Особенности размножения некромантов - Дмитрий Леонидович

девушки довели меня до столика, за которым сидел молодой парень. Рядом хихикали и прижимались к его спортивным плечам две девушки. Девушки симпатичные, но рядом с Дашей и Машей они выглядели дешевками.

— Это Ваня, наш брат, — махнула рукой на парня Даша. — Мы с ним двойняшки.

— Паша, — кивнул я.

— Неугомонная, — высказался Ваня.

— На себя посмотри, — вяло отразила претензию Даша.

На столе стояла бутылка шампанского. Дорогое, наверное. Мне такое не по карману. Мне вообще напитки в этом клубе не по карману, разве что пиво.

— За знакомство? — кивнула Маша на бутылку.

— Вам хватит, вы и так дурные, — возразил Ваня.

Но шампанское по фужерам разлил.

Потом мы пили, ели, танцевали. Была еще одна бутылка шампанского. И текила.

* * *

Над горизонтом уже светлело небо, когда мы вышли из клуба.

Почему-то единственным пьяным был я, Ваня и его сестры выглядели просто слегка навеселе. И безымянная девушка, которая вешалась на Ваню, только делала вид, что пьяна.

Ваня попрощался и на такси увез свою даму.

— Что дальше? — поинтересовалась Маша.

— Снимем номер и секс? — предположила Даша.

— С ним?

— Ну а что? Симпатичный же.

— Так себе. Если бы он некромантом был, то да, а он — обычный.

— Это да, — Даша загрустила.

«Кажется, сестры пьянее, чем кажется, — понял я. — Это не к добру!».

— Может, сделать его некромантом? — брякнула Маша.

— Серьезно? — Даша окинула меня изучающим взглядом.

Нехорошим таким взглядом. Практичным.

— А то! И проблему близкородственных связей решим на перспективу.

— Вы о чем это? — вяло попытался принять участие в разговоре я.

— Хочешь стать магом?

— Не, не хочу, — замотал я головой.

— А придется. Ты мне должен!

— Ну, ладно. Я честный человек. Буду магом, если надо. Но лучше я долг сексом отдам. По частям.

— И секс тебе будет, не переживай. Считай, на следующие сто лет твой секс уже распланирован.

Заканчивался этот разговор, когда мы уже сидели в такси и куда-то ехали.

По бокам ко мне прижимались два теплых девичьих тела и сопротивляться такому похищению было совершенно невозможно.

* * *

Мы приехали. Через калитку в ржавых кованых воротах вошли в темный двор. Рядом со входом в кирпичное здание стояли машины с красными крестами. Я почувствовал себя неуютно.

— Куда это мы?

— Сначала знакомиться с мамой, а потом — в морг.

— Я не готов!

— А придется!

Меня пробил холодный пот, и я стал стремительно трезветь. Теплые объятия девушек вдруг оказались крепкой хваткой, не позволяющей увильнуть с прямого пути.

— Да не бойся ты! Мама у нас добрая.

Меня затолкали в дверь. Внутри за коротким коридором оказалось помещение с кафельным полом и медицинским оборудованием.

* * *

Из-за стола выбралась молодая женщина, лет двадцати пяти на вид. Ее мягкая красота могла бы посоперничать с внешностью сестер, но один факт делал ее непригодной для ухаживаний — она была глубоко беременна. Большой живот оттопыривал медицинскую форму.

— Привет, мама! — хором сказали сестры.

Подошли к ней, по очереди погладили ее живот:

— Привет, братик.

Женщина поморщилась — тот, кто сидел в животе, в ответ на поглаживания толкнулся своими пятками.

— Мама? — удивился я.

— Ну! — подтвердила Даша.

— Это Паша, — представили меня.

— Чего пришли?

— Нам нужно тело!

— Вам мозги нужны, хоть одни на троих.

— Точно. Нам нужно свежее тело с мозгами. С неповрежденными.

Женщина прищурилась.

— Что затеяли?

— Будем его некромантом делать.

— Да вы офигели? Отец знает?

— Нет, — потупились сестры.

— Дурная затея.

— Мама! Нам нужно! — настаивала Даша.

— Да. Чтобы бороться с инбридингом! — подтвердила Маша.

— Что, вот прямо сейчас собираетесь от него детей рожать?

— Ну, не прямо сейчас… сначала потренируемся зачинать.

— Так тогда зачем?

— Нам надо! Мы тоже хотим, чтобы любовь как у вас с папой, чтобы до звездочек в глазах пробирало!

— Ты же не хочешь, чтобы мы с развратными целями начали на Ваню или папу поглядывать? — прищурилась Маша.

Мама задумалась. Посмотрела на сестер. Посмотрела на меня, даже вокруг обошла. Хмыкнула.

— Ну ладно. Парень, вроде, неплохой. Пошли. Есть у меня свежее тело. Только вы ничего не забыли?

— Что? — встрепенулись девицы.

— Кто его воскрешать будет, озабоченные?

— Ой! — сестры замерли.

Происходящее мне нравилось всё меньше и меньше.

«Если меня воскрешать будут, значит, сначала убьют?» — я замотал головой, отказываясь.

Девичья ладошка мягко погладила по шее и стало хорошо и спокойно.

Сбоку послышался голос Даши:

— Ваня! Ты нам нужен. Прямо сейчас. У мамы.

* * *

Ваня приехал через полчаса. Я всё это время сидел на диванчике для посетителей. Мысли были вязкими. Меня неожиданно накрыло опьянение.

— Вы меня прямо из постели выдернули! — парень был недоволен и не стеснялся это недовольство проявлять. — И ради чего я пожертвовал неплохим сексом?

— Мы будем делать его некромантом!

— Вы офигели? — Ваня растерянно глянул на мать.

Та кивнула.

— Ну, ладно.

Меня подняли и повели. В подвал. В морг.

* * *

На столе посреди прохладного помещения, пропитанного запахами формалина и моющих средств, под простыней лежало тело толстого старика. Из-под простыни торчала нога с прикрученной на палец биркой.

— Ложись! — приказала Даша, показывая на соседний стол.

— Не надо! — запаниковал я.

— Надо! Мы сейчас тебя убьем, потом Ваня переместит твою душу в это тело…

— Нет!!

— …а потом — еще раз убьем, и вернем твою душу в твое собственное тело. Так надо. Технология такая. Когда очнешься — станешь некромантом.

Мое сопротивление не имело никакого значения. Мое тело послушно легко на холодный твердый стол.

Я обвел взглядом своих мучителей. Маша смотрела с любопытством. Ваня — с безразличием. У Даши в глазах было заметно сочувствие. Мама втайне наслаждалась этим цирком.

— Делайте, что хотите, — вздохнул я.

И умер.

* * *

Пробуждение было кошмарным. Я ничего не видел, ничего не мог, и всё мое тело болело. А еще я задыхался.

Одно радовало — прожил в таком виде я недолго.

Опять я умер.

И опять пробуждение оказалось не из приятных.

Я видел над собой потолок. Я задыхался, но не мог вдохнуть. Тело на слушалось. Сознание уплывало.

Надо мной появилось лицо мамы. Она взмахнула рукой и как кувалдой впечатала кулак в мою грудь.

От острой боли я согнулся, закашлялся, а еще в моих висках прокатился толчок пульса. Первый толчок. Затем сердце забилось, и я стал дышать.

— Бестолочи! — высказалась мать. — Долго думаете. Так и потерять пациента можно.

Я дышал и не мог надышаться. Я был жив.

Мне помогли сесть. Голова кружилась. Меня трясло.

— Как ты?

— Жив вроде.

— Получилось! — обрадовалась Даша.

— Ага! Смотри, как энергия блестит! — поддержала ее