Беседы о Третьем Элементе - Яков Романович Равиц

Два дракона для рыцарей и один для принцессы — это информация, и она необходима Джону, чтобы приготовить драконов, без которых нашим героям не преодолеть опасное Темное королевство. Три дракона и два кило картошки это данные, а лежащая перед вами книга является сообщением, которое предоставляет эти данные в ваше распоряжение. Равноценны ли два сообщения? Если считать, что информация существует только в нашем субъективном мире, то да. Но если отличать реальный мир от фантазийного, то нет. Картофель находится в реальности, которая объективна, и, между прочим, мы тоже — в ней. Мир Двенадцати Королевств пока в фантазии, и, чтобы уравнять оба высказывания в правах, нам придется создать этот Мир и перенестись в него.

Получается, что мы не сможем дать полное определение информации, не включив в него также некоторую иерархию реальностей, в которых происходит действие и в которых мы в данный момент находимся.

Некоторые из вас скажут, что информация — это только то, что мы можем узнать о существущем на самом деле, а то, чего нет, называется не иформацией, а чепухой. Рыцарей, принцессу и драконов я только что выдумал, а драконов не бывает вообще.

Даже не ожидал, войти в философский диспут так резко, как говорится «с колес». Но описать проблему придется. Дело в том, что утверждая, что познаваемо только то, что можно ощутить огранами чувств, вы исключаете сферу духовного и возможность того, что что-либо может быть не так как есть, а по другому, и я попробую это описать.

Несомненно, большую часть сведений мы получаем из физической реальности через ощущения и восприятие, но все ли? Если информация — это только реально-истинное, то прочитав, к примеру, роман Ромео и Джульета, мы не получаем ничего полезного, потому что Шекспир эту историю выдумал. Но если никаких ценностей роман не содержит, стоит ли его вообще читать, ведь чтение требует труда, а результат будет нулевым.

Шекспир собрал мозаичные камушки отдельных событий, произошедших во внешней реальности и, разложив их перед собой, понял обратную сторону игр и мотивов игроков. Затем, облачив понимание в волшебство древних исландских саг, Шекспир создал в своем сознании выдуманную, но полную содержания историю, произошедшую в духовной реальности. Существует ли эта странная реальность сложный философский вопрос, но мы по-сути его уже решили тем, что на протяжении пяти столетий стараемся вновь и вновь воссоздать историю Гамлета на сценах своего воображения.

Помните, когда мы были детьми, мы лепили куличики из песка и даже старались накормить ими маму и папу. Глупость какая-то, ведь на самом деле никаких куличиков не было, и есть такое категорически нельзя. Но зачем-то мы этой ерундой занимались? Зачем дети из поколения в поколение упорно продолжают лепить куличики из песка, а мама и папа упорно делают вид, что едят эти куличики! Возможно, все-таки, что в этой выдумке что-то есть.

Моделируя актуально существующее в нашем сознании, мы непременно выходим за его границы в область возможного и случается это не только в искусстве и мистике, но и в науке. К примеру, геометрия основана на понятии точки. Эвклид в своих «началах» определил точку, как «объект, не имеющий частей». В современной геометрии точка не определяется и считается фундаментальным математическим объектом, который не имеет длины, площади и объема. Такой объект не может актуально существовать и в соответствии с вышесказанным не может быть источником информации. Как же получилось, что на уроках математики вы оперировали подобными выдуманными объектами.

Я бы рассказал вам про Ахилеса и Черепаху, но эта апория уже относится к рассказу о границе. Давайте поступим так, всякий раз, когда у нас будет причина усомниться в том, что источник информации находится в объективной реальности, я вам об этом напомню.

Я пришел к попытке философски осмыслить понятие информации в качестве одного из компонентов реальности довольно давно. Началось все с курса анализа информационных систем, приступая к которому я уже взялся строить программу для фармацевтического завода и понял, что, построив табличную базу данных, ты создаешь искусственную реальность и предписываешь ее пути. По прочности они не уступают нитям судьбы, которые прядут богини Парки, их можно разрезать, но для этого нужно вспороть саму реальность. В принципе с подобным поведением субстрата сталкивается любой инженер, но механик творит свои устройства по законам уже имеющейся действительности, а системный программист создает сами миры.

Человек, создавший хотя бы одну реальность, уже никогда не будет оставаться таким, как раньше. Он уже не сможет вам сразу ответить, где точно он сейчас находится, и у него появляется чувство, что из любого мира можно легко свалить. Рано или поздно он начинает с сарказмом оглядывать все вокруг и с наглой кривой ухмылкой посматривать вверх. Ну и в качестве вишенки на торте задается вопросом: а из чего все эти реальности состоят?

К этому времени относятся эпизоды, когда я уже был, по-видимому, «немного не в себе». Я помню, что написал эссе, в котором пытался развить идею об элементарности информации, и подал его руководительнице курса. Обсуждения не состоялось, но эффект проявился в том, что при встрече она старалась не смотреть мне в глаза и вообще не оставаться наедине без свидетелей.

Потом я, молодой инженер, стал строить системы, забавляясь с блок-схемами и диаграммами и пытаясь понять, какие из них лучше, но снова и снова возвращался к вопросу, что такое информация. Это тоже было довольно давно, но уже не так. Время от времени я совершал короткие вылазки в царство науки, надеясь найти ответ. Первым делом освежил термодинамику, то есть теорию тепла. По сути это наука о том, как из него получить работу. Когда стали это дело исследовать, то оказалось, что работа очень сильно связана с наведением порядка. Тот, в свою очередь, — с тем, где что лежит. А последнее — это информация.

Потом выяснилось, что для того, чтобы рассказать вам о термодинамике, мне надо освежить физику движения, то есть обычную классическую динамику. Та строится на нашем понимании реальности, а это опять философия, с которой я и начал, когда надел на глаза повязку. То есть я завершил полный круг, и мне опять надо с чего-то начинать. Разница только в том, что я уже один раз прокрутился в этом колесе сансары.

Я долго