Ворон, Волк и Чёрная Крыса - Берёза

Лин почувствовала, как ёкнуло её сердце. Она была отнюдь не уверена, что справится. Одно дело — раскинуть карты, и совсем другое дело — искать пропавшего ребёнка. Однако Лин знала, что бабушка такими вещами не шутит. Она со вздохом поднялась с крыльца, засовывая карты в задний карман джинсов. И последовала за Клавой.

Меньше получаса им хватило, чтобы пересечь деревню и оказаться у дома Клавы. Здесь уже собралась толпа. Люди настороженно косились на Лин, когда она проходила мимо.

— Дайте мне фотографию ребёнка и его личную вещь, желательно любимую игрушку. И покажите, где его видели в последний раз, — велела Лин, стараясь, чтобы её голос не дрожал. Раньше это всегда делала бабушка.

— Вот здесь, — Клава кивнула на газон рядом с крыльцом. Лин встала, куда было указано. Теоретически она должна была почувствовать ауру ребёнка, оставшуюся в этом месте. Вот только ничего такого она не чувствовала.

Клава протянула юной ведьме фотографию. Мельком взглянув на неё, Лин увидела пухлого пятилетнего карапуза с розовыми щёчками. Она помнила этого карапуза: встречалась с ним пару раз, когда Клава брала с собой внука на рынок.

— Ой, что ж я родителям-то скажу, когда они звонить вздумают! Станут спрашивать, как дела у ребёночка, а ребёночка-то и нет! — причитала Клава. Её стенания порядком отвлекали Лин.

— Тихо! — прошипела девушка, и Клава мгновенно замолкла. Всё ещё сжимая в руке фотографию, Лин прикрыла глаза. Образ ребёнка мгновенно вспыхнул в мозгу, будто его вырезали с фотографии и поместили ей в голову. Вот только сейчас его белокурые волосы были растрёпаны, а пухлые розовые щёчки — расцарапаны. Но больше никаких повреждений Лин не разглядела.

— Он жив и, кажется, цел, — заявила она. Клава испустила вздох облегчения, а затем взвизгнула:

— Где он?!

Этого Лин не видела. Образ ребёнка постепенно тускнел в голове.

— Игрушка, — коротко сказала она. Клава протянула девушке жёлтого плюшевого медвежонка. Судя по потёртости и порванной лапе, это действительно была любимая игрушка малыша.

На этот раз Лин увидела более яркий образ. Едва она взяла медвежонка в руки, как её захлестнули чужие эмоции. Страх. Мальчик хотел домой, но не знал, как ему попасть туда. Он заблудился. А затем Лин услышала шелест листвы со всех сторон и почувствовала запах. Тот самый запах листвы и древесной коры, который она не перепутала бы ни с чьим другим.

— Он в лесу, — заявила Лин.

— В лесу? Но как он туда попал? — взвизгнула Клава.

— Тихо! — шикнула на неё Лин. Образ был настолько хрупким, что мог развеяться в любую минуту. Сосредоточившись, она явственно увидела два поросших травой склона, поднимавшихся справа и слева от неё, и на миг уловила тихое журчание ручейка. А затем всё растаяло, словно дым.

— Он в овраге, — уверенно заявила Лин.

— Он в овраге! — подхватила её слова толпа. Мужики развернулись к лесу, готовые прочёсывать овраг. Клава и Лин отправились с ними, Лин — всё ещё сжимая в руках мишку.

Казалось, будто плюшевая игрушка всё ещё связывает её с ребёнком. Лин чувствовала страх где-то в глубине подсознания, а к горлу подкатили слёзы, будто ребёнок собирался заплакать.

Мужики собрались прочёсывать лесной овраг, начиная с конца, ближайшего к деревне. Но ноги понесли Лин дальше. Она дошла до середины оврага, до наиболее обрывистого его склона, и стала осторожно спускаться вниз. На дне оврага журчал ручеёк и доносился ещё один звук. Это был детский плач.

— Саша! — Клава с поразительной для её возраста ловкостью приземлилась на дно оврага и прижала к себе своего чумазого, расцарапанного, но в целом невредимого внука.

— Всё в порядке, малыш. Бабушка с тобой, — приговаривала она, успокаивая ребёнка. А затем она повернулась к девушке.

— Спасибо, Линда. Передай Вассе, что я позже занесу ей что-нибудь в благодарность.

Лин кивнула и стала выбираться из оврага. Пока она шла к деревне, мужики неодобрительно косились ей вслед. Вот всегда они так! Как только что-нибудь нужно, так все в деревне бегут к ней с бабушкой за помощью, но вместо благодарности отплачивают лишь враждебностью.

Но ничего не поделаешь. Она, Линда Ворон, шестнадцати лет от роду, действительно была ведьмой.

Ночь I

Уже выходя из лесу, Лин внезапно что-то почувствовала. Будто кто-то внимательно смотрел ей в спину. Лин медленно обернулась. Никого.

"У тебя паранойя", — заявила она себе. Но легче от этого заявления не стало. Лин по-прежнему чувствовала на себе чей-то взгляд. Он не был враждебным, как взгляды её односельчан, скорее, оценивающим, но почему-то у Лин по спине забегали мурашки.

— Кто здесь? — крикнула она. Ответа не последовало. Тишина, казалось, давила на уши. Лин развернулась и поспешно зашагала в сторону деревни.

— Ну, как, удачно? — спросила бабушка, ожидая её на крыльце. Лин просто кивнула.

— Я всегда знала, что ты справишься, — в голосе Вассы Ворон звучала неприкрытая гордость за внучку. Свою ведьмовскую натуру Васса воспринимала как благословение, а не как проклятие.

— Иди есть, ужин остывает, — бросила бабушка, заходя в дом. Лин хотела рассказать ей, что почувствовала в лесу что-то зловещее, но вовремя придержала язык. Бабушка лишь расстроится, если узнает.

— Лин, ты дома? — крикнул снаружи девичий голос. Линда оторвалась от тарелки с котлетами и выглянула в окно. У калитки стояли две её лучшие подруги: Нелли и Кристина.

— Сейчас! — крикнула им Лин, заглатывая сразу половину котлеты.

— Не спеши, а то подавишься, — прикрикнула на неё бабушка, словно на малого ребёнка. Лин поспешно доела и стала одеваться.

— Возьми куртку, вечером может быть холодно, — предупредила бабушка. Лин кивнула и задержалась у зеркала, чтобы провести расчёской по волосам.

Для ведьмы у Линды Ворон была самая неподходящая внешность. С детства она мечтала быть похожей на цыганку, грезила о смуглой коже, длинных и кудрявых волосах, чёрных, как смоль, и чёрных глазах. Природа распорядилась с точностью до наоборот.

Волосы девушки были короткими, прямыми и очень светлыми. Такой цвет обычно называют белокурым. Кожа отличалась удивительной сопротивляемостью загару. Лин могла провести на солнце целый день и при этом остаться бледной. А глаза были безнадёжно голубыми. Из зеркала на девушку смотрело маленькое личико с пухлыми щёчками, как у херувима. Ну, какая из неё ведьма?

Подруги уже ждали Лин на крыльце. Васса вышла из дома вслед за внучкой, чтобы поздороваться с девушками.

— Куда сегодня направитесь? — спросила она с едва заметным беспокойством. Нелли пожала плечами, а Кристина ослепительно улыбнулась и ответила: