Право убийцы – 2 - Валерий Александрович Гуров

явно попадала во второй тип — сначала поговорить ни о чем, наладить контакт, потом о делах. Что же, пока это не перешло во второй вариант типа, почему бы и нет. Он может разговаривать сколько угодно, мне это совершенно не мешает, мы для этого и встретились.

— Да, выдавали. Не всем, правда, понравилось. Не знаешь, как работает это устройство? — чтобы не выдавать свой позывной (потому что хрен его знает, считается ли это секретной информацией, можно ли сообщать посторонним, и, с другой стороны — а нафига мне ассоциации с неким парнем в маске Гепарда, что не так давно отличился на подпольных боях?), я перевел разговор на другую тему.

Осетин рассмеялся, и покачал головой. Хотя, я уверен, что спросил точно не что-то смешное. По крайней мере, телохранители так и сидели с каменными лицами, словно истуканы.

— Нет, не знаю, я не учился в этой Академии, — признался он «честно», хотя я что-то подобное и подозревал. — Но я был в свое время студентом, так что понимаю тебя…

Ох ты ж, понимает он меня. В чем же, интересно? Неужели мне будут втирать, что Осетин — сирота? Да не должен, если не считает меня настолько тупым, чтобы я не помнил его рассказ в машине. Небольшой дар Дипломата, умение понимать животных, отец ему помог поехать поступать в Академию… Что-то такое было точно, я припоминал, не смотря на плохое состояние в тот момент.

— Столица, это столица, со своими требованиями буквально ко всему, — а вот теперь понеслась официальная часть представления. Я изобразил все внимание на лице, какое только смог. — В одежде, обуви, даже к обучению. Есть платные семинары, практикумы и доступы в библиотеку… Да-да, знание может стоить дорого, поверь мне.

Да я и спорить не собирался, конечно. Но и знание про платные семинары стали интересным моментом. Ранее об этом я не слышал. Хотя про обучение в принципе мало что знал, так что тут каждая новость может стать открытием. Да и зачем заранее узнавать, как проходит обучение, если у меня есть все шансы его так и не начать?

— Я верю, — решив поддержать разговор, отреагировал я, показывая, что все понимаю, верю и принимаю. И готов слушать дальше со всем вниманием.

— Я предлагаю тебе оплату обучения, ты не будешь ни в чем нуждаться, деньги на одежду, обувь, карманные расходы… — и снова включился режим дядюшки. Странно, что про жену не сказал, а то я где-то уже это слышал сегодня. — А ты взамен иногда будешь выполнять просьбы, небольшие, и ничего такого, что бы ударило по чести или достоинству.

Но он не уточнил, чьему достоинству. А в каких-то моментах это могло стать принципиальной вещью. Возможно. И что значит «небольшие» просьбы? По сравнению с чем? Но я спросил о другом. Слишком большая плата за «небольшие просьбы, которые не бьют по чести и достоинству».

— А зачем вам бездарный? — потому что я не видел ни одного повода, зачем потребовался Марк сам по себе. Вот за возможное наследство от отца — видел. А так — сирота, без денег, связей, да даже без нормальной одежды, с заблокированным даром, который приехал для галочки по императорской программе помощи.

— Видишь ли, — Осетин придвинул к себе поближе первое из принесенных блюд, и указал мне на тарелку, поставленную передо мной. Весь его вид показывал, что для продолжения разговора мне просто-таки необходимо попробовать еду. Слышал я про этот нюанс, во многих мирах заложенный в подкорку: если разделяешь с хозяином дома еду, то врагом быть его не можешь. Закон гостеприимства или что-то вроде этого. Пока ссориться с Мишей не входило в мои планы, так что я пожал плечами и взял вилку в руки, разглядывая заказанное им блюдо.

Ничего выдающегося на первый взгляд — большая глубокая тарелка, посередине которой невысокой горкой уложены овощи с креветками. Наколов на вилку пару листочков салата с огурцом, я отправил в рот, показывая, что внимательно слушаю ответ на свой вопрос.

— Дар — это такое… Сегодня бездарный, завтра нет, а человечек-то остается, верно? А нам нужны люди среди Чистильщиков. Как раз как ты — молодые, перспективные, которым мы можем помочь, чтобы помогли нам, — сам Миша ел макароны с каким-то соусом, при этом по всем правилам пользуясь столовыми приборами, чтобы ни капли красного соуса не попало на стильный серый костюм.

В принципе, объяснение звучало логично. Оплата обучения и карманные расходы молодого студента не так дорого в долгосрочной перспективе. А если поймать на крючок такого «специалиста» для выполнения «небольших просьб», то и затраты можно достаточно быстро вернуть. И при этом — все достаточно открыто и прямым текстом. Мы тебе закрываем необходимые потребности, а ты нам помогаешь, чем можешь. Все логично, простые товарно-денежные отношения. Главное, не брать больше, чем заплатить смогу.

Да и если они (кем бы «они» ни были — Миша так и не сказал, с какой семьей работает) выбрали Марка Вронского, сироту и бездарного, значит, им нужно именно такой человек. Иначе бы подошли к кому-нибудь еще.

Учитывая заявление Аланиади с утра, мне все равно не дадут остаться в нейтралитете, то есть выбирать клан все-таки рано или поздно придется. Так почему бы не согласиться?

— Хорошо, я согласен, — кивнул я, понимая, что вообще ничего не теряю. Как заказ будет выполнен, я просто исчезну из этого мира, и взятки гладки. А до этого момента постараюсь, чтобы «небольшие просьбы» не мешали моему основному заданию.

— Я очень рад, дорогой! Тогда, в качестве подарка на поступление в Академию, прими вот это, пожалуйста, не откажи, — и Осетин взял у одного из телохранителей достаточно пухлый белый конверт, заставив меня усмехнуться. Если и этот будет запечатан неизвестной этому миру печатью, по крайней мере, я знаю того, кто этому обрадуется.

Пушистик, кстати, все время сопровождал меня в невидимом варианте, иногда проявляясь где-то на потолке или в тени. Со вчерашнего дня питомец однозначно подрос, начиная вытягиваться не только в высоту, но и в длину, напоминая щенка или крупного котенка, пока что помещающегося у меня на локте. Но если