Новогодний город (СИ) - Вероника Мелан

- И почему я не проиграла этим вечером?

- Нет, уж лучше бы я!

- Блин… девки… повезло нашей Кэти…

Чейзер усмехнулся, сверкнул глазами на подружек и, поскрипывая снегом, отправился прочь. Вдохнул полной грудью морозный воздух, стер с губ чужую помаду, улыбнулся в полный рот и зашагал бодрее. Пусть до вечеринки у Декстера еще есть время, но все же не мешало бы купить шампанского, пока его не разобрала жадная до выпивки толпа. Иначе придется ехать в соседний магазин…

Дэйн Эльконто — главнокомандующий уровнем Война — сидел в полутемной комнате штаба, глядя в окно, за которым по обыкновению над разбитыми осколками камней висело хмурое небо. Ни дыма, ни взрывов, ни движения на картах. Труппы затихли, отложив наступление; бедолаги, попавшие на Уровень в канун нового года, тоже схоронились в разрушенных домах, не пытаясь пробраться к выходу. Никому не хотелось в такой день идти под пули.

Пусть нет снега, пусть нет привычного антуража, но все-таки праздник.

Им, наверное, в десять раз обиднее встречать новый год на Войне, но так провернулось колесо судьбы. Или Комиссии. И не ему, Дэйну, судить, что хорошо, а что плохо.

И все же перед глазами вставали закопченные грязные лица, порванные одежды, продрогшие раненые тела и бесконечная усталость в потухших глазах. Они все-таки люди.

Повинуясь внутреннему порыву, Эльконто перекинул с плеча за спину белую косичку и протянул руку к пульту. Так, вот система, формирующая и распределяющая по уровню юниты — те посылки, что возникают в воздухе специально для партизан. Какие-то содержат оружие, какие-то — одежду, какие-то — медикаменты.

Пальцы быстро забегали по клавиатуре, вводя запрос на формировку нестандартного содержимого доставляемых пакетов.

"Введите наименования и количество объектов", — равнодушно вопросил компьютер, и Дэйн на мгновение застыл, размышляя. Потом, вдохновленный одному ему ведомой идеей, начал печатать, приговаривая вслух:

— Так… печенье, конфеты, шоколад… что еще? Мандарины… серпантин? Нет, хлопушки нельзя: труппы, не разобравшись, откроют огонь на звук. Что? Уверен ли я, что действительно хочу создать подобный пакет? Чертова корова, конечно, хочу! И нет, не надо сохранять это в базу данных, не за чем… И стоит ли алкоголь? — Дэйн на какое-то время задумался. Потом решил, что напившись, кто-нибудь обязательно полезет под пули, и спиртное добавлять не стал.

"Что-нибудь еще?" — система, словно равнодушная торгашка, спрашивала только потому, что должна была, а не потому, что хотела.

— Да. Медикаменты в двойном объеме. Праздник все-таки. Пусть порадуются…

«Пакет сформирован. Приступить к материализации?»

Дэйн уверенно нажал "да" и с чувством выполненного долга откинулся на спинку широкого кожаного кресла.

Если уж этот чертов компьютер умеет создавать автоматы и таблетки, то чего ему стоит создать мандарины? И одной Комиссии известно, как вся эта фигня работает. Главное, работает.

По экрану неторопливо ползла полоска — индикатор прогресса. В этот момент где-то в огромных подвалах, напичканных сверхмощной непонятного назначения техникой, из воздуха или кто их там знает из чего, формировался заказ, который потом автоматически распределит юниты в различных местах на карте.

Интересно, что будет написано на шоколадках? "Произведено на уровне Война?"

Эльконто усмехнулся и поднял трубку внутреннего телефона. Дождавшись ответа, отдал приказ:

— В течение следующего часа отменить любой огонь. Кто бы куда не перемещался, не стрелять.

На том конце пообещали все исполнить.

Светловолосый мужчина поднялся с кресла, вальяжно по-кошачьи потянулся до хруста в позвонках, после чего направился к порталу, ведущему "в мир". Подарки сделаны, праздник будет. Можно идти к Рену.

Закрывая за собой дверь штаба, Эльконто с интересом размышлял, не будет ли на вечеринке новеньких, с кем можно было бы приятно провести время?

Расположившись на диване в гостиной, Рен Декстер с улыбкой на губах наблюдал, как стройная блондинка, стоя на верхней ступеньке складной лестницы, приставленной к огромной новогодней елке, в который раз прилаживает на верхушку блестящего ангела.

— Рен, ну помоги! — С беспомощным выражением лица обернулась голубоглазая мадам и развела руки в стороны.

— Элли, он нормально был там прикреплен.

— Под углом! Он накренился, а я не достаю. Подсади меня!

Мужчина рассмеялся и поднялся с дивана. Аккуратно обхватил руками изящные колени блондинки и приподнял ее в воздух. Теперь аппетитная попка прижималась к самому лицу, что невероятно дразнило. Дождавшись, пока шуршание в ветвях елки утихнет, Рен не удержался и легонько прикусил круглую ягодицу. Сверху тут же раздалось притворно-возмущенное восклицание:

— Ах ты! Не кусайся! Вот я тебя!..

— Что ты мне?

Он притворился, что с рычанием поедает юбку, и принялся с наслаждением прикусывать нежную кожу. Рычание перемешалось с заливистым смехом, мельканием кулачков в тщетных попытках отбиться и звоном игрушек на зеленых ветках.

— Негодник! Ну-ка отпусти!

— Не отпущу…

— Вот я тебе задам! Елку завалим! Отпусти!

Рен сделал шаг назад, и, хохоча, оба повалились на диван.

Элли оказалась целиком распластавшийся на любимом, который в этот момент улыбался во весь рот.

— Вот ведь какой! — Маленькие кулачки вдоволь поколотились о широкую грудь, после чего были аккуратно сграбастаны и отведены за спину сильными мужскими руками.

— Т-с-с-с-с, моя нимфа. Нечего дразнить попкой с близкого расстояния, я ведь не железный.

Элли к тому времени приняла вертикальное положение и теперь сидела на коленях откинувшегося на спинку дивана Рена, хитрыми глазами вглядываясь в его лицо. Расслабленное и в то же время хищное как, впрочем, и всегда. Несколько раз поерзав вперед-назад, она смешливо и довольно уверенно заявила:

— А по-моему, очень даже железный.

— Не смей, — угрожающе предупредил Декстер. — Еще раз так поерзаешь…

— И что случится?

Элли намеренно поерзала еще. А затем еще. Медленно потерлась в различных направлениях о вдавившийся в промежность бугор. Высвободила руки, наклонилась к любимому мужскому лицу и провела пальчиками по темной щетине. Cеро-голубые глаза прищурились, губы дрогнули в соблазнительной улыбке.

— Ты знаешь, что будет. И мне плевать, что ты уже переоделась для праздника и уложила волосы. Потом будешь заниматься этим еще раз.

Эллион мягко обвила руками мощную шею и поцеловала самые вкусные, самые притягательные на свете мужские губы. После чего отстранилась и прошептала: