Эксперимент - Лана Райберг

Гну, подводящий итоги, потерял присущую ему солидность, как всегда на совещаниях. Он метался у стены, в творческом вдохновении дирижировал лазерной указкой, производя на экране бури и смерчи линий вероятности. Как азартный шахматный игрок, он тасовал и тасовал варианты игры, придумывая для испытуемых всё более изощрённые каверзы и ловушки. Сотрудники, втайне проникнув симпатией к своему « материалу», оставляли тому лазейки для благополучного исхода. Син, например, спустившему в казино всё до цента и подумывавшему о самоубийстве землянину подсунул выигрышный лотерейный билет. Ро подложил в почтовый ящик отчаявшейся одинокой стареющей женщины приглашение на корпоративную вечеринку, где та встретила хорошего мужика, которого Ро ну совсем немного подтолкнул, дав понять, что жена ему давно и нагло изменяет. Он ничего не менял в судьбах «материала», он лишь чуть-чуть изменил направление их движения и дал возможность увидеть друг друга.

Ро за благие деяния получил нагоняй от босса, который не уставал повторять:

— Мы должны ставить человека в сложные условия, а выбор, как из этой ситуации выкручиваться — его дело. Свет и тень, добро и зло! Вы не рождественские дедушки, вы — провокаторы, запомните!

С шефом никто не спорил. Все боялись быть дисквалифицированными. Один Джо не выдержал и вступил с шефом в перепалку, когда тот стал придумывать каверзы для Луизы.

— Достаточно для неё! Хватит! За полгода мы уже достаточно поиздевались над девчонкой! Ей не удаётся найти работу, она потеряла жениха, у неё заболели родители. Она может сломаться, в конце концов!

От неожиданности Гну, не привыкший к бунтам подчинённых, расстегнул у горла первый уровень защитного комбинезона, и оттуда незамедлительно выползла белая клочковатая субстанция. Разгоняя рукой в перчатке субстанцию так, как курильщики разгоняют дым, шеф ехидно парировал,

— Твоя любимица не такая уж беззащитная! Её поведение не укладывается в стереотипы адекватной реакции данного психотипа на соответствующие раздражители! Вспомни, когда её пробросил адвокат. Исходя из её типа карьеристки, она что должна была предпринять? Правильно, молчи! Накатать жалобу, за дискриминацию по половому признаку. А она? Напилась! Утром!

И танцевала канкан на Мэдисон авеню! Её запас прочности далеко не исчерпан, и я вам приказываю продолжать эксперимент!

— Ну какой смысл в жестокости? Зачем загонять человека в угол, доводить его до отчаяния! Ну что мы этим добьемся? Расплодим невротиков, неудачников и преступников?

— Учу вас, бестолковых, учу…

Босс заметно расстроился. Приспустив молнию, он всё-таки затолкал в ворот комбинезона расползающееся тело и яростно дёрнул язычок замка вверх.

Не вступая в дискуссию по общей цели эксперимента, он пробурчал,

— Твоя обожаемая Луиза — сильный психотип, у неё много задатков к творчеству, но она слишком привержена канонам. Если мы ей не откроем на многое глаза, она так и просидит всю жизнь в адвокатской конторе.

— И чем это плохо, если она любит эту работу, и поможет многим людям?

— Ты уверен, что поможет? Да она только сейчас начинает узнавать, что в мире существует горе и несправедливость, люди с неправильной сексуальной ориентацией, просто запутавшиеся, наркоманы, наконец! Чтобы защищать, она должна руководствоваться не только буквой закона, а личным опытом и выработанной позицией…

Когда шеф сердился, он начинал вещать штампами.

— Запомни, если ты сорвёшь эксперимент, если ты ей поможешь выбраться из неприятностей, то я тебя дисквалифицирую! Можешь заранее побеспокоиться, в какое тело тебе переселиться.

Джо нечем было возразить, но ему было жалко мучить бедную девочку, которая мужественно сражалась со всеми валящимися на неё напастями. Он знал, что после того, как её бросил перспективный жених, Луиза стала иногда выпивать, что у неё завелись дружки из гей-клуба (раньше она с возмущением относилась к сексуальным меньшинствам), что ночами она подрабатывает в круглосуточном супермаркете, что от неё отвернулись её хорошо зарабатывающие друзья и подружки, что она стала много читать так называемую серьёзную литературу и даже ходила в шелтер для животных — хотела взять несчастную собаку или кота, но ей не позволили из-за низкого дохода.

Расстроенный Джо ушёл с работы пораньше. Освобождённый от комбинезона, он с удовольствием полетал, смешавшись с кудрявыми овечкообразными облаками. Затем, чтобы развеяться, решил слегка попугать горожан. Так, одной старушке, прогуливающейся в отдалённой аллее парка в обществе грязной полуслепой болонки, явился в виде ангела. Старушка растрогалась.

— Миленький!

Она полезла в матерчатую сумку и пыталась угостить ангела черничным кексом, и ему пришлось срочно нейтрализоваться. Потом он немного побегал в виде чёрта перед скамейкой, на которой выпивали два алкаша. Но те не испугались, а пытались его изловить. Пришлось возвращаться домой.

В зоне отдыха, кряхтя и вздыхая, он загрузился в зелёную спиралевидную ёмкость, установленную в ячейке под номером Н317. Во всех остальных ячейках уже отдыхали его коллеги, проявив индивидуальность в выборе цвета и формы ёмкости для ограничения в пространстве аморфного тела. Да, лаконично, организованно, разумно и целесообразно. Засыпая, Джо с завистью подумал о землянах, которые ничего не знают ни о продолжительности своей жизни, ни о том, что может случиться завтра, но которые воспринимают жизнь как подарок и загадку.

Он подумал, что наверное, ему бы подошёл костюм рокера, и ещё ему безумно захотелось попробовать жареной картошки. Как, наверное, это здорово — иметь возможность смотреться в зеркало, иметь твёрдые, не меняющие формы руки и ноги, ходить по твёрдой надёжной земле.

Итак, Луиза отправилась на кухню варить кофе. Раньше она считала, что если карьера её не сложится, то она скорее пустит себе пулю в лоб, чем будет перебиваться случайными заработками. Что это позор — жить в маленькой квартире, в непрестижном районе. Ей уже пришлось переехать из Манхеттена в этот Бруклинский район, слава богу, не самый плохой. Все её интервью благополучно заваливаются. Неужели она такая дура? Её однокурсники давно пристроены — кто на Волл стрит, кто переехал в Манчестер на работу в солидные фирмы.

При встречах они сочувственно, плохо скрывая пренебрежение, вопрошали, — Ну неужели ты не можешь произвести хорошее впечатление на работодателя?

Бывшая лучшая подруга Стелла, разглядывая свой безукоризненный маникюр, предположила, — Может быть, ты неправильно одеваешься на интервью?

Воодушевившись, она ринулась к шкафу Луизы и в мгновение ока выбросила на диван все её вещи.