Заноза для Огненного демона. Новогодний переполох в Рэйлине - Маргарита Климова

- И вообще все мужики - козлы! – высказалась Света, тайно страдающая по Вовке и сравнивающая всех особей мужского пола с ним.

- Он сказа-а-ал, что я толстая-а-а..., - протяжный всхлип Глаши и жалобное завывание. Урод, напыщенный индюк! Ну какая она толстая? Мягкая, домашняя, сдобная.

- Ты бы лучше не поучала, а валерьянки ей принесла, - повернулась к Каролине, вспоминая о первой помощи пострадавшей, затем перевела внимание на Глашу и обняла её за плечи: - У Вована есть?

- В ванной. Н-наверное-е-е... – протянула она и уткнулась в ладошки.

- Да какая к черту аптечка! Ей налить надо! – подорвалась Лютиэнь, хлопая дверцами шкафчиков в поиске горячительного, а я направилась в кухню за стаканом воды для страдалицы.

Дальше последовала привычная перепалка девчонок о росте и пользе алкоголя, очередные всхлипывания Глаши, радостное пыхтение Джона, когда пришла Мирка и ему досталась новая порция ласки, но для меня всё отошло на задний план, потому что я увидела его, мою вторую слабость после машин. Он висел на стене, поблёскивая хромированными, круглыми боками, и говорил: «Возьми меня».

- Ух ты, боженька, - протянул руки к блестящему чуду и сняла его с крючка. – Какой большой, красивый. Сколько всего в тебя влезет.

- Девчонки, Санька взяла половник! Пригибаем головы и отползаем! – обратила на меня внимание Мира, подкидывая в руках ёлочные шары. – Бросай, мы собираемся выпить и отметить Новый год.

Последняя трезвая фраза в этом году. Дальше помню бутылку, передаваемую по кругу, отказ выпускать хромированное чудо, нагретое от тесных объятий, попытку застегнуть сапоги, бодая лбом стену и отмахиваясь от языка Джона, а затем глаза затянуло мутью, воздух подёрнулся рябью, а прихожую заполнил густой туман.

В молочной дымке растворились стены, шкаф, двери в комнаты, куча обуви, сброшенной у входа, голоса девчонок, местами нетрезвые и вытягивающие гласные, а когда она рассеялась, передо мной предстал пухленький лысый мужичок с бородкой, который принял важный вид и заговорил:

- Приветствую тебя, избранный, - осёкся, разглядывая перепуганных девиц, прочистил горло и продолжил. - Приветствую вас, избранные. Я Зигриус, посыльный бога Ариуса. Существует поверье, что Первую Звезду на небосклоне зажигает Бог добра и справедливости, именно он дарит надежду нашему миру на счастливую жизнь. Ежегодно, едва остроконечный вестник появляется на тёмном покрывале ночного неба, начинается отсчет времени, и каждый оборот все существа Рэйлина могут наблюдать, как загораются новые и новые светила, пока в конце серпня, аккурат к празднику Урожая, перед нами не предстает настоящий узор Бытия. А спустя неделю звезды начинают гаснуть, и вот к середине груденя в мире властвует настоящая Тьма. Каждый год Её приспешники стараются захватить власть над миром, но Ариусу всегда удавалось быть на шаг впереди. Вот только по тому же преданию в год Чёрного Дуба всё может измениться, и Тёмный Владыка поднимет свою голову, становясь властелином всего магического мира.

- Дайте угадаем, - с сарказмом прервала его Мира. - И как раз сейчас наступил этот год, да?

- Всё верно, - с толикой облегчения кивнул мужичок, радуясь понятливости девушек. - Ариус пропал, а тёмный эльф выкрал из Вечного Леса росток Чёрного дуба, и теперь только избранные могут спасти нашего бога, а вместе с ним и весь магический свет.

- Это Вы так тонко намекаете, что нам придется разбираться с проблемами, которые даже местному божеству не под силу? – уточнила Каролина с лёгкой издёвкой.

- Ну и где эти засранцы могут скрываться? – рвалась в бой Лютик. Мятеж подавить, старика освободить и по домам, а то там у нас елка, шампусик и оливьешка.

Я не воспринимала видение реальным. Скорее всего заснула на Вовкином диване в обнимку с половником, который до сих пор сжимаю в руках, а этот нелепый сон навеян книжками о сказочных мирах, да непонятным напитком, отравившим сознание.

- В пещерах под названием «зёв Тьмы», - прошелестел исчезающий мужичок, и мы потихоньку начали терять связь друг с другом.

Пропала Лютиэнь, обнимающая поскуливающего Джона, растворилась Каролина, вцепившаяся в ручку чемодана, пошла рябью Света, крепко удерживающая таз с оливье, испарилась тонкой дымкой Мира, так и не украсившая до конца ёлку, но до сих пор не выпустившая из рук ёлочные шары, на пару мгновений в воздухе повисла прозрачная пелена Глаши, сжимающей спасительную аптечку, а следом невнятная обстановка помещения, то ли с мебелью, то ли без, то ли со стенами, то ли с отсутствием их, погрузилась в темноту, возвращая меня в спокойный, надеюсь, сон.

Только сон оказался ещё чуднее, чем первый. Лунный свет отражался от кристально-белого снега, лежащего искрящимся одеялом на небольшой поляне, окружённой пушистыми ёлками и основательными соснами, и в этой снежной перине сидела, втянутая по пояс, я, в своём жёлтом платьице, в пышных панталонах, с половником, прижатым к груди.

Удивило то, что сон-то выдуманный, а зубы стучат в реале, и попе мокро и холодно совсем натурально, а волоски на руках покрылись инеем. Поозиралась по сторонам, задрала голову к небу, потрогала утрамбованный пласт под собой и приняла решение не сидеть, а попытаться отсюда выбраться. Сон, не сон, а превратиться в ледяную статую даже во сне не хотелось.

Кое как переползла на четвереньки, помогая половником, поднялась на ноги и, сделав шаг, провалилась по колено. И тут меня оглушила страшная догадка. Не сон вся эта хренатень. Дело было так – вышла в некондиции на улицу, меня посадили маньяки в машину, вывезли в лес и бросили. Прощупала одежду на целостность, понапрягала различные мышцы и отмела самое страшное. Недоделанные какие-то маньяки. Проблемные. Бросили, а сами в аптеку понеслись за виагрой.

- Боже ж мой, - прошептала, пригнувшись и всматриваясь в лесную темь. – Они могут вернуться.

В таком положении, пригнувшись грудью к ледяному настилу и поползла к ближайшей полосе деревьев, приняв чёткое решение пробиваться к народу. Половник страшно мешал, зарывался в снег, цеплялся за ветки, но я крепко сжимала его в кулаке, собираясь использовать в виде оружия и отмахаться от обидчиков.

Шла я недолго, судя по тому, что ноги ещё двигались, но ощущение было, будто иду целую вечность. Не буду перечислять и описывать что, а главное насколько у меня замёрзло, но как выберусь, первым делом куплю себе панталоны с начёсом и ватные штаны.

Избушка выросла внезапно, стоило повернуть в сторону просвета и вывалиться из цепляющегося кустарника, покушавшего на мои