Грибное болото (СИ) - Валерий Рыбалкин

Мурашки пробежали по коже. И тут впереди, метрах в двадцати, я увидел на фоне чернеющих в сгустившихся сумерках елей - какое-то бледное пятно, человека, женщину в белой, прозрачной, развевающейся на ветру одежде, не скрывающей, а лишь только подчёркивающей необычайно прекрасные изысканные изгибы её фигуры. Несколько секунд Овда, будто живая, стояла перед моими расширенными донельзя от удивления и первобытного животного страха глазами. Холодный пот предательской струйкой потёк за шиворот рубахи, а ноги отказывались идти дальше.

Но вот зрачки мои, наконец, начали привыкать к тёмному фону мрачно чернеющей хвои вечернего леса. И я увидел, как страшная в своей нечеловеческой наготе ведьма прямо на глазах постепенно превращается всего лишь в стайку кривых и уродливых, выросших на водянистой болотистой почве белоствольных берёзок.

Чтобы окончательно убедить себя в реальности происходящего, а может быть для того, чтобы ещё раз увидеть дивное видение, я перевёл глаза сначала на светлое небо над топью, затем на темнеющий в отдалении лес… Но Овда в сияющем обличье прекрасной девушки с распущенными волосами так больше и не появилась передо мной, как я ни старался.

5.

Говорят, что на деревьях мох всегда растёт с северной стороны. Не верьте! Пройдя второй круг, я понял, что наиболее густо он покрывает стволы со стороны болота, отказываясь подчиняться общепризнанным теориям. Смеркалось, и меня потихонечку начал бить мелкий противный мандраж. Ведро с грибами оттягивало руку, но я с упорством маньяка продолжал кружить, то приближаясь к топи, то отдаляясь от неё. Чёртово болото, будто магнитом, притягивало к себе, заставляя идти всё быстрее и быстрее. А память моя, будто нарочно, извлекала на свет новые и новые легенды этого древнего края.

Марий Эл - по-марийски значит марийский край. А ещё эту землю называют землёй Онара. В старинном предании говорится, что когда-то в далекие незапамятные времена возле Волги жил могучий великан. Звали его Онар. Был он так велик, что встанет, бывало, на крутом волжском берегу и только чуть-чуть не достаёт головой до поднявшейся над лесами цветастой радуги. Потому-то и называют радугу в старинных легендах воротами Онара.

Дорога богатырю была не нужна, он ходил прямо через леса - могучие дубы и сосны перешагивал, словно мелкий кустарник. Однажды шел великан по берегу Волги, и ему в лапти набился песок. Разулся, вытряхнул свою обувь. С той поры остались на берегу курганы и песчаные холмы.

Про многие возвышенности, озёра и болота марийцы говорят, что это следы Онара. Я улыбнулся, подумав, что кружу всего лишь вокруг одного из следов древнего великана.

6.

Много богов у марийского народа. Живут они в лесах, реках, озёрах, на лугах и в болотах привольного края. Но главным среди них является Куго-Юмо - Верховный бог, жилище которого находится на небе. Именно он возглавляет всех небесных и низших богов, расселившихся повсюду. По преданиям, ветер - его дыхание, радуга - лук. А помощником у него состоит верховный бог Кугурак - старейшина.

В тайнике, под троном, Куго-Юмо хранит свои самые ценные вещи: пращу, с помощью которой он мечет на землю "грозовые камни", и золотой шлем. От шлема распространяется такое сияние, что надев его, Куго-Юмо может затмить свою сестру - богиню солнца Шэчэ-Аву и в один миг испепелить все, что есть на земле.

Вдруг какая-то большая птица величиной с курицу выпорхнула из-под ног и, неспешно хлопая крыльями, улетела в чащу, прервав мои размышления. В пронзительной вечерней тишине снова стало отчётливо слышно, как болотный газ с бульканьем выходит на поверхность, будто какое-то живое существо, вздыхая, просыпается от долгого дневного сна, готовясь во тьме заняться своими нечеловеческими игрищами и злобными забавами. Я вдруг с ужасом понял, что нахожусь в языческом царстве сказочных лесных жителей - леших, кикимор, водяных, русалок…

Стало не по себе. Мурашки пробежали по коже, и жуткий безотчётный страх перед неизведанным ужасным ночным лесом, перед клокочущей загадочной топью, в которой скрывается один из марийских богов с труднопроизносимым именем, начал неспешно заползать в мою беззащитную душу. Противиться этому было почти невозможно.

Темнота медленно, но неотвратимо, будто сама судьба, опускалась с небес на покрытое лёгким туманом болото. Найти велосипед было единственным шансом на спасение. Только тогда я смог бы определить стороны горизонта и выйти на злополучную тропинку, которая привела меня к этому заколдованному месту и вдруг предательски исчезла, растворившись в болотном тумане.

Подул ветер. Запахло приближающейся грозой, а я всё шёл, почти бежал по заколдованному кругу, сопровождаемый зловещим скрипом раскачивающихся на ветру сосен, и вдруг упал, запнувшись за ветвистый тугой корень, будто змея охвативший мою ногу. Почему-то показалось, что это сказочный трёхглавый змий Туруни решил испепелить меня огнём из своей пасти или, наоборот, залить водой, согласно древней легенде.

Распластавшись среди мокрой листвы, заплакав от безысходности, я был готов к тому, что сейчас выползут из темноты и разорвут меня на части ужасные лесные жители. Но тут вдруг понял, что шёл вокруг болота против часовой стрелки, а это в корне неверно с точки зрения эзотерики.

7.

Ухватившись за эту идею, как утопающий хватается за соломинку, почёсывая шишку на лбу, я поднялся с земли, развернулся и двинулся в обратном направлении. Не знаю, что изменилось, но тут, наконец, к величайшей моей радости и изумлению, через каких-то сто метров в свете блеснувшей молнии я вдруг с восторгом увидел руль своего пропавшего велосипеда, стоявшего как ни в чём не бывало на своём месте за большим кустом, который я так долго не мог найти.

- Куго-Юмо! - мелькнула в моей истерзанной переживаниями голове шальная мысль, почти молитва. - Благодарю тебя за то, что ты сжалился надо мной, надел свой волшебный шлем, разящий Землю блеском грозных, испепеляющих всё живое молний, и указал твоему благодарному рабу путь в кромешном мраке его ничтожной жизни!