственным наследником престола, единственным Романовым, происходящим по прямой линии от Петра Алексеевича и от Алексея Михайловича. Единственный мужчина в семье. Мужчина одиннадцати лет.

Немец по матери, сын Софьи Шарлотты Бланкенбургской–Вольфенбюттельской, он появился на свет как составная часть внешней политики своего деда, в честь которого и назван. Дед хотел связать свою династию как можно большим числом династических связей с немецкими князьями и заставил постылого сына, Алексея, жениться на старательно подобранной ему иностранной невесте.

Круглый сирота — мать умерла вскоре после рождения малыша, отец казнен… вернее, приговорен к смертной казни за «измену», которой никогда не совершал. По официальной версии «пополудни в б часу, будучи под караулом… преставился от жестокой болезни, которая вначале была подобна апоплексической». Так объясняли причину смерти Алексея послам иностранных государств. В Петербурге же сразу заговорили о том, что царевич не выдержал мучений и скончался «от истощения сил». Говорили и о том, что царевичу «отворили жилы». И что Пётр собственноручно отрубил ему голову. Никто не верил, что смерть царевича была естественной.

Произошло это уже после того, как 127 членов специальной комиссии дружно проголосовали за смертную казнь Алексея: при том, что в это время даже еще и обвинение не сформулировано! Сама комиссия и формулирует: мол, Алексей «намерен был овладеть престолом чрез бунтовщиков, чрез чужестранную цесарскую помощь и иноземные войска, с разорением всего государства». В дальнейшем именно эту формулу будут использовать для оправдания Петра и осуждения Алексея. Он, мол, вот что хотел учинить! Но все сказанное — полнейшая ложь, ничего подобного о себе Алексей Петрович не рассказывал. Все это от начала до конца — выдумка особой комиссии, созданной Петром специально для суда над сыном.

И Петру, и Алексею, и членам комиссии предельно ясно, что Алексея попросту не в чем обвинить и что он ни в чем не виноват. И во время, и после заседания особой комиссии его продолжают страшно пытать — авось он сам подскажет, как «пришить» ему обвинение в государственной измене?! Приговор вынесен 24 июня 1718 года. Но и 25, и 26 июня Алексея опять пытают; 26 июня — в присутствии Петра. О чем шла речь на этот раз, что сказали друг другу висящий на дыбе сын и стоящий перед ним отец, нам неизвестно.

Конечно же, мы до конца не знаем, что произошло в Петропавловской крепости 26 июня 1718 года, «пополудни в 6 часов». Известно, что в тот же день к вечеру царевич Алексей скончался, и сохранилось письмо Александра Румянцева, где он откровенно похваляется — мол, это он вместе с Ушаковым, Толстым и Бутурлиным задушили царевича подушками. Правда это, или Румянцев захотел похвастаться доверием к нему Петра и выполнением важных поручений, сказать трудно.

Невольно возникает подозрение — а не боялся ли публичной казни Пётр? Не боялся ли он того, что может крикнуть с эшафота его «слабодушный» сын? Может быть, была и прямая угроза со стороны Алексея — мы ведь не знаем, о чем говорили Пётр и Алексей за несколько часов до удушения сына ближайшими подручными отца.

На следующий день после смерти Алексея Пётр принимал поздравления по случаю годовщины Полтавской битвы, потом торжественно обедал и веселился. Перед погребением Алексея он праздновал свои именины и отмечал спуск на воду нового корабля веселым фейерверком. Впрочем, Пётр, наверное, и впрямь имел причины радоваться: ведь он сумел перехитрить уже вроде бы сбежавшего за границу, уже почти спасшегося сына и убить его!

В год, когда дедушка убил его папу, Петру Алексеевичу исполнилось всего три года. В день смерти отца даже и трех лет не исполнилось, потому что родился–то он 10 октября 1715 года, а царевича Алексея убили 26 июня (или он сам скончался от мучений, от тоски, от «истощения сил» или покончил с собой — существует и такая, хотя и плохо обоснованная версия).

ПОСАЖЕНИЕ НА ТРОН

Несомненно, Пётр Алексеевич уже в 1725 году имел самые прямые, самые бесспорные права на престол. Тогда он на престол не сел, потому что так надо было сгрудившимся около трона выскочкам, и в первую очередь — Меншикову.

И в 1727 году он сел на престол деда и прадеда вовсе не потому, что имел какие–то там права, и тем более не потому, что обладал какими–то прекрасными душевными качествами. Отнюдь нет! Все несравненно проще: Меншиков нашел способ сделать так, чтобы и волки были сыты, и овцы целы (или, в другой редакции этой же поговорки — чтобы и волки сыты, и шерсти много). Способ был простой — сделать Петра Алексеевича императором, но так, чтобы сам Меншиков на том ничего не проиграл бы, а выиграл. Как?! А очень просто — надо выдать свою дочку за Петра Алексеевича.