Все его желания - Аля Кьют

А я осталась стоять с исследованиями Смита по трагедиям Еврепида в руках.

Бенингтон Торнтон был озабоченным уродом, но он точно не был тупым. Жаль, что я не поняла это сразу.

Или не жаль?

Поступив в престижный университет, я мечтала учиться и получить степень. В мои планы уж точно не входило исполнять все желания бессовестного мажора. Но у судьбы, кажется, были иные планы.

Глава 1. Торнвуд

Я приехала в Торнвуд утром, но уже везде опоздала. Ладно, я опоздала на месяц, то есть целую вечность с точки зрения англичан. Хотя ведь я не в Англии.

Шотландия более терпима к этому?

Нет?

Ладно.

Меня встретила суетливая молодая женщина в очках, с идеальным пучком.

— Катарина Корол? — уточнила она.

Я кивнула, не смея поправлять ее. Катерина Король — мое имя, но здесь вполне сойдет и такой вариант.

— Прекрасно, мисс Корол. Я Оливия Бут, методист, но сегодня еще и на побегушках. Провожу Вас до общежития.

Сказав это, она развернулась и пошла по улице. Почти побежала. Я, конечно, поспешила за ней следом. Пытаясь не отставать и запоминать дорогу, я все равно крутила головой, осматривая город-университет, в котором мне предстояло жить и учиться ближайшие четыре года. Здесь все дышало древними знаниями, традициями и историей. Сам учебный корпус и прилегающий к нему студгородок были похожи на древний замок. Я видела его на картинках, но в реальности все равно захватывало дух.

Даже вполне себе современные места идеально вписывались в общий дух городка. Например, кофейня. Вывеска совершенно не бросалась в глаза, но характерный запах бодрящего напитка я не могла не отметить, проходя мимо.

Из кофейни вышел посетитель. Я чуть отстала, и он вклинился между мной и Оливией. Я моментально отметила его широкие плечи, подтянутую фигуру и небрежную походку. Несколько лет гребли и регби. Растрепанные темно-русые волосы, словно он всю ночь занимался сексом и сейчас опаздывал, забыв причесаться. Тренч цвета охры, темные джинсы и яркие носки — простая и удобная одежда. Но вот обувь незнакомца определенно точно стоила как хороший автомобиль.

Все эти отличительные черты я прекрасно знала.

Аристократия.

Рассматривая его, я совсем зазевалась и прибавила скорость, чтобы догнать Оливию. Не знаю, как так вышло. Улица была не очень и узкая, но я умудрилась толкнуть аристократа, когда пробегала мимо.

Он в этот момент как раз пытался сделать глоток и, конечно, облился.

— Фак, — выругался он тут же.

— Боже, простите. Простите. Я нечаянно. Мне так жаль, — рассыпалась я в извинениях.

Методист, которая услышала наш милый диалог, даже притормозила, а, увидев аварию, вернулась.

Я уже вытащила из кармана рюкзака влажные салфетки и попыталась приложить к пятну от кофе, которое тут же расплылось по его светлому тренчу. Кажется, он что-то говорил, но я не слышала, продолжая пытаться оттереть пятно. Возможно, я делала только хуже, втирая влажной салфеткой кофе еще глубже в ткань, но и остановиться не могла.

— Хватит, Морковка — резко выпалил незнакомец голубых кровей, больно схватив меня за руку. — Просто прекрати. Еще немного, и вместо пятна будет дыра.

Я подняла глаза и встретила взгляд пронзительных синих глаз. Темно-синих, как грозовое небо. Как шторм на море. Казалось, сейчас в меня ударит молния, и я обращусь в пепел.

Он назвал меня Морковкой. Из-за цвета волос, разумеется. И как истинная рыжая я тут же покраснела.

Привет, Британия.

— Мистер Торнтон, все в порядке? — как-то очень визгливо проговорила Оливия, подбежав к нам.

Я перевела на нее взгляд, потом опять посмотрела на свою руку, которую облитый незнакомец продолжал сжимать. Он тут же отпустил меня, склонил голову, вчитываясь в имя на пропуске сотрудницы, и ответил со снисходительной усмешкой:

— Почти, Оливия. Доброе утро.

— Доброе, мистер Тортон, сэр, — вздохнула она, словно сам господь бог снизошел до разговора с ней.

— Бенингтон, — поправил он ее.

— Бенингтон, — повторила Оливия с придыханием. — Я могу помочь?

— Возможно. Я хотел поработать в античной библиотеке. У меня есть десять минут.

Он ухмыльнулся и подмигнул, а потом удалился, не сказав больше ни слова. Я снова залюбовалась его спиной и небрежной походкой, растирая запястье.

Оливия смотрела в спину незнакомца, кажется, совершенно позабыв, что мы куда-то шли, и сама она торопилась. Только когда я кашлянула, она ожила и, помахав рукой, снова велела следовать за ней. Я больше не глазела по сторонам, поэтому даже не рассмотрела толком ни здание кампуса, ни холл с игровой и столовой зоной, только пошевеливалась и наделась, что недоразумение с кофе мне никак не аукнется.

— Вот, здесь можешь оставить вещи. Через десять минут тебя встретит в холле профессор Робертс, он твой куратор.

— О, здорово, спасибо, — оживилась я.

— Пожалуйста, — натужно вежливо ответила Оливия, вручив мне еще папку. — Здесь карта, план твоих занятий, расписание общих лекций, правила общежития и общие сведения о Торнвуде. Всего доброго.

Я не успела ничего спросить, а она уже ушла, оставив меня в пустой комнате. Оглядевшись, я поняла, что жить буду с соседкой. Комната для двоих. Ожидаемо. Об этом меня предупреждали. Кажется, в Торнвуде имелись и отдельные апартаменты, но мой грант точно не включал в себя проживание в люксе.

Оставив чемодан у порога, я вывалила в тумбочку всякий хлам из рюкзака, оставив только нетбук, блокнот и документы. Прихватив еще и карту Торнвуда на всякий случай, я поспешила вниз на встречу с профессором Робертсом.

Именно он проводил мое вторичное собеседование, после которого я была зачислена студенткой в университет Шотландии. Приятный мужчина средних лет, немного похожий на Тома Хенкса и, соответственно, на профессора Ленгдона из серии книг Дена Брауна. Мы очень мило побеседовали о моей учебе и планах, желаемой специализации и общих вопросах. Кажется, что-то я сделала правильно во время интервью, раз профессор одобрил мой грант даже после начала семестра, а сейчас и вовсе решил встретить лично.