Некоторые обязательства - Луиджи Пиранделло

– А ты как думаешь, старая мышка?

Квакео разговаривает с летучей мышью. Он называет ее старой мышкой, потому что летучая мышь – это мышь, у которой есть крылья. Очень часто он разговаривает с какой-нибудь кошкой, которая тихо крадется по стене, а потом вдруг сразу остановится и, выгнув спину, глядит на него, или с какой-нибудь бродячей собакой, которая понуро плетется по пустынным переулкам от одного фонаря к другому и садится под каждым фонарем, ожидая, пока он не зажжет его.

Но как он может зажигать фонари, когда нет керосина? Сегодня вечером городок останется в темноте. Подрядчик, поставляющий керосин, в ссоре с муниципалитетом. Уже несколько месяцев ему не платят ни копейки; он отпустил товару в кредит почти на двадцать тысяч лир и теперь больше знать ничего не хочет.

Когда наступил вечер, Квакео обошел город с лестницей, чтобы посмотреть, нельзя ли зажечь фонари: оставалось немного керосина с прошлой ночи. Фонари зажглись ненадолго, потом погасли, и стало еще темнее. Прохожие протестовали – злились на ламповщика, как будто он виноват. Мальчишки затянули свою старую песню:

– Рога, рога! Кому рога? Квакео, не хочешь ли рогов?

Квакео больше не в силах терпеть. Чтобы избавиться от оскорблений, он уходит с главной улицы и с лестницей на спине шагает по переулкам. Но мальчишки не отстают. В одну прекрасную минуту, когда Квакео, усталый, отчаявшийся, по своему обыкновению устраивается на фонаре, они, не удовлетворившись словесными поддразниваниями, вытаскивают у него из-под ног лестницу – теперь он беспомощно висит в воздухе.

Ах, так! Они хотят, чтоб он и впрямь выполнил обязанности оскорбленного мужа, потому что из-за нехватки керосина он не смог выполнить своих обязанностей ламповщика? Они напали на него как раз сегодня вечером, когда он не может оправдаться тем, что занят освещением города! Хорошо! Пусть ему возвратят лестницу, и он исполнит их желание.

Лестницу, лестницу! Пусть ему дадут сойти вниз, черт возьми, они увидят, что он сделает!

Трое, четверо с хохотом ставят ему под ноги лестницу, и все хором кричат:

– А нож у тебя есть?

– Вот он!

И Квакео поднимает рубашку, вытаскивает из кармана штанов большой нож, открывает его и показывает.

– Хорош?

– Всадишь им?

– Ему и ей, если только застану. Все будете свидетелями. Идите за мной!

И он бежит впереди, припадая на короткую ногу. Мальчишки следуют за ним по темным, извилистым переулкам, в гору, с криками окружая его.

– Всадишь им, и вправду?

Квакео останавливается, поворачивается и хватает за грудь одного из подстрекателей.

– Вы еще пожалеете! Теперь, когда я пошел с вами, черт возьми, вооруженный, чтоб исполнить свой долг, все вы должны быть со мной. Все, черт возьми!

И он трясет мальчишку изо всех сил. Многие пугаются, некоторое время идут следом, растерянные и смущенные, тянут друг друга за рукав, отстают. Только два шалуна идут за ним до самого дома, но они серьезны – не насмехаются больше, напротив, готовы вмешаться, удержать его. У дверей его дома они действительно схватывают его за руки и со смехом и шутками стараются увести в какую-нибудь таверну выпить вина. Но Квакео вырывается и угрожает открытым ножом; он колотит в дверь и кричит жене:

– Открой, развратная женщина! Открой! На этот раз ты мне за все заплатишь! Пустите меня, пустите! Пустите, негодяи, не то я разобью вам морды!

При этой угрозе мальчишки отступают, а он вытаскивает из нагрудного кармана ключ, открывает дверь, вскакивает внутрь, захлопывает ее с шумом. Мальчишки бросаются к двери и, стараясь открыть ее, зовут на помощь. Изнутри слышны вопли.

– Палачи, палачи! – кричит Квакео с ножом в кулаке; он только что оттаскал жену за волосы и швырнул ее на пол, а теперь ищет под кроватью, переворачивает все, что попадается под ноги: ищет повсюду, бежит на кухню, не переставая кричать:

– Где он? Скажи мне, где он, куда ты его спрятала?

– Ты с ума сошел? Ты пьян! Что это тебе в голову взбрело?

В переулке ждут и кричат те, которые преследовали его; на шум сбегаются люди. Кругом открываются окна, все спрашивают: «Что такое, что случилось?» – стучатся в дверь.

Квакео наскакивает на жену:

– Скажи мне, где он, а то убью! Крови, крови хочу сегодня, крови!

Он не знает, где еще искать. Внезапно взгляд его падает на окно кухни, выходящее к обрыву. Это окно помещается довольно высоко, оно всегда закрыто, стекла черны от сажи.

– Возьми стул и открой окно! Не хочешь открыть, ведьма? Я сам открою!

Он лезет на скамейку, открывает и – о ужас! – отступает с вытаращенными глазами, руки он запустил в волосы, нож падает на пол.

Кавалер Бисси стоит там, над обрывом, в опасности.

– А вдруг, сохрани боже, ваше превосходительство поскользнется! – кричит Квакео, едва придя в себя от ужаса, подносит кулак ко рту и тотчас же, весь дрожа, бросается на помощь кавалеру.

– Осторожнее, осторожнее! Ставьте ногу мне на плечо, ваше превосходительство… Как могли вы спрятаться здесь? Подумать только, на краю обрыва, рискуя сломать себе шею из-за такой противной бабы, как эта! Вы, кавалер! Ваше превосходительство!

Он поворачивается к жене, поднося кулак к ее лицу.

– Как это? – кричит он. – Разве здесь надо было прятать его! Не нашла более приличного места! Не видела, дура, что я искал повсюду, только не в стенном шкафу под занавеской? Скорее бери щетку и почисть синьора кавалера! Будьте любезны, ваше превосходительство, спрячьтесь в шкафу на пять минут! Вы слышите, как кричат на улице? Существуют некоторые обязательства, ваше превосходительство, верьте мне! Не хотелось бы, но ничего не поделаешь! Только на пять минут, будьте любезны, я их прогоню!

И, заперев кавалера в стенной шкаф, он открывает окно, выходящее на улицу, и кричит сбежавшейся толпе:

– Никого нет! Я открываю двери… Кто хочет войти – входите, чтобы убедиться. Но здесь никого нет!