В поисках Авалона - Алекс Джиллиан

— Нет, бабушка, ты не должна так говорить. Неужели ты не понимаешь, что я остаюсь совсем одна? — отчаянно всхлипнула Джейн, снова уткнувшись носом в насквозь мокрый платок.

— Да, понимаю. — хриплый шепот был едва слышен. — И я обязана уберечь тебя. Элис я не удержала. Твоей матери нельзя было покидать Пилтон. Мы связаны с этой деревней и графством древним обещанием, клятвой, проклятием, называй это, как хочешь, но ради своей безопасности и спокойствия графства, ты обязана остаться здесь.

— Обязана, должна!!! Сколько можно. Я никому ничего не должна. Я выросла здесь, но это место тяготит меня, мне хочется бежать отсюда. Я хочу жить, учиться, хочу увидеть мир. И я не верю ни в какие обещания. Я никому ничего не обещала…. - в голосе девушки было столько огня, столько боли, что слабое сердце Мадлен сжалось.

— Ты не понимаешь, Джейн. Здесь ты в безопасности, под защитой. Покинешь Сомерсет, и погибнешь. Они найдут тебя и убьют, как твою мать.

— Кто? — краска отлила от лица Джейн. Неужели началось? Доктор говорил, что возможны галлюцинации и бред. — Бабушка, убийство мамы было случайным. Нет, не случайным, но…Просто какие-то ублюдки напали на нее в темном переулке. Зачем кому-то преднамеренно убивать нас? Мы никому не причинили зла. — девушка все еще надеялась образумить умирающую. Она не хотела, чтобы Мадлен ушла вот так — в беспамятстве и безумии.

— Она была бы жива, если бы у нее было это. — чуть слышно пробормотала Мадлен, закашлявшись. Тощая грудь заходила ходуном, но внимание Джейн было приковано к вытянутой испещренной морщинами руке бабушки. На безымянном пальце она заметила тонкое мутно-белое с голубым отливом кольцо. Не то, чтобы она не видела его раньше, просто не обращала особого внимания. Простая безделица, дешевка. Ничего не стоящий камень, но Джейн точно помнила, что Мадлен никогда его не снимала. Почему Мадлен придает ему такое значение?

— Это лунный камень. Именно он защищает графство и нас. Покинув Сомерсет, Элис лишилась защиты. И существа, которые охотятся за кольцом, убили ее. Они сделали это от злости, не обнаружив то, что ищут уже пять веков.

— Но кому нужно кольцо из лунного камня? — подавив ироничный тон, спокойно спросила Джейн, щадя чувства Мадлен. И кто бы ни диктовал воспаленному предсмертной агонией мозгу эти фантазии, выслушать Мадлен было ее долгом, последней данью любви и уважения.

— Не кольцо, Дженни, а сила, находящаяся в нем, бессмертная энергия древнего демона.

Джейн, готовая на все, что угодно, неожиданно вздрогнула и взглянула на Мадлен. Бабушка сошла с ума. Неужели она покинет этот мир, грезя о демонах и магических кольцах? Но, что еще можно ожидать от женщины, которая всю свои жизнь провела здесь, в непосредственной близости от городка Гластонбери, окутанного тайнами и легендами. Джейн уважала историю и мифы своей маленькой родины, но поверить, что хотя бы часть сказок о феях, колдунах и гоблинах правда….. Нет, она еще в своем уме. Местные жители, точнее, некоторая часть, все еще были суеверны и любили по вечерам рассказывать своим детям сказки о фее Моргане, короле Артуре и золотом Граале. Но верили ли они в то, о чем говорили? Вряд ли. Джейн была современной девушкой, живущей в двадцать первом веке, не лишенной романтизма, но осознающей границу между выдумкой и реальностью. А вот Мадлен эту грань переступила, и было слишком поздно ее переубеждать, оставалось только выслушать новую сказку, чтобы рассказать ее потом своим детям, если, конечно, она окажется не очень страшной.

— Я знаю, Дженни, ты не веришь мне, и слушаешь, только из жалости и уважения, но придет день, когда ты поймешь, что все, что я расскажу тебе, истинно. Ты должна быть готова, потому что, когда останешься одна, вся тяжесть заклятия ляжет на тебя. Ты последняя из Браунов, однажды, твоя дочь или внучка примут на себя эту тяжкую ношу, но сейчас твоя очередь. — темные глаза Мадлен казалось, жили вне умирающего тела, они блестели и были полны огня и твердой уверенности. Как могла Джейн разубедить ее хоть в чем-то? Да скажи ей Мадлен, что на самом деле они потомки графа Сомерсета, она бы согласно кивнула.

— В моем старом столе есть потайной ящик, ключ от него у висит у меня на шее. Снимешь его, когда я умру. Там вся история нашего рода. Точнее последние полвека. Все началось во времена правления Марии Тюдор. В одна тысяча пятьсот пятьдесят шестом году. В дневниках Луизы Браун, нашей прародительницы, берущих начало именно в этот год, много говориться, о странной эпидемии, обрушившейся на наше графство и о молодой графине, которую привез из-за границы старый граф Сомерсет. Она была втрое моложе его, красивая, молодая и добрая. Она часто ездила в деревни, чтобы помочь своему народу. И когда она в очередной раз приехала в Пилтон, чтобы накормить детей конфетами и раздать еду и одежду беднякам, ее взгляд остановился на нашей родственнице. Графиня вышла из своей кареты, завидев Луизу, стоявшую в дверях своего покосившегося домика. Луиза пишет, что не сразу поняла, почему Элизабет, так звали графиню, остановила свой взгляд именно на ней. Элизабет спросила, есть ли у Луизы муж и дети, а когда та ответила, что из родственников у нее только престарелые родители, графиня предложила ей стать своей горничной и переехать в замок. И, конечно, Луиза не смогла отказаться. Ведь такие предложения не делаются дважды. Девушка была на седьмом небе от счастья, и не верила, что жизнь дала такой удачный поворот. Если бы бедняжка знала, что ее ждет впереди…. Джейн, — затуманенные глаза Мадлен, снова сфокусировались на заинтригованном лице внучки.

— Ты возьмешь ключ, и прочитаешь все сама. Я не успею пересказать тебе историю целиком. Мне нужно быть краткой. Но, чтобы уяснить смысл, необходима вся правда. Я попробую….. Мне нужно рассказать хотя бы основное содержание дневника… Луиза поступила на службу к графине, к которой впоследствии привязалась, как к родной сестре. Красавица Элизабет, была не только удивительно живой, энергичной, умной и сердечной девушкой, но еще и безумно несчастной. Ее старый муж был ужасно привередливым, да еще и любителем женщин, эля и азартных игр. Замок все время был наполнен подозрительными личностями, кутилами, прожигателями жизни, врагами короны. Графу нравилось бросать вызов хваленной английской морали, и ему было совершенно безразлично мнение жены. В то время женщина ценилась не больше, чем предмет мебели. С ее желаниями не считались, всячески унижали, и не принимали всерьез. Не смотря на затаенную боль и обиду, сердце юной Элизабет не ожесточилось. Только день ото дня она становилась все бледнее и обреченнее. Граф был жесток с ней, и когда девушка родила мертвого ребенка, чуть не забил до смерти. Местные лекари с трудом выходили ее. Отчаявшийся заиметь наследника, граф решился на рискованный шаг. Он пригласил в замок мага. Высокий, мрачный, черноволосый колдун приехал в Сомерсет издалека. И в тот, день, когда уверенной поступью он пришел в графство, стали происходить странные вещи. В деревнях начался мор животных, бесследно исчезали люди, а потом их тела находили обескровленными в близлежащих лесах или вылавливали из ручьев. Ливневые дожди обрушились на Сомерсет, и солнечный свет все реже согревал обезумевших от страха жителей поместья. Народ бунтовал, но не знал, кто виновен в многочисленных бедствиях. А граф, тем временем, пал под чары своего гостя. Иностранный маг все время сопровождал его, давал советы, окружал своим влиянием, порабощая его разум. Юная графиня до смерти боялась гостя. Она называла его Эдредом. Не смотря на то, что пригласили его для лечения графини от бесплодия, он почти не обращал на нее своего внимания, взяв в оборот графа.