Грешник (СИ) - Гауф Юлия

Илья говорит с искренней заботой. Да и фото мое сбивает с настроя.

Так, стоп, я знаю, что он любит меня. Но Илья трахал секретаршу на рабочем столе, на котором стоит наше свадебное фото, и это ему не мешало.

Не Наденьку, хотя, наверное, и ее тоже. А прошлую свою секретаршу. Тоже левак, не укрепивший, а разрушивший наш брак. Только Илья все еще отказывается это понять.

— Хорошо тебе долететь. Береги себя, — накрыла ладонью телефон мужа и поцеловала его в щеку. — Я все же вызову такси, заодно подышу свежим воздухом, душно здесь. А ты развлекай подчиненных, не стоит директору отрываться от коллектива. И не отрывай водителя от веселья, да и, думаю, он уже изрядно выпил.

К тому же у стены стоит несчастная Наденька, и глядит на нас с мужем, как побитая собака. Ухожу, улыбаясь.

Все, бедняжечка, возвращаю тебе моего мужа. Веселитесь. Право же, неприлично с моей стороны отнимать внимание мужчины. Подумаешь, жена.

Долго грустить я не умела никогда, и всю поездку на такси развлекала себя перепиской с подругами. Серьезными Аля и Рита быть не умели ни в школе, ни в нашем, почти почтенном возрасте.

«Девочки, я решилась. Поздравьте меня с грядущим разводом» — написала в наш чат.

«Уже сказала Илюхе?»

«После командировки скажу»

«Скорее, когда этот мудак на твоих глазах трахнет секретутку. Отговорочки, Александра. Не отмазывайся»

«Я твердо решила, девочки. Просто мне нужно подготовиться. Никаких отмазок, но вы ведь знаете мою маму. Будет война»

Отправила девочкам смайл в виде черепа, но они не впечатлились.

«Ну ты и трусиха. Тридцатник скоро будет, а все мамочку боишься. Она так и грозит отшлепать тебя отцовским ремнем?»

«В восьмом классе еще перестала. Девочки, успокойтесь, с «мудаком» я разведусь. Но хочу расстаться по-хорошему, без скандалов. Илья не такой плохой, каким вы его рисуете»

Просто не сложилось. Я не из тех, кто может долго закрывать глаза. А Илья не из тех, кто способен измениться. Значит, каждому нужно идти своей дорогой.

«Все, Рита, слышишь, она его защищает! Еще и в аэропорт поедет провожать своего Илью и его шлюшку. Презиков пусть не забудет купить, муженьку пригодятся»

«Аля, не будь такой стервой. Сами разберутся»

«Не сомневайтесь, я настроена решительно» — торопливо напечатала я, и закрыла чат, уже зайдя в лифт.

Неуютно мне. Такое чувство, будто лицо горит от чужого взгляда. И точно, на меня смотрит высоченный темноволосый мужчина. Худощавый, но плечи и руки мощные. Ну и громила! Взгляд цепляется за татуировки: они на руках, на шее, наверное, мужчина и под одеждой разукрашен рисунками.

— Добрый вечер, — поздоровалась с ним, и внутренне поежилась.

Как же мне странно. И страшно. Надеюсь, я не с маньяком еду? Столько страшилок по телевизору, да и подруги рассказывали. Как любят в лифтах приставать. А я против этого шкафа лишь пару секунд продержусь, не более.

— Разве добрый? — уточнил он низким, хрипловатым голосом.

Этот голос я помню.

И, оторвав взгляд от татуированной шеи, я внимательнее взглянула на лицо. Это он, Боже мой, это он! Приехал, вернулся, чтобы… чтобы мне отомстить?

— Денис? Ты вернулся? — не знаю, вслух я произнесла эти слова, или нет.

Моя ложь мужу о недомогании стала правдивой. Голова взорвалась болью, и мир заполнила темнота.

Первый в моей жизни обморок.

ГЛАВА 2

Открыв глаза, я не увидела ничего. Лишь углы, в которых прятались тени. И сразу вспомнила лифт, пугающий взгляд, и… его.

Господи Боже мой!

Может, Денис мне привиделся? Может, я зашла домой, и резко опьянела от пары бокалов с шампанским, и ловила интересные галлюцинации?

— Очнулась?

На секунду я позволила себе снова закрыть глаза. Не привиделся мне Денис. Если его лицо, фигуру я могла не узнать, то голос я в жизни из памяти не выкину. Что он только не говорил мне этим самым голосом.

И сейчас я у него дома, точно не у себя. Черт знает, что он сотворит со мной… как же страшно, дьявол! Тошнит от животного ужаса, и голова болит еще сильнее. Но нужно держать себя в руках, и не показывать свой страх. Иначе я пропала.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Денис, — я села на кровати, — не знала, что ты вернулся. Ты меня к себе отнес? Ты же отпустишь меня домой?

— Трофимова, думаешь, я до сих пор по тебе с ума схожу? — он рассмеялся, а я поблагодарила ночь, что не вижу его лицо. — Вали на все четыре стороны, надо было в лифте тебя бросить. Не подумал, ты ведь из тех, кто бежит в полицию, и орет про насилие. Можешь проверить одежду, пока ты была в отключке, я тебя не трогал. Я и ту сучку семь лет назад я тоже не трогал. Но ты проверь, на слово ведь не поверишь.

А я взяла, и проверила одежду, а затем услышала презрительный смешок. Денису доверять нельзя. Он натворил столько, что непонятно, как он свободно по улицам разгуливает.

Нужно бежать отсюда, и скорее. Пока отпускает меня, но не спросить я не могу. Вряд ли скажет правду, но я должна знать!

— Зачем ты вернулся? — руки мелко подрагивают, и я задыхаюсь рядом с ним.

— Здесь мой дом, или ты забыла? — я поднялась с кровати, а Денис, будто к противоположной стене прилепился. В тени скрывается. — Куда мне было еще идти?

Не знаю. Куда угодно. Уверена была, что он не рискнет объявиться здесь после всего. И не я одна.

— Тебе не дадут спокойно жить здесь. Все помнят то, что ты сделал, — решилась я. — Дэн…

— Не называй меня так.

— Хорошо, Денис, — поправилась я, — у тебя обеспеченная семья, вы можете позволить себе дом где угодно. Уезжай лучше, тебе здесь не будут рады. Память у людей хорошая.

И все помнят, что ты совершил. Такое не прощается. Но этого я сказать в лицо не смогла, слишком боюсь реакции.

И слишком хочу сбежать. Но продолжаю оставаться рядом. Ненормальная, черт, я абсолютно ненормальная.

— Я не уеду. Если ты в состоянии идти, то вали на хрен, Саша.

Я не привыкла к подобному обращению, и вспыхнула. Пошла к выходу из квартиры, спиной чувствуя, что Денис идет следом. А у двери решилась задать еще один вопрос:

— Ты приехал мне отомстить, да? Мне начинать бояться?

— Ты, блть, центр вселенной, да? — в голосе его слышна веселая злость. — Я вернулся домой. Жить. Ты мне не сдалась, Саша. Ни мстить, ни любить, ничего мне не нужно от тебя. Сделай одолжение, и исчезни, просто свали, мать твою! Можешь не трястись, и не бежать в полицию, я ничего не собираюсь тебе делать. А теперь пошла вон!

Из его квартиры я вылетела пулей, и бегом поднялась на этаж выше. Моя квартира находилась ровно над ним, и домой я забежала, отчаянно ругая себя, что не осталась на корпоративе.

Лучше было вытерпеть общество Ильи и его шлюшки, чем эту встречу.

Теперь он живет ровно подо мной. И спальня Дениса прямо под моей спальней. Я и в своем доме не чувствую себя в безопасности, и все из-за него. Столько лет эта квартира сдавалась, я должна была догадаться, что рано или поздно он вернется.

Говорит, чтобы просто жить.

Просто. Жить.

Сможет ли?

Или мне стоит бояться?

В сумочке завибрировал телефон. На дисплее высветилось имя мужа. Я бы притворилась спящей, но только не сейчас. Мне нужно хоть с кем-то поговорить.

— Саша, нормально доехала?

— Добралась спокойно, не переживай.

Только встретила Дениса спустя долгих семь лет. И теперь не знаю, как выйти из квартиры. А в остальном все просто замечательно.

— Почему не написала мне смс, что доехала? Я волновался. Таблетку выпила? Сделай горячую ванну, и…

Илья продолжил строить из себя идеального мужа, а я губы кусала: рассказать, или нет? Интересно, узнай Илья, что Денис вернулся, полетит ли он в Китай, или останется со мной?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

У Ильи с Денисом свои счеты. Как и у меня.

Но работа мужу была всегда важнее меня. И это — причина будущего развода номер два.

— Илюш, я устала. Давай поговорим завтра, а ты веселись, — прервала мужа, решив не сообщать про Дениса.