Крысолов - Роберт Эрл

- Так, вот, - продолжил Райнхард, - я тут подумал: если бы вы согласились спуститься в колодец, то убедили бы всех, что никаких чудовищ там нет. Ни тоннелей, ведущих от шахты, ничего такого.

Гофман поставил кружку на стол и задумчиво в неё поглядел.

- Это всё?

- О, ну да. Я уверен, этого будет достаточно, чтобы всех успокоить. А для вас это будет лёгкая работёнка. Спуститься с фонарём вниз по верёвочной лестнице и подняться обратно.

- Если это так легко, зачем вам я? - поинтересовался мечник. - Почему бы вам не заняться этим самому?

- Ох, ну знаете, - замялся Райнхард и стал вертеть в руках бокал, - я уже не такой ловкий, как раньше, и потом, вдруг там внизу что-то есть. Там, конечно, ничего нет, но вдруг…

Он замолк и попытался скрыть смущение за глотком вина.

Гофман с презрением поглядел на него; так сильный обычно смотрит на слабого.

- Понятно, - произнёс он. - Думаю, что могу принять ваше предложение. Однако это влетит вам в копеечку. Есть там чудовища или нет, но после купания в колодце одежду мне придётся выкинуть. Ну и, конечно, нам нужно будет обсудить премиальные за то, что бы я там не обнаружил.

- Да, разумеется, - облегчённо выдохнул торговец. - Разумеется, мы щедро заплатим за то, что вы просто спуститесь и посмотрите, что там внизу. Да будь я последним скрягой, если не дам за это двенадцати медяков.

Гофман притворно захохотал.

- Ха! Может лучше двенадцать крон?

Они заказали ещё вина и принялись торговаться.

На следующий день Гофман поднялся с восходом солнца. Жмурясь от солнечного света, заливавшего мансарду, он натянул штаны и поплёлся во двор гостиницы, там он сунул голову в бочку с ледяной водой, чтобы прогнать похмелье, и огляделся.

К его удивлению Райнхард был уже тут. Торговец стоял у конюшен и смущённо мял в руках фетровую шляпу.

- Доброго утречка, - сказал он, поймав на себе взгляд мечника.

Гофман только пробормотал что-то.

- Деньги принесли? - спросил он.

- Да, всё здесь, - торговец показал кожаную мошну, и та обнадёживающе звякнула. - Отправляемся немедленно, господин Гофман?

- Точнее не скажешь.

- Чем скорее это закончится, тем лучше, - произнёс Райнхард.

Гофман пожал плечами. Он намеревался было позвать пару своих приятелей, с которыми работал в прошлом. Но теперь, когда он всё обдумал - зачем? При ярком дневном свете все эти разговоры о сказочных чудищах ещё больше казались чепухой. Пойти, выполнить за этого труса его работу, забрать деньги, найти забегаловку поприличней и позавтракать.

- Подождите здесь, - велел от Райнхарду, - я схожу за оружием и через минуту спущусь.

Торговец кивнул и, переминаясь с ноги на ногу, ждал, пока мечник принесёт своё снаряжение. Тот вернулся с полудюжиной кинжалов в ножнах и поясом поверх кожаного камзола.

- Ну что, пойдём, - сказал он Райнхарду.

Тот, кажется, был впечатлён. Торговец повёл наёмника сквозь толпы народа и петляющие улочки Нульна. Вдали со стороны пушкарской школы начали доноситься первые взрывы. В прохладном утреннем воздухе аромат жареных сосисок и свежего хлеба пробивался сквозь вонь нечистот. Затем запах сменился, стал более едким, и они вошли в квартал дубильщиков.

- Что вы тут за дрянь пользуете? - спросил Гофман, морща нос.

- О, самую разнообразную, - отвечал Райнхард, - но в основном, кору и сброженную мочу.

Мечник погладил кожу своего камзола и подумал, что лучше бы не спрашивал.

По мере того как они приближались к мастерской Райнхарда, запах становился всё сильнее. Они прошли через ворота, ведущие с улицы во внутренний двор. По трём сторонам двора располагались навесы, по четвёртой высился бревенчатый дом. Колодец находился посередине.

- Это здесь? - спросил Гофман, шагая к каменному кругу.

Над колодцем была выстроена деревянная рама с воротом для подъёма воды. Мечник пристально посмотрел в колодец. Внизу, похоже, не было ничего кроме слабых отблесков холодной воды. Райнхард нервно заглянул ему через плечо.

- Мне спустить вас вниз, или возьмёте лестницу? - поинтересовался он.

Гофман удивлённо сморгнул.

- Вы что же, не хотите подождать, пока соберутся рабочие? - просил он, оглядывая пустой двор.

- Нет, я сам.

- И вообще, - добавил Райнхард, в его тон закрались злобные нотки, - никто из них не выйдет, пока вы не спуститесь вниз и не подниметесь обратно.

Наёмник фыркнул.

- Просто застопорите ворот, я спущусь вниз по верёвке. Чем быстрее мы здесь закончим, тем быстрее я смогу поесть. И просто напомнить - мы договорились на шесть крон, верно?

- Да, да, - закивал торговец, не отрывая глаз от тьмы на дне колодца. - Шесть крон, всё здесь.

Он заверительно позвенел кошелём.

- Отлично.

Гофман проворно вспрыгнул на стенку колодца и посмотрел, как Райнхард закрепляет ручку ворота. Когда всё было готово, он подёргал верёвку и швырнул её в темноту. Зажав пеньку ногами, наёмник легко скользнул вниз. Как только Гофман оказался во мраке колодца, его охватила дрожь, голые руки покрылись гусиной кожей. Холод, оставшийся внизу с ночи, давал о себе знать.

Где-то на полпути наёмник остановился. Болтаясь, как паук на паутинке, он навострил уши: под ним единственным шумом был звук капающей влаги. Он поглядел под ноги на мерцающую водную гладь, затем уставился вверх на кружочек небес. Тот был похож на правильную букву "О", нарушенную только силуэтом Райнхарда.

Гофман уже хотел было продолжить спуск, как что-то в фигуре Райнхарда заставило его снова взглянуть наверх. Когда он понял, что было не так, его передёрнуло от ужаса. Рука у верёвки не держала её. Напротив, прищурившись, Гофман ясно увидел, что возле пеньки поблёскивало лезвие ножа.

- Ты что делаешь, болван? - проревел он; из-за выложенных камнем стенок колодца его голос грохотал словно гром.

По сравнению с ним речь Райнхарда казалась невнятным лепетом.

- Восстанавливаю справедливость.

Решив, что торговец окончательно рехнулся, Гофман обхватил ногами верёвку и принялся карабкаться обратно.

- Не двигайся, а не то я перережу её, - выпалил Райнхард.

Гофман замер, его руки сжимали пеньку, а глаза пристально вглядывались в силуэт наверху.

- Ладно, - проговорил он, стараясь унять в голосе гнев. - Можешь оставить деньги себе. Мне не жалко. Всё равно здесь ничего нет.

В ответ Райнхард пронзительно захохотал, а потом вдруг расплакался.

Аккуратно, так что верёвка почти не двигалась, Гофман начал незаметно подниматься к нему наверх.

- Это не из-за денег, ты, глупец! - выкрикнул торговец. - Это за моего отца. Ты убил его. Ты и этот ублюдок Шильбург. И за что? За несколько паршивых бочек танина!