Челюсти пираньи - Владимир Гурвич

Посетительница слегка пожала плечами, но села. Она по-прежнему явно не знала, что ей делать: приступать ли к разговору, ради которого она тут оказалась, или повернуться и уйти.

— Вы, в самом деле, частный детектив? — спросила она.

— В самом деле. Могу показать лицензию.

— Не надо, — после короткого раздумья ответила она и снова оглядела комнату. — Мне нужна помощь, вы должны меня спасти, — вдруг заявила она.

— Я для того и существую, но что вы имеете в виду под словом «спасение»?

— Как что?! — Посетительница даже возмутилась. — Вы должны спасти мою жизнь.

— Вам кто-то угрожает?

— Да.

— И кто же?

— Не знаю, все.

— Все — это чересчур много. Боюсь мне с таким числом врагов не справиться.

— Я имею в виду тех людей, которые меня окружает, — сузила она круг угрожающих ей.

Я же подумал, что наш разговор приобретает несколько отвлеченный характер.

— Может быть, мы начнем с самого начала, — предложил я.

— Да, пожалуйста, — произнесла она таким тоном, как будто хотела сказать, что за остолоп сидит напротив нее.

— Тогда скажите, с кем я имею честь беседовать?

— А вы не знаете? — Судя по ее тону эта простая мысль только сейчас дошла до нее. — Меня зовут Александра Ланина, я дочь убитого недавно Александра Ланина. — Вы, наверное, слышали о том, что случилось с моим отцом?

— Слышал.

Теперь небо над моей головой чуточку прояснилось. Я внимательно стал рассматривать сидящую передо мной молодую женщину. Наследница одного из самых богатых людей страны была весьма привлекательной особой; тонкое, хорошо вылепленное лицо с небольшим прямым носиком и двумя слегка изогнутыми, словно лук, ниточками бровей. Одета она была очень просто — джинсы и легкий свитер, облегающий весьма соблазнительную грудь. Впрочем, сейчас мне было не до таких деталей, ибо я испытывал весьма противоречивые чувства в связи с посещением моего офиса дочерью столь известного человека. Я прекрасно понимал, что если я займусь спасением этой особы, какие опасности меня подстерегают. Я почти ничего не знал конкретно о делах Ланина, но в одном я не сомневался; его враги не только многочисленны, но и могущественны. Когда человек бросает вызов всей системе, когда хочет повернуть русло событий в другом направлении, то добром это кончается редко. И не только с ним, но часто и с теми, кто находится рядом. То. что произошло с Ланиным, увы, закономерно. И вот теперь в моей конторе появляется его дщерь и умоляет о спасении. Но если его враги по наследству перешли к ней, то, боюсь, справиться с ними не по силам никому. И хотя мне до зарезу требуются деньги, придется отказать ей в своих услугах. Одно дело рисковать жизнью, другое дело добровольно становиться самоубийцей в момент, когда не испытываешь никакого желания переселиться в мир иной.

Я бросил взгляд на Ланину и встретился с ее серыми глазами, которые, казалось, не пропускали ни одного моего движения и жеста.

— Откуда вы узнали о существовании моего агентства? — спросил я, раздумывая над тем, как бы по тактичней ей отказать.

— Через газету, вы же сами подавали объявление, — чуть удивленно проговорила она. — Когда я поняла, что мне срочно нужна защита, а никто из тех, кто меня окружает, не способен мне ее предоставить, мне ничего не оставалось делать, как искать помощь на стороне. Ваше объявление такого рода было первым, на которое я наткнулась.

— Но почему вы думаете, что вас собираются убить?

— Потому что я всем мешаю.

Это был очень точный аргумент и не исключено, что она права. И все же причем тут я, зачем мне нужны ее враги, которые неизбежно станут и моими врагами.

— И как вы думаете, я должен вас защищать?

— Вы будете находиться рядом со мной. — Ланина вдруг внимательно посмотрела на меня. — Я вам заплачу, очень хорошо заплачу. — Она вдруг открыла сумочку и достала кошелек. — Сколько? — лаконично спросила она.

— Подождите, мы еще ни о чем не договорились! — воскликнул я, пораженный той скоростью, с которой она делала все дела.

— А мне казалось… Впрочем, как хотите. У меня нет времени на переговоры. Я не исключаю, что она замыслили убрать меня уже сегодня вечером или ночью. Постараюсь найти кого-нибудь другого, кому больше, чем вам нужны деньги. — В ее голосе зазвучали презрительные ноты.

Ланина встала, и по ее решительному виду я понял, что она, в самом деле, собралась покинуть мое агентство.

— Не уходите, я не говорил вам, что не согласен вам помочь. Просто все происходит уж очень быстро.

— А вы любите, когда все происходит медленно?

— Вовсе нет. — Я вдруг подумал о том, что предложенный ею темп вовсе не так уж плох. Другого шанса заработать деньги у меня не будет. Риск велик, но и сумма, судя по всему велика. Эх, была не была. — Хорошо, я согласен заключить с вами контракт. Сейчас оформим договор.

— Вы что будете возиться с бумагами, заполнять бланки?

— Так положено.

Ланина раздраженно пожала плечами.

— Ну, давайте, только быстрей.

— Я все сделаю быстро, — заверил я своего нетерпеливого клиента.

Из ящика стола я достал экземпляр договора и стал заполнять.

— Можно ваш паспорт?

Она извлекла из сумочки паспорт и небрежно бросила мне на стол. Я быстро пролистал его: 27 лет, замужем, сын 5 лет. Я переписал все необходимые данные в договор и отдал ей документ.

— Какую ставить сумму контракта? — спросил я.

— Какую хотите. Если вы мне поможете, вы получите столько сколько попросите. Это не имеет никакого значения.

Неужели существуют на свете люди, для которых деньги не имеют никакого значения, не без зависти подумал я. Я вписал в контракт обычную сумму, которую я брал в обычных случаях за свои услуги. Правда, какие мне придется оказывать услуги, я представлял смутно.

— Распишитесь здесь, — показал я ей место на экземплярах договора. — Один остается у вас, другой — у меня.

Ланина молча расписалась и спрятала свой экземпляр в сумочку.

— Едемте, — тоном приказа, который нельзя не выполнить, сказала она.

— Прямо сейчас, но я должен собраться.

Она насмешливо посмотрела на меня.

— Запомните, если меня убьют, вам никто ничего не заплатит. Так что если желаете получить ваш гонорар, оберегайте меня. Если же вам что-то надо, мы заедем в магазин и все купим.

— Хорошо. Пойдемте.

Мы вышли из кабинета, я закрыл свою контору на ключ. Когда-то я снова тут окажусь, немножечко грустно подумал я. Да и окажусь ли?

Мы спустились на лифте вниз, вышли из здания. Я немного замешкался, так как хотел предупредить коменданта, чтобы всю приходящую на мое имя почту не относили бы ко мне в офис, а складывали здесь, внизу. Но Ланина не позволила мне это сделать.

— Ну чего вы медлите, — прикрикнула она, — идите быстрее. Вы хотите, чтобы меня убили прямо тут, у дверей.

Черт с этой почтой, подумал я, и поспешил за ней. Оказавшись на проспекте, Ланина осмотрелась, а затем быстро пошла по направлению к машине. Я полагал, что мы сядем в какой-нибудь роскошный лимузин, но нас ждали старые «Жигули». Она села за руль, я — рядом с ней.

Мы молчали все то время, пока она делали маневры, надо отметить довольно ловкие, чтобы выбраться с запруженной машинами стоянки на не менее забитый транспортом проспект.

— Вы в самом деле считаете, что вам угрожает опасность? — спросил я.

Она на мгновение повернула ко мне голову и ошпарила меня разгневанным кипятком своего взгляда.

— Вы полагаете, что я шучу или все выдумываю, чтобы развлечь вас, — раздраженно проговорила она. — Меня вчера хотели убить. Понимаете.

— Как и когда это было?

— Вечером, когда я легла спать. Моя спальня на втором этаже — и я открыла окна. Посреди ночи я внезапно проснулась, сама не знаю почему, потому что обычно я сплю, как убитая. Папа всегда шутил, что меня не только пушкой не разбудишь, но и всей артиллерией мира. Я открыла глаза и увидела как кто-то лезет в мою комнату. Я закричала, он спрыгнул вниз. Я бросилась к окну, но было темно, и я ничего не заметила.

— Но почему вы думаете, что он хотел вас убить. Может, у него были более галантные намерения?

Она смерила меня презрительным взглядом.

— В его руках был пистолет. Для того, чтобы сделать то, о чем вы говорите, мужчине требуется совсем другое оружие.

— Тут я с вами, пожалуй, соглашусь, но вы уверены, что это был мужчина?

И вновь мои слова вызвали у нее презрение.

— Неужели я не отличу по фигуре мужчину от женщины.

— Было темно… — пробормотал я.

В ответ она лишь пренебрежительно пожала плечами.

— Скажите, — проговорил я, — вы — замужем, почему вы спали одна?

— Потому что моего мужа не было дома.

— А где он был?

— Не знаю, — чуть помедлив, ответила Ланина. — Я не всегда знаю, где он бывает, а ему не всегда известно, где бываю я.