Уникум. Практикум - Билик Дмитрий Александрович

– Это мы хорошо зашли, – Рамик оглядел стол. – А пить что будем? – Он тут же встретился взглядом с входящим следом дядей Колей и попытался оправдаться: – Здрасьте. Это я так, к слову.

– Привет, пацаны. Если хотите, то по чуть-чуть можно. Шестнадцать, все-таки, совсем взрослые уже. Щас Потапыча найду, у него там на любой вкус и градус.

– Нет, мы ничего не будем, – сказал я.

– Да, не будем, – согласился Байков.

– Мы непьющие, – влился в наш клуб трезвенников Мишка.

– Даже пива? – протянул Рамик, но тут же исправился: – В смысле, даже пива не будем.

Хотя взгляд моего татарского друга говорил об обратном. Мол, совсем мы не умеем веселиться. И так праздники в его деревне не проходят. Но я по поводу спиртного был категоричен. Обычно ярые трезвенники вырастают как раз в семье алкоголиков. Мне, к примеру, и без пива и прочего было хорошо.

Друзья собрались под крышей моего дома, постепенно раскрепостились рядом с отчимом, принялись болтать и налегать на еду. Точнее, у кого как лучше получалось. Вот Димон, не будь дураком, ел так, что за ушами трещало. А Рамик больше растекался мыслью по древу. Птица-говорун.

– Я узнавал, в начале года пришлют распределения. Ну, и нас раскидают кого куда. Надо держаться вместе, если получится, конечно.

– Вряд ли получится, – отозвался Байков, даже не отрывая взгляда от стола. – При формировании «шестерок» не смотрят на дружественные отношения. Ты вполне можешь оказаться в связке с Азаматом и Куракиным. Кстати, о последнем…

Димон будто вспомнил что-то. Даже есть перестал.

– Вы, наверное, не слышали. В «Магическом обозрении» писали. Да и так, между семьями болтают…

– Димон, не томи, а то получишь ложкой по лбу, – ответственно заявил я.

– Главы родов Терлецких и Куракиных обнаружены мертвыми на пегасозаводе последнего. Один убит непосредственно магией, другой отравлен. По версии Конклава, они что-то там не поделили. Вот Терлецкий и убил Куракина, а тот успел прежде отравить Светкиного отца. Вот только в семьях болтают всякое. Вроде как они слишком уж дружны были, детей хотели поженить. И тут бах, на ровном месте… Помолвка, кстати, расторгнута.

– В смысле? – Рамиль чуть не подскочил на месте.

– Главой рода Куракиных стал наш общий друг и одноклассник Александр, – Байков положил утиную ножку в тарелку, – как единственный сын и наследник. По причине отсутствия мужчин у Терлецких главой рода стала мать Светы, Серафима Егоровна. К тому же Терлецкие потеряли несколько производств. Если говорить откровенно, то пара высокородных семей воспользовалась переполохом и попросту их отжала. Большую часть забрал Уваров. Поэтому, даже умри Юрий Симеонович и Игорь Константинович порознь, теперь брак между их отпрысками напоминал бы банальнейший мезальянс. И это лишь в том случае, если бы Света и Саша любили друг друга.

– Меза… че? – не понял концовку Рамиль.

Димон не собирался отвечать на вопрос. Он с яростью голодного аборигена, выросшего в пустынной степи, вгрызся в жирную утку. На помощь пришел Мишка:

– Неравный брак.

Мне почему-то стало жалко Светку. Да, я не забыл, что она мне сделала. Но ее семья в один миг утратила былое величие. Из дочери Охранителя в несостоявшиеся невесты – это жестко. Да еще и фамильный бизнес под шумок ушел. Непонятно, что осталось Терлецким, но сам факт… И опять Уваров. Почему мне казалось, что он имеет к этой истории непосредственное отношение?

– Че, получается, повезло тебе, Макс, что со Светкой шуры-муры крутить не начал?

– Так, а вот с этого места поподробнее, – оживился дядя Коля. – Что там за Светка такая?

– Да есть у нас одна благородная девушка… – Рамиль подумал и добавил: – Такая вся загадочная…

– Тогда отбой, – отрубил отчим. – Вся проблема этих девушек с загадками в том, что они со временем превращаются в баб с ребусами. Нам такого не надо. Так что, Максим, у тебя кроме этой Светки на горизонте нет достойных кандидатур?

– Да, Максим, – загорелись глаза у Рамиля. – Чего не пригласил никого? Ведьму какую или целительницу.

– Потому и не пригласил, чтобы таких вопросов не было, – ответил я, чувствуя, как краснеет шея.

Вообще я действительно подумывал о том, чтобы позвать Тихонову. Мы вроде как только начали встречаться, поэтому не хотелось бы торопиться. А знакомство с отчимом – это шаг серьезный. Почти как роспись в ЗАГСе. Пусть уж все идет как идет. Выразительный взгляд дяди Коли сказал, что он все понял и доставать меня не будет.

– Давайте лучше подарки дарить, – Мишка решил, что пора сменить тему. Он вытащил из обычного пакета, который отложил ранее, здоровенную книгу. – «Благородные магические семьи от „А“ до „Н“», 1902 года издания. Еле нашел. Там про Кузнецовых небольшой раздел.

– Спасибо, – я пожал ему руку и забрал подарок.

– Да, Мишка, ты в своем репертуаре, – Рамик закатил глаза, доставая коробку. – Есть хороший подарок, плохой и книга. Вот, бери пример, джибиэлевская портативная колонка. Аккумулятор 7,8, влагозащитная, суммарная звуковая мощность 30 Вт. И цвет нормальный, черный.

– Спасибо, Рамиль.

– Я, в общем, хотел сделать что-то особенное, – Байков поднялся на ноги. – Защитный амулет у тебя есть, второй не нужен.

Я чуть летним салатом не поперхнулся. В том-то и дело, что нет. Но и бог с ним, не самое удачное время сейчас выяснять эти незначительные подробности.

– Поэтому вот, – Байков вытянул на ладони обычное золотое кольцо. Довольно сильно похоже на обручальное.

– Одно из двух, – прокомментировал Рамиль, – либо ты сейчас станешь уговаривать Макса отнести его в Мордор, либо предложишь руку и сердце.

Байков шикнул на друга, а вот дядя Коля шутку оценил. Откуда он знает, что такое Мордор?

– В общем, оно похоже на стандартное кольцо Земли. Только я поработал над структурой, мне не нравилась исходящая сила. Ну вроде как стало намного мощнее. Один момент, – Димон отдернул руку с кольцом как раз, когда я попытался взять его. – Я там нахимичил чего-то, сам еще не понял, чего. Но кольцо получилось разовое. После использования разрушится.

– Спасибо, Дима, – я ощутил магическую энергию от кольца сразу же, как взял его в руку.

Мне почему-то вспомнился теневик. За все это время я не сделал ни одной попытки выйти в Иномирье. Да и как, спрашивается, туда явиться? Мощных артефактов для моего могущественного «друга» не было. Все деньги ушли на дом, поэтому ничего нового я не прикупил. И времени прошло достаточно. Возможно, он меня просто позабыл. Хотя я часто просыпался по ночам от леденящего душу воя, а когда садился на кровати, то пытался уловить в полной тишине хоть какой-то звук. Так или иначе, чем больше времени проходило, тем более явственно Иномирье становилось для меня дверью, в которую нельзя входить. Для собственной же безопасности.

Кольцо же подошло идеально. По понятным причинам, озвученным Рамилем, на безымянный палец я его надевать не стал. Зато такое ощущение, что указательный всю жизнь только этого момента и ждал. Артефакт сел как влитой. Чужая сила еще разок всколыхнулась, но тут же успокоилась, явно перейдя в режим ожидания.

– Ладно, теперь я, – дядя Коля поднялся на ноги.

Он вытащил с верхней полки небольшие ножны и кусок замотанной ткани.

– Ножны для твоего ножа фамильного. Я не очень понимаю, что такое пространственный карман, но нельзя, чтобы оружие там валялось без ножен. Порежешься еще, неровен час. И оселок. Каким бы магическим нож ни был, а точить его надо, – он развернул тряпочку и показал шлифовальный брусок, – вот, значит, бери. Ты прости, что не колонки всякие, я в них никогда не разбирался, а это вещи нужные…

– Спасибо, дядя Коля, – я обнял отчима.

Разве что-нибудь еще нужно для более удачного дня рождения? Оказалось, что да. Судьба в лице домового подкинула мне очередной сюрприз.

– Хозяин, – пропищал снизу Тишка.

– Ты тоже хочешь мне что-нибудь подарить? – улыбнулся я. – Смотри, придется удивлять.

– Вас там банник удивит. Он, как бы это сказать… разгневал водяного бога.