Игра воображения - Эмиль Брагинский

Рита Сергеевна. Каким еще обухом, когда ты знал!

Антошин. Ничего я не знал…

Рита Сергеевна (убеждена, что говорит правду). Я тебе говорила, когда ты чемодан складывал, нет, когда ты брился, бритва жужжала, и ты не расслышал…

Антошин (кричит). Замолчи!

Рита Сергеевна. Я рта не раскрываю, я как воды в рот набрала…

Антошин. Остановись! Давай оба помолчим и подумаем… обо всем.

Рита Сергеевна. Я боюсь остановиться, я боюсь подумать…

Пауза долгая, затянувшаяся.

Вбегает Женя.

Женя. Почему такая опасная тишина?

Антошин (натянуто). Перед грозой всегда тихо.

Женя. Сегодня в нашем бассейне я с одним типом договорилась, обещала нанести визит – радикулит, надо поработать над его спиной, четыре рубля с неба не падают. (Поспешно уходит.)

Антошин. Снова молчим.

Рита Сергеевна (не выдерживает). Перестань меня упрекать!

Антошин. Я ни слова не сказал.

Рита Сергеевна. Когда молчал, ты говорил: «Ты меня предала, ты нас обоих предала, я вернулся домой, а дома – разбитое корыто!»

Антошин. Не мог я сказать «корыто» – это не мое слово.

Рита Сергеевна. Сказал «корыто», я ясно слышала.

Антошин (тихо и грустно). Ты – такая балаболка, такая трепуха, такая – ни на секунду не закрывай рот, а тут молчала и повторяла как заведенная: «Прости, я не виновата, прости, не виновата…»

Рита Сергеевна. Прости, я не виновата…

Антошин (неожиданно подлетает к жене, хватает за плечи, трясет). Я тебе покажу – не виновата! У тебя дочь! Я тебя люблю!

Рита Сергеевна. Перестань меня взбалтывать! (Вырывается.) Что, на мне свет клином сошелся? Что я, ума палата? Или много зарабатываю? Разве я раскрасавица? Фигура у меня – на три с плюсом плюс возраст. (Неожиданно ударяется в слезы). Разве это по-честному – сейчас вспоминать про любовь… Я пришла по-хорошему, я о тебе всегда забочусь. (Вскакивает.) Ой, я совсем забыла! Я же привела с собой подругу. (Открывает окно, зовет.) Ла-ра! Ла-ри-са!

Антошин (раздраженно). Какая еще подруга?

Рита Сергеевна. Ты ее не знаешь, я с ней недавно познакомилась – в одной редакции. (Зовет.) Ла-ри-са!

Антошин. Какая Лариса? Зачем?

Рита Сергеевна (извиняющимся тоном). Она очень даже симпатичная. Я боялась, что мы раздеремся, и хотела, чтобы присутствовал кто-нибудь посторонний… (Спешит открыть дверь.)

За дверью стоит Лариса. Ей явно не по себе, но она старательно скрывает это.

Лариса (полушепотом). Я сделала над собой усилие, собрала волю в кулак!

Рита Сергеевна (тем же полушепотом). Вот и держи ее в кулаке!

Лариса. Он меня выгонит – и правильно сделает!

Рита Сергеевна. Не выгонит! И потом, Лариса, ты же сама заинтересованное лицо!

Лариса. Сейчас на мне нет никакого лица!

Рита Сергеевна (громко). Ларочка, входи, дорогая!

Лариса (входит, поднимает глаза и встречается с возмущенным взглядом Антошина). Я, конечно, помешала…

Антошин. Да, помешали!

Лариса. Я, конечно, не вовремя!

Антошин. Да, не вовремя!

Лариса. И самое лучшее – повернуться и в обратном направлении?..

Антошин. Да-да!

Рита Сергеевна. Ты выгоняешь на улицу милую женщину, которая битый час мерзла у тебя под окнами?

Антошин (невольно). Зачем час? Зачем под моими окнами?

Лариса. Вы всегда можете ответить – зачем делаете это, а не что-нибудь другое?

Рита Сергеевна. Лариса побудет с нами – хотя бы чтоб разбавить тягостную атмосферу.

Антошин. Тогда вот что… Лариса, пройдите-ка на кухню, по коридору налево, там тепло, зажгите газ – станет совсем жарко.

Рита Сергеевна. Лара, не ходи на кухню! Павел, ты в шоковом состоянии, Лариса тебя из шока выведет. Лариса, например, прекрасно готовит.

Лариса (не знает, как себя держать). Да, не достала, допустим, мяса и все равно из ничего готовлю мясное блюдо.

Рита Сергеевна. Павел любит шашлык и творог с медом!

Антошин. Что здесь происходит, черт побери?!

Рита Сергеевна. Не повышай голос и лучше взгляни, какая Лариса обаятельная!

Лариса. Не преувеличивай! У меня банальная внешность. Таких, как я, навалом!

Антошин (обалдело). Что за сумасшедший дом?!

Рита Сергеевна. И у Ларисы есть линия! Сегодня, когда все женщины сутулые, это редкость. Лариса, пожалуйста, приподними юбку, покажи, как идет линия!

Лариса. Это явный перебор! Но я уже вступила на скользкий путь! (Приподнимает юбку.)

Антошин (орет изо всех сил). Прекратите это безобразие!

Лариса. Вы находите, что у меня безобразные ноги? Я вижу вас первый раз в жизни, и поэтому особенно обидно.

Антошин переводит гневный взгляд с одной женщины на другую.

Рита Сергеевна. Ты всмотрись, какое у Ларисы чистое лицо, без всякой косметики, не то что у меня. Ты проведи пальцем!

Лариса. Чтобы проводить пальцем – я категорически против. Мы и так зашли слишком далеко.

Антошин (наконец догадался). Значит ты, Маргарита (презрительно смеется), попросту сводничаешь?

Лариса. Какое стыдное слово!

Рита Сергеевна. Сватаю!

Антошин. Это одно и то же.

Рита Сергеевна. Ты для меня самый близкий человек… (Растерянно.) Я хотела, чтобы тебе легче стало… Я нанесла страшный удар, хотела смягчить… Думаешь, мне самой приятно тебе сватать?

Антошин (желчно). Что-то новенькое. Жена уходит от мужа и подбирает себе замену. (Ларисе, презрительно.) Как бы вас обозвать, чтобы одним выразительным словом?

Лариса. Нет, я не… это. Я не укладываюсь в одно слово. Я не должна была приходить, заранее знала, что совершаю непростительную ошибку, ставлю себя в глупое положение…

Антошин (уточнил). В идиотское.

Лариса. Вы правильно отредактировали – в идиотское. И хоть у меня есть уважительная причина, все-таки я перешла грань.

Рита Сергеевна (Антошину). Люди, которые были долго и удачно женаты, не могут выносить одиночества, это общеизвестно, и кидаются на что попало. И чтобы этого не случилось, я привела Ларису…

Лариса (с иронией). А я позволила себя привести…

Антошин (пришел в ярость, а когда тихие люди приходят в ярость, совершенно неведомо, как они себя поведут). Если вы, Лариса, переступили через грань и позволили себе… и нанимаетесь ко мне не понял еще в качестве кого и на каких условиях…

Лариса. Перестаньте меня оскорблять, вы меня для этого слишком мало знаете!

Антошин. Нет, буду! Раз вы явились, то существует установленный порядок. Извольте раньше всего заполнить анкету!

Лариса (тоже вспылила). Так, да?

Антошин. Да, только так!

Лариса. Вы любите анкеты? Хорошо, я достану бланк в отделе кадров! И я вам заполню!

Антошин. Вы мне и автобиографию напишете в двух экземплярах!

Лариса. Вы жадный, вам одного экземпляра мало?

Антошин. Всегда пишут в двух! И вы будете писать в двух! И справку принесете о состоянии здоровья! Как при выезде за границу!

Лариса. А характеристику, заверенную в райкоме? Вы должны любить характеристики!

Антошин. Я их обожаю! Характеристика – это высший уровень информации и доверия! Все!

Лариса. Все! (Быстро идет к выходу.) Где здесь дверь?

Антошин (вдогонку). И знайте – я люблю жену, которая от меня удрала и вас привела унижаться!

Лариса (остановилась и уже спокойным, невеселым тоном). Моя главная подруга Юля… она мне сказала: «Пойди – тебе терять нечего», а оказалось, мне, как и каждому, есть что терять… (Уходит.)

Рита Сергеевна. Зачем ты ее так? Видишь – она совестливая!

Антошин (еще не успокоился). Бессовестная она, нахальная.

Рита Сергеевна. Она мне была нужна как громоотвод. Я ведь ее заманила и не сказала, что мы с тобой только пять дней как разбежались. Может, она думает, что давно уже.