Неучтенный элемент. Том 4 - Александр Вайс

— лишь изнутри имелся стальной засов. А об открытии двери известила «музыка ветра», то есть набор звонких трубочек на верёвочках вокруг деревянной колотушки в центре.

Я увидел стойки для брони, красиво расшитые ткани, декоративные статуэтки и артефакты непонятного назначения. Вроде бы даже не сломанные. Но они не походили на боевые.

Комната освещалась через стеклянные окна в крыше и магическими светильниками, меркнущими при моём приближении.

Имелось место хранения пищи и обеденный столик. За ширмой я нашёл туалет… так вот для чего те трубы в землю! Причём это не просто слив с условным септиком под землёй: устройство тоже фонило силой.

Наконец в дальней от входа комнате я нашёл… полагаю, это можно назвать кабинетом. Много источников света, массивное кресло у не менее массивного стола. И… стеллаж книг!

В первое мгновение я испугался объёма литературы, ведь не могу утащить её чисто физически. Не из-за недостатка силы, её просто очень много. Но мгновением позже я понял, что на переплётах и обложках надписи на русском. Значительную часть книг принесли из ближайшего города. Лариэн изучал человечество.

Литература дроу отличалась переплётами из натуральной кожи и желтизной страниц. Я наконец установил связь с Регалией и начал изучать книги, решив всё же потратить драгоценные секунды на сортировку. Книги учёта и истори — сразу в сторону. Безусловно очень интересно и пренебрегать культурой иного мира казалось кощунством. Но каждый кирпич станет помехой в этом походе.

В глазах рябило, не выходило окинуть взглядом сразу всё. Но я улавливал смыслы, фокусируясь на надписях.

«От основ до глубин магии», «Сила стихий», «Великие запретные искусства», «Бестиарий»… вот он мне точно не нужен, хотя любопытно. Хм… «Творения величайшего разума»… название жутко пафосное, а внутри, судя по чертежам, книга по артефакторике. Но всё не то!

Интуиция говорила, что если увлекусь, то меня схватят за задницу. Потому я затолкал проснувшееся уважение к книгам подальше и просто откидывал ненужные. И даже те, что брал, клал в пластиковый мешок для строительного мусора не то чтобы особо бережно.

Ни один толстый томик не намекал на что-то нужное мне! Там даже какие-то явно полу-художественные «саги» попадались.

Наконец я взял невзрачную, потёртую тонкую книжку с витиеватой подписью… «Шаг в бездну». Очень уж знакомый термин — беру! Только что она такая тонкая-то⁈

Я поискал книги на полках рядом, ведь уже понял, что их расставили по жанрам и областям. Однако ничего даже близко намекающего на антимагию не имелось.

Для верности я подбежал к столу и силой открыл деревянные ящики, дохнувшие в меня какой-то магией, исчезнувшей на подлёте. Увы, никаких секретных книг. Хотя в верхнем ящике на подушечке лежала голубая цепочка с закреплённым на подвеске фиолетовым резным камнем, которую я сразу же схватил. Так же как и нечто похожее на складной нож: всё равно двигаю рукой. Жадность и интерес взыграли, признаю.

А ящиком ниже нашёлся мешочек. Я собирался убегать, но… раз уж увидел…

Тоже взял нечто, звякнувшее металлом. Явно не золото — слишком лёгкое.

Верхний этаж не стал даже проверять. Полагаю, там спальня и едва ли Лариэн недавно брал второй томик антимагии почитать в кровать.

Поудобнее перехватив мешок, пробежал по мостику и спрыгнул с края к ближайшему дереву. Несколько прыжков позволили вернутся к изначальной «артефактной мастерской» на окраине. Белокурая дроу всё ещё спала. У неё, кстати, не было оружия. Впрочем, она могла специализироваться на боевой магии.

На столе неподалёку лежали кусочки металла и инструменты. Некоторые походили на гравёр. Какие-то баночки, нити и кристаллы. Раз уж я интересовался артефакторикой, рукой сгрёб и это, позаботившись лишь о том, чтобы ничего не разлилось.

Это заняло гораздо меньше времени, чем обыск тела Лариэна. Чёрно-белая броня как артефакт похоже сломалась. Зато сняв нагрудник нашёл какой-то ещё живой медальон и кулон, аналогичный оставленному мне Лирой. Две треснувшие алые сферы также прихватил, хотя об их назначении догадывался. Больше ничего не брал: груз и так стал великоват.

Жадность того, кто любил исследовать трофеи негодовала. Тот же меч мог бы пойти на материалы. Однако их в достатке в этих краях.

Вытащив из мешка один браслет, защелкнул его на предплечье необходимой мне дроу и подхватил её под левую руку, в которую также взял копьё. Правой взял два своих мешка и через коридор выбрался на балкончик.

Интуиция кричала, что мне кто-то дышит в спину и если задержатся, то я окажусь в большой опасности. В тяжелейшей битве один против множества.

Когда постоянно истребляешь слабаков, легко возомнить себя всемогущим и бессмертным, а это не так! Не сомневаюсь, в орде есть существа сильнее меня! Поэтому мне надо развиваться дальше и нельзя попасть в бой против нескольких равных глубоко на вражеской территории!

Прыгая с него сразу за забор, я на самой границей сознания уже ощущал приближение мощной ауры с юга. А потому сам стартовал на предельной скорости. Сначала к старому руслу реки и рюкзаку. А потом дальше на восток — вглубь бескрайних лесов Сибирской равнины.

* * *

Я услышал тихое шуршание и отвлёкся от процесса восстановления выжженой дыры на рукаве куртки. Элиси, лежавшая на травке со свёрнутыми майками под головой зашевелилась и похоже попыталась поднять руки. Но они были связаны тросом с нагрузкой на разрыв, навскидку, триста килограммов.

Не то чтобы сильный одарённый не смог порвать, но похоже блокираторы мешали дару усиливать тело сверх человеческих пределов. Радовало, что на меня такая дрянь не действует. А вот у девушки даже аура стала намного слабее.

Я позволил дроу очнуться, а сам пока установил контакт с Регалией. Маны вокруг хватало… и по сути около меня лежала батарейка.

— Лира просила тебя спасти. — Заговорил я.

Очень надеюсь, что один из этих артефактов был переводчиком и что он будет работать.

Ну да… Регалия позволила мне понимать незнакомую речь. А вот болтать на чужом наречии так и не получалось. Я надеялся, что пробуждение собеседника поможет, но хрен там: я чётко слышал сам себя и понимал, что говорю на русском.

Элиси открыла глаза и окинула взглядом прореху в лесу, оставшуюся от закрывшегося пролома и битвы поблизости. Она уже зарастала травой и молодой порослью. Взгляд остановился на мне, глаза округлились в ужасе и она задёргалась.

— О духи! Пленили!

Я закрыл ей рот ладонью, не позволив голосить и приложил палец к своим губам. Кажется, система жестов у нас была… в какой-то мере схожа. На всякий случай ещё приложил