По ту сторону рая - Юлия Шилова

И теперь я действительно не понимала, где нахожусь. Мне казалось, что я просто сошла с ума, но я безумно хотела этих прикосновений, страстных поцелуев и дрожи по всему телу… Я абсолютно не могла бороться с овладевшим мною безумием… Мы не смогли дойти до спальни. Мы занялись этим прямо у входа в дом, перед фонтаном. И где мы только этим не занимались! В коридоре, на кухне, в гостиной и наконец – в спальне. Я громко стонала, скользила руками по телу чересчур темпераментного итальянца и не хотела приходить в сознание. Мне хотелось выжать из этого красивого и прекрасно сложенного мужчины все соки, упиваясь собственной властью над ним.

А на тумбочке у кровати в рамке стояла симпатичная фотография, на которой были изображены жена и две красавицы-дочки. В одну из редких минут отдыха Анджело поймал мой взгляд и положил фотографию на тумбочку лицевой стороной вниз. Я мысленно поблагодарила его за этот поступок и почувствовала себя значительно лучше.

Утром, когда Анджело еще спал, я проснулась от телефонного звонка мужа.

– Ну как тебе Рим? – из трубки послышался родной голос Андрея.

– Рим просто сказочный город, – тихо сказала я и поймала на себе взгляд проснувшегося Анджело.

– Я скучаю, малышка. Ты меня любишь?

– Люблю, – как-то неуверенно произнесла я, пристально смотря в глаза Анджело.

– Я тебя тоже. Чертовски соскучился и жду твоего возращения.

Положив трубку, я поправила волосы и как-то задумчиво улыбнулась.

– Муж звонил.

– Я понял. Ты его любишь?

– Люблю.

– Тогда что ты делаешь в моей постели?

– Изменяю, – рассмеялась я и тут же добавила: – Это просто весна. Я оставила мозги дома.

А затем я опять захотела его рук, его губ и его горячих итальянских слов о любви с первого взгляда.

– Ты слишком красивая, – прошептал Анджело и добавил: – И слишком доступная.

– Это просто весна, – вновь повторила я и почувствовала, как от его прикосновений начало дрожать мое тело.

После всего, что произошло со мной в той удивительной поездке, я больше не сомневалась в том, что итальянцы – великолепные любовники. Когда мы завтракали в одном милом итальянском кафе, Анджело честно признался мне в том, что его жена зовет его секс-машиной и слишком редко к себе допускает. Он называет ее холодной. Она не любит секс так, как люблю его я. После того, как Анджело заявил мне о том, что презервативы итальянского производства на полсантиметра длиннее, чем в других странах, я чуть было не упала со стула со смеху…

А на следующий день мы вместе поехали в Венецию. Этот город просто меня околдовал. Мы гуляли по площади Святого Марка, по Дворцу дожей, и я ловила себя на мысли о том, что чувствую себя неимоверно счастливой. Не верьте тому, кто называет Венецию своим самым большим разочарованием, утверждая, что там ужасно пахнет канализацией. Это неправда. Там пахнет свободой, любовью и счастьем.

Мы не могли отказать себе в удовольствии совершить романтическую прогулку на узкой черной гондоле… Наш гондольер был таким же красивым и высоким, как Анджело. Он был одет в белоснежную рубашку и постоянно шутил и улыбался. На гондоле сидели также два музыканта, которые исполняли романтичные итальянские песни о любви. Один играл на аккордеоне, а другой стоял и пел «О соле мио».

Мы слушали эту песню и целовались. Наверно, мы были просто безумцами, на которых чересчур подействовала весна. Два несвободных и вполне адекватных человека встретили друг друга и потеряли разум, а точнее – они оставили его дома.

– Я люблю тебя, – шептал мне Анджело и ласково покусывал мочку моего уха.

Я уже была наслышана о том, что для итальянцев признание в любви – пара пустяков. Когда они говорят: «Я люблю тебя», они подразумевают: «Я хочу тебя», поэтому я не могла не посоветовать Анджело потерпеть до дома.

А затем Анджело повел меня в довольно уютный ресторанчик, надежно спрятанный от глаз туристов за торговыми рядами Риальто и рыбным рынком. Ресторанчик находился в совершенно неприметном здании. Анджело сказал, что после обеда в этом ресторане у меня останутся самые приятные воспоминания о венецианской кухне… Каждому посетителю здесь наливают по бокалу шампанского и угощают комплиментом – крохотным блюдом за счет заведения.

Анджело рассказал мне о том, что в Венеции есть негласное правило – не есть в центральной части города. Здесь слишком много туристов, рестораны вечно забиты, и хозяевам наплевать, нравится вам здесь или нет. Они знают, что завтра туристы уедут и на их место придут другие, которые так же готовы заплатить за сомнительный обед. Уж очень сильно хочется есть.

А еще мы не смогли не заглянуть в знаменитое кафе «Флориан». Это кафе самое старое не только в Венеции, но и во всей Европе. Оно было открыто еще в 1720 году. Попав в это кафе, я почувствовала особое волнение оттого, что здесь бывали лорд Байрон, Казанова, Иосиф Бродский, Хемингуэй. Когда-то они точно так же, как сейчас мы с Анджело, сидели на покрытых алым бархатом скамейках и пили кофе. Я пришла в это кафе, как в настоящий музей, полюбоваться интерьерами XVIII века, подышать воздухом истории и ощутить, как от всего увиденного захватывает дух. Когда мы смаковали ароматный кофе, Анджело наклонился ко мне совсем близко и вновь сказал мне о том, что он меня любит. Я улыбнулась, взяла его за руку и сказала, что я тоже его очень сильно хочу. В кафе играла живая музыка, и все происходящее казалось мне весенней сказкой.

После кафе мы пошли покупать венецианские маски. Они продавались на каждом углу. Их делают из папье-маше и вручную раскрашивают. Анджело сказал, что для того, чтобы купить хорошие маски, нужно отойти как можно дальше от набережной, а то можно нарваться на пластиковое китайское барахло.

Венеция навсегда останется в моей памяти такой маленькой, домашней, разноцветной, яркой, праздничной и романтичной. Это действительно необыкновенный город, в котором нет ни машин, ни автобусов. В роли общественного транспорта выступают большие катера – вапоретто. У них есть свои маршруты, существуют даже проездные билеты на этот вид транспорта. Со стороны это выглядит очень забавно: «Скорая помощь» и полиция передвигаются тоже на специальных катерах.

Я поняла душу Венеции. Я смогла ее прочувствовать. Боже, какая же красивая душа у этого мистического города! Узкие венецианские улочки, парадные площади, магазины масок… В этом городе нет спальных районов, потому что он полностью состоит из одних достопримечательностей.

В этот город просто невозможно не влюбиться: привлекают особенная его атмосфера и улыбчивые, доброжелательные жители. Венеция есть и будет самым романтичным местом на земле. Я навсегда запомню, как мы с Анджело стояли на мостике над каналом, держали в руках карнавальные маски, целовались, а внизу проплывали гондолы. Красота! Если и есть на земле рай, то это Венеция. Она наполнена ароматом романтики, страсти, флирта…

По дороге в Рим мы с Анджело много говорили об Италии, о России и о себе. Анджело был в Москве пару раз и сетовал на то, что итальянцы почти ничего не знают о России, да и не хотят знать. Представления о нашей стране у них сводятся к русской водке, Красной площади, икре, президенте и перестройке.

Той ночью я думала о том, что история моих отношений с Анджело может длиться годами, а Италия всегда у меня будет ассоциироваться с ним. Одним словом, когда я буду приезжать в Италию, хороший секс мне всегда будет гарантирован.

Итальянские мужчины особенные. У них в крови уважение к женщине, и они прекрасные любовники. Пылкие и нежные одновременно. Внимательные и романтичные. Женщина для них – это богиня. Если бы мне кто-то сказал о том, что я встречу в поездке итальянского красавца, отключу мозги и захочу его до дрожи в зубах, никогда бы не поверила.

– Когда ты вернешься? – спросил меня Анджело, наблюдая за тем, как я складываю вещи в дорожную сумку.

– Не знаю, – растерянно пожала я плечами.

– Этот дом будет ждать тебя.

– Почему в этом доме не живет твоя семья?

– Жене и дочерям больше нравится жить в Милане, но они обещают со временем переехать сюда. У меня работа в основном в Риме.

Анджело провел рукой по моей щеке и сказал совсем тихо:

– Пока у меня есть ты, в этот дом никто не переедет. Он будет ждать тебя.

– Но я не знаю, когда смогу приехать в следующий раз, – растерялась я еще больше. – У меня муж.

– У меня тоже есть жена, но ведь ты сама сказала мне о том, что в Риме мы оба свободны.

В аэропорту я увидела в глазах Анджело слезы, которые он пытался от меня спрятать. Я взяла его за руку и вдруг ощутила в Анджело что-то родное. Я понимала, что это самообман, но чувствовала боль оттого, что красивая сказка близится к своему завершению. В самолет я садилась с опухшими от поцелуев губами. Перед глазами все еще стоял Анджело. Хотелось снова ощутить прикосновение его рук, губ и услышать слова о его любви ко мне…