Золотой день - Тимур Шакиржанович Касымов

взять себя в руки, тем сильнее был в конце концов взрыв – взрыв неудержимого, истерического хохота. Ему было стыдно пару секунд, а потом он плевал на всё и смеялся вволю. И конечно всегда наживал неприятности – вызов родителей и заниженные оценки были самыми частыми из них.

Ровно в девять Ирина Михайловна залетела в кабинет, крикнула: «Всех приветствую!», грохнулась в своё кресло и прижала сумочку к груди. Потом заявила:

- Даник, я болею, загрипповала. А сегодня как назло Собрание Совета Директоров. Два главных акционера будут.

Данияр напрягся и весь обратился в слух.

- Я должна была презентацию им представить, - продолжала Мамуля, - о переходе на 1С 8, объяснить какие выгоды от этого компании. Но куда уж я со своим шмыганьем и чиханьем теперь пойду. Ты вместо меня не сходишь?

«Как будто я могу отказаться, - подумал наш герой».

- А не солидней будет, если Ляззат Дуйсеновна пойдёт? Она всё-таки ваш зам, - сделал он попытку выкрутиться. Благо названной дамы ещё не было на месте.

- Да она то что… Уже о покое думает, взрослая женщина. А тебе полезно будет. И на Совете первый раз поприсутствуешь, - сказала главбух то, что Данияр и ожидал услышать.

- Хорошо, Ирина Михайловна, всё сделаю, - ответил обреченный. - Файл мне перекинете?

- Да, лови. Там на десять слайдов всего презентация и пояснилка к ней на пять листов. Ты разберёшься, ты это всё знаешь, - ответила довольная Мамуля и чихнула, убив этим разбрызгивающим микробов действием всякую надежду на то что она передумает.

Данияр зашёл на почту, скачал присланные файлы - один паверпойнт, второй вордовский, - устроился на своём стульчике поудобней и начал ознакамливаться.

Пятнадцать минут хватило на то, чтобы понять все эти рисунки, схемы и смайлики и ещё столько же ушло на ознакомление с вордовской писаниной (или печатниной). Через полчаса он мог легко и доступно объяснить презентацию своими словами.

«Технически я готов, душевно ни черта, - думал наш герой. - Это же какие люди соберутся… Атмосфера будет архисерьезная и наэлектризованная. А что, если я там…»

Но он гнал от себя эти мысли.

«И правда, чего я боюсь – последний взрыв смеха был три года назад, когда я дипломную сдавал. С тех пор ничего, - попробовал утешить Даник себя».

Злой дух был тут как тут: «А были у тебя в эти три года такие ситуации?»

Бледный бухгалтер с ужасом понимал, что не было... Были конечно мелкие смешки, подхихикиванья, когда кто-нибудь из руководителей отделов в тихой обстановке своего кабинета давал ему указания или нужные сведения. Но наш герой всегда умел их замаскировать: начинал смеяться и кашлял или делал вид, что поперхнулся. А если уж вырывалось наружу, то говорил что-нибудь типа: «Да этот Ернур (из отдела статистики) или Канат (помощник аварийного комиссара) рассказали с утра историю смешную, а сейчас, блин, взял и вспомнил её». В общем, эти мелкие казусы он в расчёт не брал.

На обеде аппетит изменил Данику, и он без удовольствия ел мамин плов из своего узелка. А ведь это блюдо было одним из его любимейших…

Обедал он как обычно со своим лучшим другом Алишером – высоким крепким парнем, специалистом юридического департамента, и друзьями рангом пониже – щупленьким Мади - айтишником и слегка полноватым Стасом – из отдела статистики. Располагались они всегда в большом общем зале страхования, где во время обеда было пусто и лишь изредка забегали такие же экономные работники (приносящие обед с собой), как наши друзья – чтобы набрать воду из диспенсера или подогреть еду в микроволновке.

Разговор чаще всего крутился вокруг спорта - бои без правил, бокс, футбол, - и девушек. Сегодня выбор пал на вторую тему. Алишер объяснял свою точку зрения на взаимоотношения с прекрасным полом, в корне отличную от мнений Мади и Стаса.

- Нет, ну если она только того и ждёт, чтоб ты признался ей в любви, или как-то по-другому сделал отношения более официальными, что тебе трудно, что ли? - доказывал Алишер Стасу, смакуя свои домашние голубцы. - С тебя же не убудет. А ей для совести и для общества надо – мол, она не распутная, она с парнем, почти женихом гуляет.

- Ну уж нет, я врать не могу. Если для «этого» только девушка нужна, я ей сразу это показываю, - не соглашался Стас. - А обманывать, чтобы получить удовольствие я не стану.

- Ах ты, преподобный дуралей! - не унимался Али. - Да ты же и себя и её удовольствия лишаешь, радость в этот мир не привносишь. Ты пойми: ей для совести надо, она сама себе будет врать, что отдавалась по любви.

Вмешался Мади:

- Тебя послушать, так все девушки распутные. Моя Айданка, например, не будет себе врать. У нас всё по-настоящему.

- Да твоя мисс Экибастуз-2000… - начал Али атаковать отношения Мадишки и осёкся, увидев предостерегающий взгляд Данияра - решил не портить юному Ромео настроение. - Вы меня тут частными случаями не грузите, я общее правило говорю. И чем быстрее вы его уясните, тем лучше. Девчонки, так же, как и мы, хотят погулять, но общество их не особо поощряет в этом. Издавна. Тех, кто усердствуют в гулянках, сами знаете, как называют. И что же бедным барышням делать? Природа ведь требует. Вот и приходится им придумывать всякие официальные отношения, любовь. Я ведь не говорю, что это плохо.

- Думаю, Алишер всё-таки прав, - принял наконец сторону Данияр. - Но не советую заводить такие разговоры при девушках.

Все засмеялись.

- Как же я хочу встретить чистую и достойную девушку. Чтобы у нас с ней была настоящая любовь, - мечтательно проговорил Стас, заканчивая свой обед.

- Непременно встретишь – кто ищет тот всегда найдет, - улыбнулся Алишер. - А я тем временем буду приносить радость всем подряд.

-Циник! – ругнулся Стас. – Ладно, я к себе, уже без десяти. Мади, идёшь?

- Иду, иду, подожди, - ответил айтишник, собирая свою посуду в пакет.

Ребята ушли. Алишер закрыл свой контейнерок.

- Иногда у меня складывается ощущение, что я говорю в каком-то другом измерении, - пожаловался он Данику. - Особенно со Стасом. Он плохо воспринимает информацию или я неправильно