Скромница из царских покоев - Людмила Ситникова

– Придется учиться жить без Натальи.

– Предлагаешь мне встать у плиты?

– Найдем новую помощницу.

– Нет. Такой идиотки, как Натка, нам не найти. Господи, почему столько несправедливости? Кого мне теперь посылать? Кого, Ката?

Понимая, что горько пожалеет о сказанном, Копейкина ляпнула:

– Посылайте меня.

Свекровь зазмеилась улыбкой.

– Детка, ну это само собой. Но одной тебя мне мало, необходимо как минимум две кандидатуры.

В первой декаде июля Казимир пригласил Копейкиных в свой загородный дом.

Перед поездкой Розалия Станиславовна не сомкнула глаз.

– Я не выдержу, – твердила она, сидя в «Фиате», – если у Казика дом больше нашего, я сойду с ума.

– Можете сходить, его дом больше нашего коттеджа раза в три.

Особняк Денисова произвел на свекровь неизгладимое впечатление. А когда Наталья распахнула входную дверь и с радостной улыбкой приветствовала гостей, у Розалии отвисла челюсть.

Сканируя взглядом бывшую помощницу, свекровь нервно сглотнула:

– Наташка?! Это ты?

– Я, Розалия Станиславовна. Проходите, чувствуйте себя как дома.

Чмокнув обескураженную свекровь в щеку, Ната обняла Катарину.

– Ой, Катуш, я так счастлива.

– Выглядишь великолепно.

Потупив взор, Ната пискнула:

– Спасибо. Это Казимир настоял, чтобы я обновила гардероб и регулярно посещала салон красоты.

Розалия, которая, как вы помните, страстно жаждала сохранить вечную молодость, начала икать.

– В какой салон ты ездишь, детка?

Ната озвучила адрес.

Свекровь прислонилась к стене.

– Что с вами?

– Принести воды?

– Это один из самых дорогих салонов, – выдавила свекровь. – Я тоже туда езжу.

Наталья закивала.

– Верно. Я даже думала, что мы с вами там столкнемся, хотела сделать сюрприз.

– А шмотки… Ката, посмотри на ее платье. Боже! Это же… – Она не договорила.

– Он самый, – улыбалась Натка. – Версаче.

Пока свекровь приходила в себя, в гостиную спустился Казимир.

– А почему до сих пор стоите в дверях? Непорядок. Прошу всех в столовую. Обед готов.

– Покажешь потом все свое шмотье, – шипела свекровь на ухо Натке, шествуя в столовую.

Насладиться обедом Розалии не удалось. Казимир осыпал потенциальную супругу комплиментами, восхищаясь ее неземной красотой и обаянием, тогда как свекровь, чувствуя себя словно рыба, поджаренная на сковородке, не сводила глаз с кольца Натки.

– Хорошая имитация бриллианта, – наконец выдавила Розалия.

Казимир оскорбился.

– Имитация? Ни в коем случае. У моей жены должно быть все самое лучшее. Это бриллиант!

Свекрища замахала руками.

– Иди ты!

– Хотите примерить? – предложила Натка.

– Нет, – буркнула Розалия и больно саданула под столом Катку по ноге.

Настроение свекрови портилось с неимоверной быстротой. Скоро Станиславовну начало раздражать все и вся в особняке Денисова.

– Почему у вас такая темная гостиная? – вопрошала она, сидя в мягком кресле и потягивая коктейль.

– Темная? Не замечал. – Казимир переглянулся с Наткой. – Нам с птенчиком нравится.

– С птенчиком? Так у вас еще и птицы живут? Впрочем, я должна была догадаться, запашок в столовой еще тот. Кого держите? Уток? Гусей? Пеликанов?

– Это он про меня. – Наташка опустила голову и зарделась.

Розалия зацокала языком:

– Ты птенчик? Ничего глупее не слышала. Из тебя птенец, как из Каты сапер. Ты скорее на лошадку смахиваешь, особенно в моменты лучезарных улыбок.

– Когда свадьба? – поспешила спросить Катка, видя, что Розалия собирается отвесить очередную ехидную шутку.

– В октябре. А медовый месяц мы проведем в Монако, я уже забронировал номер в лучшей гостинице.

– Фи! А я бы туда не поехала. Предпочитаю отдыхать в более дорогих городах.

– Монако славится своими…

– Я знаю, чем славится Монако, но мне там не нравится.

– Приходилось бывать?

– Представьте себе. – Розалия поставила на столик пустой бокал и властным тоном потребовала: – Натка, принеси еще коктейль.

Натали не двинулась с места.

– Я, кажется, к тебе обращаюсь, ты оглохла?

Ката попыталась приструнить свекровь, но та уже взбеленилась:

– Давай, давай, двигай граблями. Дуй за коктейлем!

Взяв колокольчик, Наталья позвенела, и в гостиной появилась полноватая женщина в черном платье и белом переднике.

– Анна, принесите, пожалуйста, еще коктейль, – миролюбиво попросила Ната, бросив быстрый взгляд на свекровь.

Как только толстушка удалилась, Розалия Станиславовна загудела:

– Прости. Совсем забыла, что ты теперь у нас птица высокого полета. Колокольчиком тренькаешь. Мать твою! И служанка у вас, как собака Павлова, реагирует на звон колокольчика. Да-а, хорошо ты устроилась.

– В скором времени вы привыкнете, – одобрительно закивал Казимир, положив руку на ладонь Натки.

В гостиной повисла неловкая пауза, которую нарушила трель мобильного телефона. Поднеся сотовый к уху, Казимир, извинившись, прошествовал в кабинет.

Стоило ему скрыться за дубовой дверью, как Розалия, откинувшись на спинку кресла, произнесла дрожащим голосом:

– Ката, собирайся, мы уезжаем.

– Нет, нет, – запротестовала Наталья, – останьтесь еще на чуть-чуть.

– Мы уезжаем! Мы здесь нежеланные гости.

– Не говорите так.

– Нежеланные! – повторила свекровь и топнула ножкой.

– Желанные, – твердила Натка.

– Нет!

– Да.

– А я сказала – нет!

Проведя рукой по волосам, Ната пискнула:

– Хорошо, не будем спорить.

– А-а-а… – взвилась Розалия. – Катка, ты слышала, слышала, что она сказала? Она считает нас нищими оборванками, которым не место в ее шикарном доме. Она нас оскорбила! У нее в глазах черным по белому написано: «Пошли вон, жалкие побирушки».

– Розалия Станиславовна, вы перегибаете палку, не стоит кипятиться.

– Ты и кольца нацепила, чтобы позлить меня. Смотрите, какая королева, в салоны красоты она ездит. Ух ты, ах ты! Значит, теперь мы для тебя отбросы? Неблагодарная!

Разрыдавшись, Наталья подбежала к свекрови.

– Розалия Станиславовна, я этого не говорила.

– Но подразумевала.

– Вы заблуждаетесь.

– Ката, вываливай свою задницу из этого склепа. Мне душно, я задыхаюсь в его стенах.

Сжав кулаки, Катарина набросилась на свекровь с упреками:

– Вам не стыдно? Посмотрите, довели Наталью до слез. Неужели нельзя обойтись без скандала. Зачем вы так?

Уткнувшись в плечо Катки, Натусик тихо всхлипывала.

В гостиную пришла служанка.

– Ваш коктейль, – обратилась она к свекрови.

– Пошла прочь! Не видишь, я в гневе. Ты бы еще завтра днем притащилась. Сама-то, наверное, с утра уже хряпнула пару коктейлей, оттого и передвигаешься, как тормознутая улитка.

На улице Ката схватила Розалию за руку.

– Не растягивай блузку! Между прочим, пятьсот баксов стоит.

– Вы должны вернуться и извиниться.

– Ни за что!

– Наталья не заслужила такого отношения к себе. А вы ее обидели.

– Доставай ключи.

– Не сдвинусь с места, пока не попросите у Натки прощенья. Розалия Станиславовна, поймите, ей сейчас намного тяжелее, чем нам с вами. Ната нуждается в нашей поддержке, ведь, кроме нас, у нее нет близких людей.

– У нее есть Уазик!

– Какой Уазик?

– Ну Казик, какая разница, это все терминология.

– Ей нужны мы.

Минуты полторы свекровь смотрела под ноги, затем, резко развернувшись, направилась к крыльцу.

Зареванная Натка, щелкнув замком, бросилась на шею Розалии.

– Не сердитесь на меня. Пожалуйста, не надо, я вас так люблю.

Свекровь запела новую песню:

– Детка, прости, сгоряча я наговорила много лишнего. Это Ката на меня так влияет, она тебе завидует, и исходящие от нее волны зависти действуют на меня отрицательно.

– Вы уже не злитесь?

– Нет, пупсик.

– Мы снова друзья?

– Самые лучшие. У меня с утра отвратное настроение, а тут ты… в таком прикиде, огромный дом, кольцо, колокольчик. Кстати, лапуся, можно примерить колечко?

– Конечно.

Сняв с пальца украшение, Ната протянула его свекрови.

– Бесподобно! Подарок Казика в честь помолвки?

– Нет, просто подарок.

– Восхитительно!

– Вам нравится?

– Грандиозно!

– Я вам его дарю.

– Что? – Розалия не верила ушам. – Мне? Бриллиант?

– Берите, берите, это от чистого сердца.

– Нет… Натик, я не могу…

– Я настаиваю.

– Ну если только настаиваешь. Господи, в какое неловкое положение ты меня поставила. Я смущена по самые коленки. Ката, Катарина, черт тебя дери, где ты там?

– Я здесь.

– Взгляни, Наталья подарила мне кольцо.

Катка с упреком посмотрела на сияющую Натку.

– Подарила? А зачем?

– Как ты смеешь задавать такие бестактные вопросы нашей куколке? Она имеет право распоряжаться собственными вещами по своему усмотрению. Спасибо, солнышко, я тебя люблю.

Наталья вновь заключила свекровь в объятья, а та, в свою очередь, продолжила: