Не говори мне о любви - Юлия Леонова

- Чего изволите, Екатерина Владимировна? - спросила Даша, не ожидая ничего хорошего.

Катерина, оторвав взгляд от зеркала, посмотрела на свою горничную. Дарья была старше ее всего на год. Девка была по-своему красива - высокая, статная, темные, как смоль, косы достают почти до самой талии. Увидев выражение испуга в больших карих глазах, Катя смягчилась: не виновата же Дашка во всех ее бедах.

- Помоги мне ко сну приготовиться, - уже более миролюбиво сказала она. - И туфли мои вычисти, мы с маменькой завтра в лавку едем.

- Сделаю, барыня, непременно к утру сделаю, - зачастила Дарья, расстегивая пуговки на платье Катерины.

Отпустив горничную и задув свечу, Катя закрыла окно - все же ночи были еще довольно прохладными - и скользнула в постель под одеяло. Прикрыв глаза, она снова предалась мечтаниям. В своих девичьих грезах она была в Петербурге, блистала в столичных салонах, кружила головы и разбивала сердца - и незаметно заснула, принеся в сны обрывки этих видений.

Проснувшись поутру, Катя все вспоминала свой сон, пока Дарья причесывала ее, завершая утренний туалет. Ей приснилось, что она танцует вальс в объятиях молодого офицера. Лица его она не так и не увидела, только темно зеленый вицмундир и золотые эполеты, сверкающие в свете сотен свечей в роскошном бальном зале. Задумавшись, она даже не шелохнулась, когда Дарья слишком сильно потянула ее за волосы и застыла в испуге с гребнем в руке, ожидая, неминуемого наказания за неосторожность.

- Простите, барыня, - пролепетала испуганная девушка.

- Полно тебе, Дарья, - отмахнулась Катя. - Платье мне приготовь, то голубое, с белым кружевом, и шляпку голубую с белой лентой.

Спустившись в столовую, Катя тепло улыбнулась отцу, поцеловала в щеку маменьку и сестру, а затем заняла свое место за столом напротив матери, рядом с сестрой Татьяной.

- Что-то ты бледна нынче, душа моя, да и тени под глазами, - нахмурилась Варвара Иннокентьевна.

- Плохо спалось, маменька, - ответила Катерина, намазывая маслом сдобную булочку.

- Приглашение от Волошиных вчера принесли, - заметила мать.

- Я знаю, маменька. Оленька мне еще на прошлой неделе говорила, что бал будет в пятницу. Только в этот раз я не хочу туда идти.

- Что так? - спросила Варвара Иннокентьевна, разливая по чашкам чай.

- Неприлично в одном и том же платье третий раз кряду появляться, - вздохнула Катя.

- В этот раз нам надо непременно пойти, мой ангел, - ответила матушка. - Мне Мария Петровна сказала, что нынче Андрей Юрьевич приезжает. Сама знаешь, более подходящего жениха в нашей глуши не сыскать. Катя хорошо помнила Андрея. Когда он уехал в кадетский корпус, ей едва минуло семь лет, но время от времени он бывал в родном поместье, и изредка они виделись с ним. Брат Ольги был весьма привлекательным молодым человеком: светло-русые кудри, пронзительные серо-зеленые глаза, задорная улыбка и мундир гвардейского офицера заставляли биться чаще не одно девичье сердце, но вот отклика в сердце Катерины не вызывали. Сколько ж времени они не виделись? - задумалась она. Да почти два года прошло. Может, и права маменька: коль не суждено ей в столицу поехать, то Андрей - ее единственная возможность сделать хорошую партию. Придется приложить все старания, чтобы произвести на него подобающее впечатление.

- Хорошо, маменька, - опустила глаза Катя.

Позавтракав, Катя отправилась переодеваться. Проторчав почти полчаса перед зеркалом, поправляя искусно уложенные локоны, она спохватилась, что ждут ее уже довольно давно. Выглянув из окна своей спальни, девушка увидела, что Танюша уже заняла свое место в коляске, а маменька нетерпеливо расхаживает по двору. Подхватив шляпку, которая Дарья выложила из коробки на оттоманку, Катя почти бегом спустилась по лестнице и выбежала во двор.

- Мы уж заждались тебя, Катрин, - недовольно поджала губы маменька, но, окинув ее внимательным взглядом, смягчилась.

Как же хороша она была даже в этом дешевом голубом платье и простенькой шляпке, украшенной белыми атласными лентами. Поднявшись с помощью лакея на подножку, Катерина расправила юбки и грациозно опустилась на сидение напротив матери.

- Трогай! - ткнула зонтиком в спину возницу Варвара Иннокентьевна.

Утро выдалось солнечным и теплым, и поездка в открытой коляске доставила дамам большое удовольствие. Ветерок трепал белокурые локоны Катерины, выбившиеся из-под шляпки, щеки ее разрумянились, в глазах появился задорный блеск. Приехав в село, они зашли в лавку галантерейщика. Пробыв там совсем недолго и не найдя ничего для себя интересного, Катя, оставив маменьку и Танюшу выбирать кружева и ленты, вышла на улицу из душного помещения лавки и с наслаждением вдохнула свежий воздух.

Пока она разглядывала витрину лавки, на небольшую сельскую улицу въехали двое всадников.

Спешившись около коновязи, напротив трактира, Андрей Юрьевич Волошин одернул запылившийся в долгой дороге мундир. Его друг и однополчанин Николай Сергеевич Елецкий все еще сидя верхом обернулся и обратил свой взор на другую сторону улицы. Его внимание привлекла хорошенькая девушка, и хотя с такого расстояния он не мог рассмотреть ее лица, изящная фигурка и белокурые локоны весьма заинтересовали его.

- Андрэ, mon ami, ты видишь то дивное видение на другой стороне улицы? - спросил он. - Может, знаешь кто она?

Волошин обернулся. Всмотревшись в девушку на другой стороне улицы, он удивленно воскликнул:

- Мой, Бог. Да это же Катенька Забелина, соседка наша. Надо же, как она изменилась! - не веря глазам своим, произнес он. - Диво как хороша! - не удержался Андрей.

- Твоя соседка? Стало быть, девица на выданье? - спешиваясь, спросил Николай.

- Ты прав, mon ami, всего лишь провинциальная ingИnue (наивная обаятельная девушка). Явно не из тех птичек, с которыми ты привык иметь дело.

Андрей зашел в трактир, а Николай, не совладав с интересом, вызванным барышней, остановился в дверях, еще раз посмотрел на девушку и только потом вошел следом за своим приятелем.

За Ником Елецким давно и прочно закрепилась слава завзятого сердцееда, волокиты и polisson (повесы). Князь никогда не интересовался юными девами на выданье - наоборот, старался избегать их, как чумы. В круг его интересов попадали исключительно актрисы, певички, разбитные вдовушки и дамы полусвета. С юными созданиями, которые ставили себе целью поймать в свои сети титулованного холостяка побогаче, он старался дел не иметь. Как тонкий ценитель женской красоты он не мог не отметить для себя привлекательности уездной незнакомки, но как бы то ни было, считал, что не родилась еще та женщина, ради которой он будет готов расстаться со своей свободой, стать примерным семьянином и отцом.