Коридор огней меж двух зеркал (Повесть вторая) - Николай Полунин

несколько случаев, когда в исследовательских центрах, как

частных, так и государственных, производились, пока единично,

аналоги андроидов Балтерманца, Так ли это?

- К сожалению, так. Однако все эти исследования

производились исключительно частными лицами, на свой

собственный страх и риск, и были раскрыты еще на стадии

подготовки к изготовлению андроидов как таковых.

- Утверждают, между тем, что новые андроиды уже

производятся военными и используются для секретных

экспериментов в своих закрытых центрах. Называется ряд

территорий бывших баз ВВС США в Европе. Ходят такие слухи о

сенсационных результатах этих опытов, якобы Балтерманц не

успел или не захотел в свое время заниматься исследованиями

уже собственно андроидов, а возможности, скрытые в них,

колоссальны. Что здесь правда, а что домыслы?

- Домыслы все. Повторяю: ни одного нового андроида за

последние пять лет построено не было. Более того. Все

неудавшиеся, подчеркиваю, попытки мотивированы их инициаторами

как желание изучить дополнительные возможности выявления, и

только.

- И эти ответы были признаны удовлетворительными?

- .........

- Доктор Пиков, ответьте, пожалуйста, на мой вопрос.

- Не всегда".

Из интервью д-ра Нестора Пикова, члена Специальной

экспертной группы Европарламента, одного из лидеров

консервативной оппозиции

На мгновение глаза застлала серая муть, машина дрогнула, почуяв, что ее готовы выпустить из рук. Питер сжал руль, тряхнул головой, раз, еще раз. Что это? Что это было? Обморок? Это у него-то? Господи, что со мной творится такое? И какой-то шепоток полувнятный... "мозг"... что-то там еще... Та-ак. Оч-чень интересно. Так. Ладно. Это потом. Он приспустил стекло, сплюнул подкатившую горечь, ткнул в сенсор, стекло въехало обратно в паз. Потом. Но надо же... Все, все, решил же потом. Так. Что я подумал важное? А, да. Про Перси. Ничего-то я не выяснил. Хотя с другой стороны - ну, погиб человек, ну, друг погиб, это, в конце концов, бывает с друзьями, так что ж теперь. Не все ли равно - год назад или пять? Что теперь-то лезть в горячее, вспомни, ты же сам не хотел. А?

- Я и сейчас не хочу, - сказал он вслух.

Дважды за время своей работы на фирму Питер испытывал необоримое желание дать Папе, патрону и благодетелю, в морду. Сейчас он испытывал такое желание в третий раз.

Ровно сутки назад, почти минута в минуту, у Папы глаза на лоб полезли, когда Питер вошел к нему в кабинет.

- Пит, я вас не вызывал, - это было первое, что пришло ему на язык. Затем: - Лина напутала? - Затем: - Но я чертовски рад видеть вас. Здравствуйте.

- Здравствуйте, Лео. Теперь сколько мне ждать, покуда вы предложите кресло?

- Разумеется, садитесь, что за церемонии, не узнаю вас.

- Спасибо.

- Ну, я не в том смысле, что вы сразу... Просто обычно вас не дозовешься.

- Я жертвую отпуском ради общего дела. А вообще, Лео, мне нравится система "день за днем". В следующий раз пошлите меня на Юпитер. Ладно. Что клиент?

- Еще теплый.

- Лео, я серьезно. Послушайте, мне интересно, чем все кончилось. Претензии. Благодарности. И потом, гонорар мне причитается вне зависимости от общего исхода операции - вы еще помните этот пункт нашего с вами контракта?

- А то вы не получили.

- Неважно, должен я поскандалить, нет?

- Ага, - сказал Папа, - я так понимаю, что вы ходите вокруг да около. Сейчас Лина принесет выпить, и мы... - Питер сделал протестующий жест. - Ах, я забыл. Конечно. Стакан молока...

- Не надо. Молоко я теперь тоже не пью.

- Питер. - Папа обошел стол, опустился в кресло рядом - Питер, что-нибудь случилось?

- Ничего. Ничего особенного. Меня убедили, что вредно. Даже молоко, представляете? Накопление молочной кислоты, повышенная утомляемость, все такое... Осталось только начать пить соки. Но это слишком грустно. Лео, - он решился, - Лео, мне нужно сунуть нос в вашу картотеку.

- Так. - Папа поднялся, навис над Питером. - Так. Это, кажется ваше любимое словечко, я не ошибаюсь? - Ушел обратно за стол, засопел там. - Сунуть нос в мою картотеку. И как вы себе это представляете? Кто вам нужен - не скажете, конечно.

Питер повел бровями. С самого начала он брал на успех процента три, не более.

- Я даже сам пока не знаю наверное, кто там может всплыть, сказал он безнадежно.

- Не знаете. Ага. Ну, пойдемте.

Питер опешил.

- Что вы смотрите? Вы достаточно сил отдали фирме, имеете право на частицу основного, так сказать, капитала. И не содрогайтесь, пожалуйста, вы не первый в истории цивилизации, кому откроются фамильные сокровища Валоски. Но все равно гордитесь.

- Я горжусь, - пробормотал Питер, следуя за Папой к лифту.

- Всего я вам не покажу, и не мечтайте. Вы, как человек суетливый, живете сегодняшним днем, так что заведомые покойники не интересуют вас, я полагаю...

"- Отчего же, я могу сказать, что мне не нравится. Мне не

нравится беспрецедентно широкий поток информации, время от

времени весьма сенсационных, но направленных на одно

породить в людях страх. Мне не нравится, что поток этот не

убывает, тогда как - объективно - должен был бы с течением

времени.

- Вы считаете, что паника раздувается искусственно?

- Я этого не говорила.

- Чисто теоретический вопрос. Не думаете ли вы, что в

применении к андроидам и всему комплексу проблем, с ними

связанных, паника не есть так уж противопоказана?

- Плоды ее вы видели, так же как и я. Чего же в них

хорошего? Главное, чтобы человек оставался человеком, а

напуганному человеку это сделать труднее.

- Значит, сидеть сложа руки даже перед лицом смертельной

опасности?

- Кто ее доказал, смертельную опасность? Как кого, а меня

приводимые на уровне гипотез выкладки о вероятной

нестабильности не удовлетворяют. Мне не нравится разведенная

секретность.

- Но подозрение может пасть на каждого...

- Вот именно. Вы еще до каких-нибудь "удостоверений

человека" договоритесь. С нас, по-моему, довольно кордонов в

аэропортах. Мне они тоже не нравятся.

- И тем не менее государства, введшие особо жесткий

контроль, вплоть до ограничения передвижений, могут считать

себя в гораздо большей безопасности.

- Ну разумеется. Если только андроиды - по вашей версии

не проникнут в госаппарат. Вот тогда-то ужесточение контроля в

любых видах будет играть только на них. И уж они постараются

его не умалить, а усилить. Поэтому всякий раз, когда я слышу

призывы об усилении, ужесточении, необходимости новых мер и

тому подобное, - не могу, закрадывается мысль: а кто ты-то

сам, говорящий?