Не мой миллионер (СИ) - Романовская Ирина

Глухой стук. Я падаю кубарем в снег, перекатываюсь и останавливаюсь лежать прижатой к чему-то мягкому. В тот же самый момент ощущаю дикую боль в руке. Из-за боли не понимаю, что произошло.

Открываю глаза. На меня смотрит… робот. Что?

Голова гудит. Мысли путаются. Стоп.

Робот? Аня, ты сошла с ума? Какой робот? Ты головой приложилась видимо неслабо, вот и мерещится всякое. Зашкаливающий стук моего сердца это подтверждает. Если это не робот, тогда кто на меня смотрит?

Надо успокоиться и сфокусировать свой взгляд.

Однозначно, это — человек. И, судя по волевому подбородку, это — мужчина. Он в зеркальных очках-маске для сноуборда. Поэтому глаз не видно.

Только отражаются мои шокированные, мечущиеся туда-сюда глаза, с темными зрачками-блюдцами.

Отрываю взгляд от себя же и хочу рассмотреть лицо моего спасителя. Точнее ту часть лица, которую вижу перед собой. Нос обычный, широкий, с большим закругленным кончиком. Подбородок с легкой однодневной небритостью. И пухлые, четко очерченные губы, уголки которых слегка приподняты.

— Красивые, — неосознанно произношу это вслух. И мужчина начинает громко смеяться.

— Малыш, спасибо за комплимент, конечно. Но простого спасибо, было бы достаточно.

— Достаточно за что? Кто вы такой? И почему мы оказались вместе в сугробе? — резко дергаюсь, пытаясь оттолкнуться. Но эти ужасные ботинки с лыжами не дают толком ничего сделать. Да и пульсирующая боль в локте, резко заставляет меня обратно упасть на незнакомца.

— Тише, тише, милая. Не спеши. Я сейчас аккуратно поверну тебя на бок и дотянусь, отстегну твои лыжи, а за одно и свой сноуборд. Без них нам будет однозначно проще.

Но перед этими маневрами незнакомец снимает очки. И теперь я вижу его глаза. Красивые, большие, с прямыми густыми ресницами. Цвета моря. Взгляд прямой.

Он смотрит так пронзительно, что мне становится очень неловко. Появляется неконтролируемое смущение. Будто я лежу перед ним не в толстом лыжном костюме в сугробе, а в домашнем коротком халате на кровати. Глупая. Ты ведь даже не знаешь, как его зовут.

— Видимых повреждений я не вижу, малыш, но в медпункт обратиться не помешает. Что-то болит? — смотрит на мое лицо внимательно и ждет ответа.

— Нет, ничего, — нагло вру я, прижимая к груди правую руку. Локоть все еще ноет.

Незнакомец подает мне руку. По привычке хватаюсь правой рукой и вскрикиваю:

- Ай! Черт, как больно!

— А говорила, что ничего не болит. Врать не хорошо, малыш, — усмехается Он.

— Я не обязана перед Вами отчитываться. — злюсь на незнакомца, — и вообще, прекратите называть меня малышом. Это не вежливо!

— После того, как я спас тебя от столкновения с деревом, могла бы и не читать морали про вежливость. — и с улыбкой добавляет, чуть понизив голос: — Малыш, идти можешь?

Так и хочется треснуть его чем-нибудь, наглый тип какой. Но он таки прав. С его помощью я избежала столкновения с огромной елью и не расшибла себе голову.

— Спасибо, — тихим голосом еле слышно произношу я, когда мы спускаемся с подъемника у подножья трассы.

Незнакомец лишь усмехается. Затем окликает какого-то парнишку в оранжевой робе, отдает ему мои лыжи и свой сноуборд.

— Эй, это вообще-то не мое. Мне их надо вернуть в прокат!

— Не переживай. Парень сейчас их отнесет куда надо и сдаст. Скажешь, что от Протасова, там все сделают. А мы пока сходим к доктору. Проверим твою руку, — приближается ко мне, обхватывает мою талию и подталкивает в нужном направлении.

— Не трогайте меня! Я Вас не знаю и никуда с Вами не пойду.

— Меня Игорь Протасов зовут. А тебя? — нагло перебивает меня мужчина.

— Аня. Кхм… Анна Смирнова.

— Вот и познакомились, Анечка. Кончай уже «Выкать», мне всего лишь двадцать девять, а не пятьдесят пять.

— Да, никуда я с тобой не пойду. И вообще, я тут не одна. — замечаю, что взгляд Игоря в момент стал серьезнее, и поспешно добавляю. — А с подругой.

— Ну раз не одна, то, конечно, давай найдем еще и твою подругу. Где же она?

Оглядываюсь по сторонам в поисках Насти. Скорее б ее найти и сбежать от этого нахала.

Мой взгляд цепляется за ярко-розовый костюм и блондинистые волосы. Вот она. Стоит в метрах пятидесяти от меня и мило улыбается какому-то красивому парню-сноубордисту. Вот коза. Как всегда, забыла про меня, когда на горизонте замаячил красавчик.

— Вот она, — и указываю пальцем в направлении подруги, — Спасибо за помощь, Игорь. Дальше я сама.

Когда до подруги и ее собеседника остается каких-то пару метров, Настя таки замечает меня:

— О, Аня. Извини, я тут познакомилась с Матвеем и немного отвлеклась от нашего обучения.

— Матвей, это Аня. Моя подруга. Она сегодня первый раз стала на лыжи. А где твои лыжи? — Настя переводит удивленный взгляд то на меня, то на Игоря. Который, естественно, проигнорировал мое прощание и пришел следом, — Вы знакомы?

— Это Игорь. Он спас меня от столкновения с забором. Потому что я не справилась и катанием на лыжах. Ведь мой «инструктор», — специально акцентирую на этом слове внимание, — решила, что быть рядом со мной не нужно.

— Прости, прости, зайка, — извиняется милым голосочком Настя и лезет примирительно обниматься. — Спасибо большое за спасение мое любимой подружки, — обращаясь в Игорю и, невинно хлопая ресницами, Настя продолжает, — чтобы я без тебя делала.

Я толкаю Настю локтем, чтобы она прекратила переигрывать. И снова вскрикиваю.

— Ай!

— Что с тобой? — обеспокоенно спрашивает Настя.

— Подруга твоя ударилась локтем при падении и ей срочно необходимо показаться в медпункте, пока она не сделала себе хуже, размахивая руками, — улыбаясь отвечает за меня Игорь и подаёт в знак приветствия руку Настиному собеседнику, — Привет, старик!

— Привет, Игорек. Ты, как всегда, в гуще событий. — с улыбкой резюмирует Матвей.

— Так что же мы стоим? Аня, скорее к доктору, — толкает меня Настя.

****

По дороге из медпункта до стоянки Настя устраивает мне допрос с пристрастием:

— Только ты, подруга, можешь познакомиться с парнем таким способом. Подумать только — въехать в него. Да еще и в кого?

— Настя, я тебе уже повторяла пять раз. Не врезалась я ни в кого. Я вообще не знаю как он передо мной очутился. Я летела с трассы.

— Ну ты даешь. Подумать только.

— Что? Обычный парень, подумаешь. От чего такие вопли?

— Аня, это же Игорь Протасов — бывший сноубордист, первые места занимал во всех соревнованиях, и не только у нас в стране.

— Мама дорогая. И как я раньше его не узнала — иронизирую я.

— Да, брось, Ань. Он своего рода — знаменитость. Красивый, спортивный, богатый. Мечта.

— Не знаю. Как по мне, ничего выдающегося. — понимаю, что нагло вру подруге. Но ничего поделать с собой не могу. Не хочется признаваться даже себе, что Игорь очень даже красивый и понравился мне с первой секунды нашей встречи.

— Вообще, откуда ты все это знаешь? Не замечала у тебя такой сильной тяги к спорту — осторожно интересуюсь у Насти.

— Да брось ты. Всего лишь пару раз гуляли на общих вечеринках. Пашка — мой парень на тот момент тоже был сноубордистом. Правда мы повстречались всего три месяца. Бабник еще тот оказался. Так вот. О чем это я? Ах да, о Протасове. Красавец, спортсмен, денег тьма. Я правда с ним лично не разговаривала никогда. Но Пашка говорил он классный.

Настя замолкает, о чем-то задумалась видимо. Снимает с арендованной машины сигнализацию и открывает дверь.

— И вообще, Насть, какой смысл обсуждать его? Мы виделись первый и последний раз. — пытаюсь расстегнуть куртку и сесть в машину, но из-за повязки это не получается.

Пока воюю с молнией, мой взгляд цепляется за черный внедорожник, возле которого стоит Игорь. Он с кем-то ведёт очень серьёзную беседу, судя по нахмуренным бровями и громким возгласам, что доносятся до моих ушей.

— Да, я это уже слышал! Я все сказал, Петр Семенович! Чтобы к началу следующей недели был подробный отчет по произошедшему. Жду.