Историческое описание одежды и вооружения российских войск. Том 7 - Александр Висковатов

Кафтанъ (называвшійся также и мундиромъ)—изъ темнозеленаго, моченаго сукна, съ краснымъ, каразейнымъ подбоемъ и съ плоскими, металлическими (медными или оловянными) пуговицами, въ покрое почти совершенно сходствовалъ съ кафтанами, бывшими у Гатчинской пехоты. У большей части полковъ онъ былъ съ отворотами или лацканами, и имелъ нашивки или петлицы; изъ шерстяной тесьмы, только на клапанахъ рукавовъ, надъ обшлагами, исключая одинъ Московскій полкъ, где оне находились на самыхъ обшлагахъ, въ прямомъ направленіи отъ верхняго края къ нижнему. Воротникъ, какъ и у Гатчинскихъ войскъ, пришивался къ кафтану на-глухо, и былъ до 2 1/4 вершковъ шириною. Лацканы имели почти ту же форму, какъ у Армейской пехоты, при Императрице Екатерине II, только къ-верху несколько шире, и, какъ воротникъ пальца на четыре не доходилъ до бортовъ кафтана, то между боковыми его сторонами, верхнимъ краемъ кафтана и лацканами, часть темнозеленаго сукна, въ виде треугольника, оставалась не закрытою (Рис. №№ 912, 913 и 914). Каждый лацканъ пристегивался къ кафтану шестью пуговицами, изъ которыхъ нижнія пять, пришитыя на самомъ кафтане, были одна отъ другой въ равномъ разстояніи, а верхняя, нашитая на самомъ воротнике, у плеча, отстояла далее. Еще одна пуговица находилась на воротнике, съ левой стороны, для пристегиванія погона; две были подъ правымъ лацканомъ, подле борта; по две—надъ обшлагами, на клапанахъ; по три— подъ карманными клапанами; две—на лифе; по одной—у нижнихъ концевъ полъ, на шве, и по одной—у застежекъ полъ. Такимъ же образомъ размещались пуговицы и на кафтанахъ, не имевшихъ лацкановъ, но съ тою единственно разностью, что на каждомъ борте ихъ было не по шести, а по пяти, начиная отъ угловъ воротника до пояса (Рис. № 915). У этихъ же кафтановъ, т. е. которые не имели лацкановъ, передніе края полъ выкраивались, какъ и у Гатчинскихъ пехотныхъ кафтановъ (Рис. № 915) 1793 года, съ вырезкою или уступомъ, а у кафтановъ съ лацканами этого не было. Въ отношеніи къ кафтанамъ, полкъ отъ полка отличался цветомъ воротника, обшлаговъ, лацкановъ, погона, нашивокъ и пуговицъ, чему описаніе следуетъ ниже. — Весною, съ 1 Марта по 1 Мая, кафтанъ застегивали на крючки, а при лацканахъ еще и на две нижнія пуговицы праваго борта, такъ, что лацканы оставались открытыми (Рис. № 912); летомъ, съ 1 Мая по 1 Сентября, застегивали кафтанъ только на средніе крючки, противъ 3-й и 4-й пуговицъ отъ низа (Рис. № 913); осенью, съ 1 Сентября по 1 Ноября, застегивали его на все пуговицы, кроме двухъ самыхъ нижнихъ (Рис. № 914), а зимою, съ 1 Ноября по 1 Марта — на все пуговицы, безъ исключенія (Рис. № 915) (169).

Камзолъ—въ однихъ полкахъ изъ белаго, въ другихъ— изъ палеваго, въ иныхъ—изъ цитроннаго (желтаго) сукна,— былъ, какъ и прежде, на холстинной подкладке; въ длину ниже пояса, съ клапанами на карманахъ и съ небольшими, плоскими пуговицами. Последнія имели одинъ цветъ съ пуговицами на кафтане, и нашивались: вдоль борта—по десяти, а подъ клапанами—по две. Въ холодные месяцы года камзолы носили съ рукавами, а въ летніе ихъ отпарывали (170).

Штаны,—называвшіяся также и нижнимъ платьемъ,— были одного покроя съ штанами, какія все пехотные чины имели до 1786 года, т. е. до переменъ, введенныхъ въ обмундированіи Русской арміи Княземъ Потемкинымъ. Съ 1 Іюня по 1 Сентября ихъ носили белыя, холщевыя, а въ остальные месяцы—суконныя, цветомъ противъ камзола(171).

Штиблеты —были изъ чернаго сукна, съ двенадцатью, на каждой стороне, желтыми пуговицами, имевшими форму и величину камзольныхъ.—Оне застегивались, подъ третьею изъ верхнихъ пуговицъ, черною, суконного подвязкою, съ пряжкою, квадратной фигуры, по угламъ обрубленною, и совершенно сходствовали съ штиблетами Гатчинской пехоты (Рис. № 912) (172).

Башмаки—были смазные, съ тупыми носками (173).

Галстукъ—строился изъ краснаго стамеда, на холстинной подкладке, съ полотняною обшивкою, по верхнему краю, и съ тесемками или завязками, назади (174).

Фузелерная шапка — походила на шапки, бывшія у Голштинской Артиллеріи и описанныя выше, въ обозреніи Царствованія Императора Петра III. Она состояла изъ суконной тульи, съ околышемъ, и изъ налобника. Последній, вышиною въ 5 1/2 вершковъ, имелъ, съ наружной стороны, во всю величину, металлическую (по цвету пуговицъ), бляху, на которой вверху была корона; ниже короны — надпись: „Съ нами Богъ", ниже надписи — двуглавый орелъ, а еще ниже орла—вензель Императора Павла I, составленный изъ Русской буквы П и изъ цифры I. Остальное пространство бляхи было занято воинскою арматурою и другими изображеніями (Рис. № 916). Тулью огибали две, на-крестъ положенныя и выпуклыми узорами украшенныя, металлическія полоски; надъ соединеніемъ полосокъ находилась выпуклая, металлическая же, накладка или колпачекъ, съ украшеніемъ, на верху, въ виде пламени, а на околыше, противъ полосокъ, были прикреплены три металлическія бляхи, съ изображеніемъ, на каждой, пылающей гренады и съ различными узорами (Рис. № 916) (175).

Шапка фуражная,—съ околышемъ или безъ околыша,— походила на обыкновенный колпакъ и строилась изъ темнозеленаго сукна, именно, изъ выслужившихъ сроки кафтановъ. На половине своей длины или вышины она перегибалась, а внизу имела шерстяную кисть, которой нижній конецъ равнялся съ нижнимъ краемъ самой шапки (Рис. № 917). Цветъ околыша былъ произволенъ, но по большей части, одинаковъ съ цветомъ воротника, лацкановъ и обшлаговъ. Кисти также не имели определеннаго цвета, а только наблюдалось, чтобы въ ротахъ одного и того же баталіона оне были различны. Въ некоторыхъ полкахъ, по швамъ шапокъ, для украшенія, находилась суконная выпушка, произвольнаго цвета. Также, въ некоторыхъ, часть шапки, отъ перегиба до кисти, была длиннее, нежели отъ перегиба до низа околыша, и въ такомъ случае первая, длиннейшая, часть загибалась за околышъ, на столько, чтобы конецъ кисти равнялся съ низомъ околыша (Рис. № 917) (176).

Шинель—изъ белаго сукна, безъ подкладки,—походила на прежніе, Княземъ Потемкинымъ введенные плащи, только имела отложный воротникъ, подобный кафтанному, и, напереди, шесть обтяжныхъ пуговицъ (Рис. № 914) (177). Надевали ее въ холодную и ненастную погоду, сверхъ кафтана, въ рукава, подпоясывая портупеею, а въ походе, когда не случалось въ ней надобности, носили при себе, скатанною или привязывая къ верху ранца, или перекидывая черезъ плечо, кому какъ удобнее (178).

Фуфайкою назывался овчинный полушубокъ, надевавшійся, съ 1 Ноября по 1 Марта, подъ камзоломъ, для чего у сего последняго, назади, распускалась шнуровка, а у кафтана выпускался, нарочно для того оставлявшійся, запасъ сукна (179).

При такомъ обмундированіи, введены были опять: пудра, пукли и косы. Предпоследнія носили шириною въ ладонь и такой длины, что оне закрывали уши, а последнія оплетали черною, шерстяною лентою, имевшею, на затылке, бантъ, съ двумя небольшими концами. Длина косы собственно определена не была, но Шефы полковъ, для однообразія, наблюдали, чтобы нижній ея конецъ равнялся съ верхнимъ краемъ сумы (180). Вне службы, рядовымъ дозволялось, вместо косъ, носить пучки (181).

Шпага,—съ тесачнымъ клинкомъ, въ 15-ть вершковъ длиною,—имела ножны изъ нечерненой кожи, а ефесъ, крючекъ (для задеванія за лопасть портупеи) и наконечникъ медные, и почти совершенно сходствовала съ шпагами времени Императора Петра III (Рис. № 918) (182). Шпажный темлякъ состоялъ изъ шерстяной тесьмы, въ 5/8 вершка шириною, и изъ шерстяной же кисти, которая, вместе со столбчикомъ и гайкою, или шишечкою, имела 2 1/2 вершка длины (Рис. № 918). Тесьма и бахрама кисти были белыя; столбчики: въ 1-мъ баталіоне—белые, во второмъ—красные, а гайки и околыши (верхняя, закругленная часть кисти): въ 1-й или Шефской роте — белые, во 2-й — оранжевые, въ 3-й—черные, въ 4-й—голубые, въ 5-й—красные (183). Портупея,—изъ выбеленной, яловочной кожи, съ прошивкою у краевъ и съ прошивною же лопастью,—полагалась: длиною въ 1 арш. 13 вершк., а шириною, какъ и прежде, въ 1 1/8 вершка. У нижняго ея края, между ремнями, образовавшими лопасть для шпаги, пришивалась небольшая лопасть для штыковыхъ ноженъ, а къ исподней стороне праваго конца, почти противъ камзольнаго борта, прикрепленъ былъ узкій ремень, для продеванія въ небольшую, медную или железную, пряжку, пришитую съ лицевой стороны леваго конца (Рис. № 918). Когда портупея, такимъ образомъ, была застегнута, то находившуюся на ней, медную, четвероугольную пряжку, передвигали, отъ праваго бока влево, до техъ поръ, пока ея средина не приходилась противъ пуговицъ камзола, а оставшійся за темъ, длинный конецъ портупеи продевали въ запряжникъ, изъ ремня, пришитый между переднимъ ремнемъ шпажной лопасти и лопастью для штыковыхъ ноженъ. После этого, тотъ же конецъ портупеи, посредствомъ пришитаго къ нему, небольшаго, железнаго крючка, застегивали на небольшую, также железную петельку, нашитую на лицевой стороне портупеи, въ такомъ разстояніи отъ конца, чтобы весь ремень лежалъ на поясе человека, какъ можно глаже.—При летней форме, т. е. когда застегивались только верхніе крючки кафтана,— портупею надевали по камзолу, такъ, что шпага приходилась у самаго бока, впереди левой кафтанной полы. Осенью, портупею надевали также по камзолу, но лопасть ея пригоняли противъ прорехи, въ левой поле, такъ, что шпага приходилась почти назади, а зимою и весною носили сверхъ кафтана (184). Находившіяся при портупее, штыковыя ножны, были, сообразно штыку, около 9 вершковъ длиною и делались изъ нечерненой кожи, съ крючкомъ, и наконечникомъ медными (185).