Отряд (Аш - Тайная история - 2) - Мэри Джентл

На миг остановилось сердце, но она встряхнула головой, вглядываясь во тьму, боясь увидеть тот же небесный свет, который разгорелся в пустыне за Карфагеном девять недель назад. Увидеть зарю, мерцавшую над пирамидами, сложенными из красных глиняных кирпичей...

Но вокруг - только мокрая ночь.

Не будь дурой, девочка. Дикие Машины хотят твоей смерти - но они не могут знать, где ты находишься сейчас.

Нет, пока я не обращусь к каменному голему.

"Если я смогла прожить девять недель, не обращаясь за советом о тактике, - угрюмо думала Аш, - если я смогла осилить дорогу от Марселя до Лиона. Христос Зеленый! Обойдусь".

Слабые шорохи в подлеске дали понять, что к ним присоединяются люди Прайса и их заблудившийся проводник. Тьма впереди была светлее, чем тьма позади, только этим и различалась окружающая их мгла. Постоянно падающие невидимые капли дождя не давали забыть о ненастье.

- Мадонна, луна уже встала, - проговорил своим мягким голосом Анжелотти рядом с ней. - По моим расчетам, сейчас она в первой четверти. Если бы мы ее еще видели.

- Я верю твоему знанию небесной механики, - проворчала Аш, проверяя онемевшей от холода рукой, тут ли эфес ее меча и ножны. - Есть какие-нибудь предположения насчет этого хренового дождя?

- Если он льет восемнадцать дней без перерыва, мадонна, с чего бы ему прекратиться сейчас?

- Ага, хорошо сказано, Анжели. Ты же знаешь, я держу тебя в списках отряда исключительно за твой высокий моральный дух.

Кто-то из людей Прайса с удовольствием хрюкнул. По общему согласию они ушли назад, в подлесок, присели на корточки, замаскировавшись кто как мог; она их не видела, только слышала шум передвижения. Аш подняла руку, отводя от лица ветки невидимого вереска, оперлась коленом на мокрую залитую водой траву. На какое-то время она согрела ее своим теплом, а потом холод начал остужать тело. И все это на фоне постоянного шороха дождя.

"Жуткая погода; вокруг вражеские патрули; за последние десять лет я только в таких кампаниях и участвовала".

Так и воспринимай ситуацию. Забудь об остальном.

- Смотри, - она подняла к небу глаза и тронула чье-то плечо рядом с собой. - Это ведь звезда.

- Облака расходятся, - проговорил голос Прайса. Опустив глаза, Аш поняла, что перед ней его плечо; его силуэт был чуть темнее, чем фон неба. Она быстро оглянулась, различила черные качающиеся ветви деревьев, два-три других силуэта, явно человеческих.

- Мы тут в безопасности?

- Мы на утесе над рекой Сюзон, это к западу от дороги на Оксон, буркнул Прайс. - Лес позади; тут нас никто не увидит; для этого им надо забраться повыше, чем мы.

- Ладно; проверь, чтобы у всех шлемы были спрятаны под капюшонами. Если вдруг выйдет луна, я не хочу, чтобы мы отсвечивали, как гелиографы.

Джон Прайс отвернулся и передал приказ. Аш сообразила, что различает белый пар его дыхания в холодном воздухе. Она стащила свои мокрые перчатки и онемевшими пальцами отстегнула пряжку шлема. Рикард принял его, спрятал под промокшим плащом. Чистый леденящий воздух начал щипать ее уши, щеки и подбородок.

Дождь перестал внезапно, в минуту. С деревьев вокруг непрерывно капало, но ветер утих. И холод стал другим, сильным. Взглянув вверх, она увидела зазубренный край уплывающего черного облака на фоне серого неба, облако в вышине быстро бежало на восток.

"И каково тут теперь?"

Холод пробирал до костей, но ей вспомнились ощущения их первого дня в Дижоне: когда наделы на полях золотились от урожая и вокруг стояли созревшие виноградники; Дижон под синим небом, и пылающее солнце над белыми стенами и голубыми черепичными крышами; лагерь ее отряда в лугах, запах пота и конских яблок и очень сладкая коровья петрушка.

Дижон, город с прочными стенами, богатая столица южной Бургундии, чопорный из-за обилия богатых купцов - настолько богатых, что для своего престижа обеспечивают заказами архитекторов, каменщиков, художников и вышивальщиц; Дижон, перенаселенный придворными и армией и артиллерией Карла, великого герцога Запада... Бриллиант на фоне богатого сельского ландшафта.

"Пока мы не отправились в Оксон и не получили там под зад".

В воздухе курился белый пар ее дыхания. Ночь наполнял шум капели, с коры длинных тощих деревьев еще стекала дождевая вода. Она заметила, что уже видны очертания растений. В двух ярдах перед ней отчетливо виднелся край травы и высохшего папоротника-орляка, за которым был обрыв.

Далеко впереди, за огромным воздушным пространством, серое жемчужное облако растаяло на востоке и превратилось в ослепительно яркий серебряный полукруг.

- Это там река, - пробормотала Аш, ее ночное зрение было затемнено луной, она боком выбралась на четвереньках, рейтузы насквозь промокли в холодной воде луж.

Когда глаза адаптировались в свете полумесяца, она разглядела откос обрыва, спускающегося прямо перед ней, такого крутого, что по нему не поднимешься. В ста шагах внизу заросли кустарников тонули в непроницаемой тьме. А за ними - хоть Аш и не знала, где должна быть дорога на Оксон, но увидела ее мерцание: длинная цепочка луж и залитые водой колеи, в которых отражалась луна. На юге - черный силуэт известняковых поросших лесом холмов.

"Ведь мы шли маршем по этой дороге вместе с бургундской армией - как давно? Три месяца? Де Вир говорил, что они, в городе, - пока держатся, но его сведения - девяти- или десятинедельной давности...

Роберт, там ли ты?"

Дальше к востоку, примерно в полумиле, серебряный свет луны отражался во вздувшемся потоке, плещущемся почти у края дороги, - разлив реки Сюзон. Сощурившись насколько можно, в лунном свете Аш не смогла разглядеть ничего, никакой черной массы, которая могла бы быть городскими стенами Дижона. Отблески света могли означать или другую реку, Оуч, или шиферные крыши. По расположению звезд она поняла, что прошло немного времени после обедни.* [Три часа до полудни.]

- Сержант Прайс? Что говорят разведчики? - Аш машинально заговорила на известном ей наречии английского языка, которое было принято в военных лагерях.

В свете луны первой четверти лицо ее собеседника было белым как мел. Джон Прайс стал сержантом алебардщиков вместо Караччи, после Карфагена - и перед ее глазами тут же всплыло не белое в свете луны лицо Прайса, а черты лица Караччи: кожа черная от ожогов, веки завернулись... она отбросила воспоминание.

- Крысоголовые тут внизу, как вы и думали, командир* [В традиционной истории не упоминается об осаде Дижона осенью 1476 года. Но поскольку эта осада описана и книге, следует допустить, что Аш или визиготские хроникеры преувеличили незначительный военный инцидент, который историки обошли. Повествование в книге прерывается в ноябре 1476 года: происходит разрыв во времени между концом текста "Фраксинуса" и появлением Аш в кампании при Нанси.], - Прайс присел на корточки и показал; в кольчужной рубахе и накидке с капюшоном* [Это туника без рукавов длиной до колена или до бедер; часто без боковых швов, носится с поясом] он выглядел громоздким. Воинский головной убор, застегнутый на пряжку поверх медной части шлема, защищающей затылок, был слишком ржавым и не мог отражать лунный свет и выдать их расположение. Из-под медной части шлема свешивались грязные локоны.