Морока - Андрей Платонов

Схватил рыбак рыбу, отсек ей голову и ту голову прочь забросил, а туловище в котел положил. И слышит тогда царь голос отставного солдата:

Государь ты наш батюшка, а где ж твоя голова?

Захотел царь Агей ответить солдату: "А кожа твоя где? С тебя чешую всю содрали! Чего же ты не спас меня, окаянный?" Да ни сказать, ни крикнуть царь не мог: вспомнил он - головы у него нету.

Ухватил царь руками свою голову. Тут опомнился он и озираться начал. Видит царь - сидит он во дворце, как всегда бывало, сидит на мягком стуле, а против него на табуретке отставной солдат Иван сидит и чай из блюдца пьет.

Это ты, Иван, рыбой был?

Я, государь. Кто же еще!

А кто думал, когда у меня головы не было?

Иван говорит:

Опять же я, государь. Некому было.

Вскричал тут царь на Ивана:

- Вон из моего царства иди! И чтоб духу твоего слышно не было, и чтоб люди мои не помнили тебя, а забыли!

Ушел от царя отставной солдат и чаю только полблюдца выпил. А царь Агей тотчас по всему своему царству приказал, чтоб никто не смел принимать в свой дом Ивана, отставного солдата.

Пошел Иван ходить. Куда ни придет, куда ни попросится - "Царь пускать тебя не велел", - говорят и ворот ему не отпирают.

Оплошал сперва Иван. Дошел он до своей родни - и родня его не признает: царь, дескать, не велел тебя привечать.

Пошел Иван далее. Что же там?

Просится Иван в избу ночевать:

Пусти, добрый человек.

- Пустил бы, да не велено, - хозяин говорит. - А коли пущу, так разве за сказку. Умеешь ты, нет ли, сказки рассказывать?

Подумал Иван:

Умею, пожалуй!

Пустил его крестьянин ночевать.

Рассказал ему Иван сказку. Сначала хозяин слушал без охоты: "Чего, думает, - скажет солдат! Солжет да каши попросит". Глядь - в середине сказки хозяин улыбнулся, потом задумался, а под конец сказки и вовсе себя забыл, кто он такой, - думает, что и сам он уж не мужик, а разбойник, мало того: и царь он морской, а не то просто бедный, да премудрый человек либо дурак. А ведь и нет будто ничего: сидит один отставной солдат, губами шевелит и слова бормочет. Опамятовался хозяин и просит еще сказку у солдата. Тот еще рассказал, другую сказку. На дворе уже светать начало, а солдат с хозяином спать не ложились. Иван солдат уж которую сказку говорит, а хозяин сидит напротив него и плачет отрадными слезами.

Будет, - сказал тут Иван. - Ведь я тебе всего дела - сказку сложил. Чего зря слезы тратишь!

Да от сказки твоей, - отвечает хозяин, - душе счастье и уму раздумье.

- А вон царь Агей рассерчал на меня, - вспомнил Иван, - прочь велел мне уйти, куда глаза глядят.

Так тому и быть полагается, - сказал хозяин: - что царю в обиду, то народу в поученье.

Поднялся Иван с места, стал прощаться с хозяином, а тот ему говорит:

- Бери в избе что хочешь. Мне ничего теперь не жалко, а тебе в дороге, гляди, понадобится что.

А у меня все есть, хозяин, мне ничего не надобно. Спасибо тебе.

А не видать того, что есть у тебя!

Отставной солдат ухмыльнулся:

- А вот же и нет ничего у меня, а ты любое добро свое отдаешь. Значит, есть на что со мной меняться.

И правда твоя, - согласился хозяин. - Ну, прощай да впредь заходи, гостем будешь.

И пошел с той поры Иван по дворам, по чужим деревням. Повсюду его за обещанье, что он сказку скажет, ночевать пускали и ужином кормили: сказка-то оказалась сильнее царя. Только бывало, если до ужина он сказку начнет, то ужинать уж некогда было, и люди, кто слушал его, есть не хотели, поэтому отставной солдат прежде сказки всегда щи хлебал.

Так оно было вернее. С одной-то сказки, не евши, тоже не проживешь.