Небесный лабиринт - Джилиан Рубинстайн

— Мы уже сто лет не видели тебя. Извини за бардак, ладно? Сам понимаешь, переезд. — Она повернулась к лестнице и крикнула: — Эндрю! Бен пришел!

На верхней площадке появился Эндрю.

— Привет! Поднимайся, помоги мне упаковать вещи.

Бен поскакал вверх через две ступеньки, все еще думая о том, как его назвали «Бенни» и положили руку ему на плечо. Он знал, что мать Эндрю недавно снова вышла замуж. Не приходилось сомневаться, что она рада этому. Но интересно, насколько новая ситуация устраивает Эндрю?

— Я и не знал, что вы так скоро соберетесь, — сказал он, — Как идут дела?

Эндрю закрыл за ним дверь своей спальни и скорчил недовольную гримасу.

— Ужасно! Должно быть, это самые тяжелые деньки в моей жизни, — Он взял с пола кучу одежды и засунул ее в наполовину упакованный чемодан, затем снял с верхней полки стопку книг и бросил их сверху, — Зато потом будет лучше, правда?

— Живи и надейся, — философски заметил Бен.

— Э, ты же меня знаешь! Я — мистер Воплощенный Оптимизм.

Но Эндрю, с мрачным видом озиравший руины своей комнаты, отнюдь не напоминал воплощение оптимизма. Некогда прекрасно обставленная комната выглядела так, словно в ней взорвалась бомба. Под окном стояли три уже собранных чемодана, еще два пустых и раскрытых валялись возле двери. На полу горой громоздились вещи.

— Как бы мне хотелось просто выбросить половину! — пожаловался Эндрю. — Это легче, чем собираться.

— Можешь отдать мне кое-что на время, — предложил Бен. — Например, коллекцию автомобилей и конструктор «Лего».

— Заметано, — согласился Эндрю. — Забирай.

— Когда вы переезжаете?

— Грузовой фургон приедет завтра утром. Сегодня мы последний раз спим под этой крышей.

— Не вешай носа. Мы все равно сможем видеться друг с другом, — Бен чувствовал себя немного виноватым из-за того, что редко встречался с Эндрю в последнее время. Когда-то они были лучшими друзьями, но теперь учились в разных школах, и их пути постепенно начинали расходиться. Бен посещал Фернлей, местную высшую школу, а Эндрю решили отдать в частный колледж на другом конце города. Теперь вот Марджори приняла решение о переезде в Северную Аделаиду, где жил доктор Кейт Фримен, отчим Эндрю.

Без Эндрю в жизни Бена образовалась пустота, которую не могли заполнить полуприятельские отношения с Марио и Джоном Ферроне в школе. Иногда ему казалось, что он превращается совсем в другого человека. Трудно заводить друзей, когда ты сам не знаешь, кто ты такой, верно?

— Спасибо за утешение, — буркнул Эндрю, — На самом деле, это все же не другой конец света. Может, я буду приезжать к тебе пять дней в неделю, ночевать под дверью и умолять о политическом убежище.

— Вряд ли дело дойдет до этого, — не слишком уверенно заметил Бен.

Но взгляде Эндрю сквозило уныние.

— Kак же, вряд ли! Я твержу себе, что справлюсь, если буду привыкать постепенно. Например, я бы мог привыкнуть к тому, что мама вышла замуж за Кейта, если бы нам не пришлось переезжать. Я смог бы справиться с переездом, если бы это не означало, что мне придется жить в одном доме с Полом Фрименом. И Пола Фримена я мог бы вынести, если бы мне не приходилось каждый день видеть его в школе. И так далее, и тому подобное. Но когда все разом…

— Что он за человек?

— Пол или Кейт?

— Вообще-то я имел в виду Пола. Но и Кейта тоже.

— Кейт ничего, хотя сначала я его вообще не переносил… но остаются вещи, с которыми тяжело смириться. Например, он постоянно спрашивает меня о моих истинных чувствах или о том, что именно я хочу сказать в той или иной фразе. Мне иногда и ответить-то нечего. А когда я говорю ему, что сам не знаю, он начинает объяснять и раскладывать все по полочкам. — Эндрю снял с носа воображаемые очки и помахал ими в воздухе, — «Ты ощущаешь неуверенность, Энди. Тебе нужно обрести уверенность в том, что мы все любим тебя».

— Ну и как, ты обрел ее? — с интересом спросил Бен.

— Проклятье, откуда мне знать? — со вздохом отозвался Эндрю. — Все это слишком сложно для меня.

Несколько секунд он молчал, вывалив на пол содержимое верхнего ящика своего шкафа и сосредоточенно копаясь в нем.

— Пожалуй, я чувствую себя очень одиноким, — наконец сказал он, — Раньше было так, словно я находился в центре Вселенной, а теперь этот центр куда-то сместился, и я не могу его найти. Я словно выпал из жизни, понимаешь?

— А как насчет Пола?

— Он мне не нравится, — сухо ответил Эндрю. — Он один из тех людей, с которыми при обычных обстоятельствах не хочется иметь ничего общего. А все кругом несут полную чушь вроде, «как хорошо, что у тебя наконец-то появился старший брат»!

— Как будто человек в здравом уме может выбирать, иметь ли ему старшего брата или нет, — с неприятным чувством в душе согласился Бен. — Сколько ему лет?

— Как раз достаточно, чтобы портить мне жизнь. Если бы он был гораздо старше и учился в университете, все было бы нормально, но он ходит во второй класс высшей школы, а ты знаешь, какими гадами они могут быть в этом возрасте!

— Подумаешь, — с деланным презрением произнес Бен. — Эти переростки не посмеют нас и пальцем тронуть, иначе им придется иметь дело с Марио.

Он предпочитал не думать о том, какую цену требует Марио за свою защиту.

— Да, тебе-то хорошо. Иногда мне тоже хочется учиться в Фернлее и чтобы Марио Ферроне «присматривал» за мной. Пожалуй, из него получился бы неплохой телохранитель.

Эндрю снова вздохнул. Он закончил разбираться с одним ящиком и принялся за следующий. Многие вещи выглядели старыми и ненужными. Решившись, он вытряхнул содержимое ящика в зеленую сумку для мусора, и так набитую почти до краев. Сумка упала набок, и большая часть вещей снова вывалилась на пол.

— Боже, я никогда не закончу, — безнадежно пробормотал он, пытаясь собрать все одновременно. Такая беспомощность была совсем не в духе Эндрю, и Бен с тревогой взглянул на него.

— Хочешь, я помогу?

— Ты можешь помочь собрать вещи, но с Полом мне уже никто не поможет.

— А что он такого делает? — Бен отложил журнал, который перелистывал, и принялся складывать все журналы в аккуратную стопку.

— Да так… Как обычно, подкалывает по любому поводу, — отозвался Эндрю с таким видом, словно думал о чем-то другом. Проследив за его взглядом, Бен увидел измятый листок бумаги. В другой руке Эндрю держал пустую пластиковую коробку из-под компакт-диска. Почувствовав взгляд Бена, он поднял голову. Глаза мальчиков встретились. Эндрю рассмеялся и помахал коробкой:

— Помнишь эту штуку, старина?

Последовала короткая пауза — не дольше удара сердца.

— Да, это была классная игра, — нарочито небрежным тоном произнес Бен, — Что с ней случилось — ты стер ее по ошибке?

— Что ты болтаешь? — изумленно спросил Эндрю. — Ты же прекрасно знаешь, что произошло. Ты был там, играл вместе с нами!

— Да, помню. Я и говорю, классная игра.

— Мне почему-то так не кажется, — тихо сказал Эндрю. — Разве ты забыл, что тогда произошло? Забыл «Космических демонов»?

Для него воспоминания об этой компьютерной игре оставались живыми и яркими. Он мог до мельчайших подробностей описать все звуки и краски, когда-то наполнявшие его ужасом и восторгом. Он понимал, что, думая об игре, старается избавиться от ощущения своего одиночества. И беспомощности. Ее ужасы теперь казались чем-то незначительным по сравнению с ее притягательностью. Эндрю отлично помнил, как здорово было попадать внутрь игры, действовать там, стреляя, спасаясь и отражая атаки демонов. Эти чувства доставляли гораздо больше удовольствия, чем мысли о первом учебном годе в новой школе, которая ему не слишком нравилась, или о притеснениях со стороны сводного брата, который ему совсем не нравился.

Воспоминания Бена были иными. Намеренно или невольно он как будто вычеркнул из жизни большую часть того времени, когда они все играли в «Космических демонов». Теперь воспоминания причиняли ему сильнейшее беспокойство. Ему не хотелось, чтобы Эндрю снова впутался во что-либо подобное. Кроме того, он по-прежнему не был уверен, до какой степени все случившееся было реальностью, а до какой — плодом их воспаленного воображения.

— В прошлом году ты совсем слетел с катушек, — обратился он к Эндрю, — Воображал всякие ужасы. Все считали, что ты чокнулся.

— Только не Марио!

— Что он может знать! У него тоже не хватает шариков в голове. Да и ты бы не стал связываться с ним, если бы был в здравом уме.

— Я не мог выдумать все это, — упрямо возразил Эндрю.

— Почему бы и нет? Ты был одержим компьютерными играми. Ты переживал тяжелые времена и поэтому решил ускользнуть в созданную тобой фантазию. Люди всегда так поступают. Разве ты никогда не видел, как они разговаривают сами с собой на улице?

— А это что в таком случае? — Эндрю протянул листок бумаги, — Это адрес, по которому мне нужно обратиться, чтобы получить следующую игру. Разве ты не помнишь, что «Космические демоны» автоматически стерлись после того, как мы успешно прошли их? А потом на экране появился этот адрес, и Марио посоветовал мне записать его. Ты должен помнить. Мы все были в этой комнате, и Элейн Тейлор тоже. А вот и компьютер!