Галерея Тейт Лондон - А. Майкапар

В эстетическом плане картина чрезвычайно интересна: она демонстрирует поразительное разнообразие внутри некоего единства. Полной аналогией этому явлению в английской живописи является первое опубликованное собрание национальной вёрджинельной музыки — «Парфения», изданное в то же самое время, в 1611. И здесь, и там в основе художественного метода лежит принцип варьирования. Легко представить себе продолжение примера этого разнообразия, заключенного в идентичности: две дамы, сев за два столь же похожих инструмента, сыграют пьесу Джайлиса Фарнеби «Для двух вёрджинелов», в которой обе партии равнозначны…

Уильям Хогарт — великий английский художник, гравер, теоретик искусства.

«Официальное» название работы не совсем точно, правильное — «Автопортрет художника с его мопсом». Эта картина в картине продолжает барочную традицию подобных автопортретов. На переднем плане — предметы, идентифицирующие модель как художника (палитра) и литературно образованного человека (книги, на корешках которых указано «Шекспир», «Свифт», «Мильтон»). И это действительно так, позднее, в 1753, будет издан собственный трактат Хогарта «Анализ красоты», но его идеи нашли отражение уже в данном автопортрете. Присмотримся к палитре: на ней изображена кривая линия и дано пояснение: «Линия красоты и изящества». Эта идея станет основной в трактате: «линия красоты» согласно учению Хогарта — S-образная линия, являющаяся границей двух пространств, наиболее гармонично сочетающихся друг с другом. Большое мастерство требуется, чтобы прочертить ее совершеннейшим образом. Проведя ее, Хогарт уподобил себя древнегреческому художнику Апеллесу — олицетворению совершенства в искусстве живописи, проводившему столь тонкую и совершенную линию, что никто не мог ее повторить. Но если у Апеллеса, согласно преданию, это была прямая линия, то Хогарт за эталон взял изогнутую. В предисловии к трактату художник признавался, что «ни один египетский иероглиф не занимал умы в течение столь долгого времени», как эта линия. «Художники и скульпторы являлись ко мне, чтобы узнать значение этих слов, были озадачены ими не менее, чем все прочие, до тех пор, пока не получали разъяснение».

Вторым важным персонажем картины является любимая собака автора — мопс Трамп. Если внимательно присмотреться к обоим изображенным, то, как это часто бывает, можно найти некое сходство в их обликах. В таком случае пес служит воплощением драчливого характера хозяина.

Уильям Хогарт отрицательно относился к шаблонным светским парадным портретам, какие во множестве создавали его современники. Обычно он писал своих родственников и близких людей. Групповой портрет слуг — одна из таких работ. Он примечателен не только с эстетической точки зрения как произведение великого мастера, но и с социальной — передает человеческое достоинство людей, занимающих невысокие ступени в общественной иерархии, но при этом обладающих несомненным душевным благородством.

Этот необычный групповой портрет первоначально висел в мастерской Хогарта. Его могли видеть покровители и заказчики художника. Работа служила доказательством непревзойденного мастерства автора в передаче индивидуальных черт модели. Она не была заказной, живописец создал ее для собственного удовольствия, а быть может, и своих слуг.

Картина состоит из нескольких не связанных между собой голов. Художник добился единства композиции с помощью их симметричного расположения и однородного освещения источником, находящимся за пределом картины, в верхнем левом углу. Уникальным оказался замысел Хогарта написать портреты слуг вне их повседневной работы. Однозначно читается отношение самого мастера к ним — полное расположение. Она побуждает зрителя представлять себе спокойную, налаженную, умеренную жизнь художника в своем ухоженном доме.

Исследование произведения установило, что первоначально его размер был больше и автор намеревался поместить семь голов. Но последняя не была проработана столь же тщательно, как остальные, и тогда у художника возникла мысль обрезать край для того, чтобы шесть законченных голов композиционно смотрелись более цельно.

Джордж Стаббс знаменит, прежде всего, тем, что был одним из первых выдающихся английских живописцев, посвятивших свое творчество лошадям. В 1760-е Стаббс два года занимался анатомическими штудиями этих животных. Его многочисленные зарисовки были изданы в 1766 отдельной книгой, которая называлась «Анатомия лошадей». Художник необычайно долго работал над каждым своим полотном, что было следствием его чрезвычайной скрупулезности и полной поглощенности работой. Такой большой научный интерес мог в некотором смысле даже стать помехой в воплощении чисто художественных задач, но в случае со Стаббсом этого не произошло. Все его изображения лошадей необычайно живые, красивые, энергичные.

Картина доставляет зрителю истинное наслаждение композицией, рисунком и красочной палитрой. Далекий и широкий горизонт, большие пространства земли и воды, высокое место, где пасутся лошади, отсутствие каких бы то ни было преград для них — все это создает настроение и ощущение покоя и воли, столь желанных в общении с этими животными и столь редких во взаимоотношениях людей.

Английский живописец Джошуа Рейнолдс был первым президентом Королевской академии художеств.

Картина представляет собой портрет двух английских аристократов — полковника Акланда (справа) и лорда Сиднея, ирландского политика и дипломата. Здесь они еще молодые, позже полковник примет участие в войне Соединенных Штатов Америки за независимость (на стороне Британской короны), будет ранен в ноги (?777), переживет плен и вернется на родину, где его изберут членом парламента. Но пока он не проявил себя героем, и Рейнолдс изображает его как обычного аристократа, увлеченного вместе с лордом Сиднеем охотой — всегда считавшимся великосветским развлечением. Они уже преуспели: у ног лежат трофеи.

Рейнолдс представил сцену необычайно живо. Замечательно переданы азарт охотников, их напряженность. Кстати, в немалой степени последняя выражена упруго натянутыми тетивами луков стрелков. Лук ко времени, когда создавалась картина, уже был оружием прошлых времен, охота велась из ружей. Рейнолдс идеализировал момент и перенес время действия в романтически представленную эпоху Возрождения. На это намекает и то, что в фигуре Акланда явно угадывается намек на другого охотника, вернее, охотницу — Диану — персонажа ренессансной картины Тициана «Смерть Актеона» (1562. Национальная галерея, Лондон).

Этот портрет был заказан мастеру Чарлзом Уорвиком Бамфилдом по случаю его бракосочетания с Екатериной Мур, леди Бамфилд. Образ очаровательной молодой женщины является остроумной адаптацией классической статуи Венеры Медицейской (из собрания Медичи), всегда считавшейся воплощением женской красоты. Обращение к эстетическим идеалам античности у Рейнолдса было вполне органичным: в свое время, в 1749, он отправился в Европу, жил в Италии, посещал Флоренцию, где в галерее Уффици увидел мраморную копию с утерянной античной скульптуры богини. В зрелой по мастерству работе очень полно проявился талант великого портретиста. Пленительный образ модели дан, как обычно у Рейнолдса, на фоне природы.

Примечательно, что одновременно с созданием этого портрета другой художник, Иоганн Цоффани, писал ставшую знаменитой картину «Трибуна галереи Уффици», изобразив на ней художественные сокровища Галереи и эту статую. Произведение было известно в Англии, поскольку хранилось в Виндзоре, в королевском замке.

Всю свою жизнь Генри Морланд писал идеализированные образы слуг, горничных, бардов. Все эти полотна, и данное, исполнены в стиле, если так можно выразиться, «воображаемых картин(ок)» — очень милый, трогательный жанр живописи эпохи сентиментализма. Все в таких работах очаровательно, уютно, благополучно, спокойно, греет душу. На такого рода произведения всегда был и, очевидно, будет спрос в определенных кругах общества. Ряд мастеров, и Морланд среди них, сделал этот стиль знаменем своего творчества. Как в каждом художественном течении, здесь есть свои корифеи. Признанный шедевр — дрезденская «Шоколадница» Ж. Э. Лиотара. У такой живописи есть аналогии в музыке (Карл Филипп Эммануил Бах — один из старших сыновей И. С. Баха), литературе (ранний И. В. Гете), архитектуре (городские «односемейные» дома во всей Европе). Спрос на подобные картины был столь велик, что один и тот же сюжет тиражировался живописцами по многу раз. Данный образ молодой горничной, занятой глажкой, существует, кажется, в пяти вариантах, написанных за указанный в дате создания работы период времени.