Календарь Русской Революции (Июль) - В Бурцев

1905. Съезд земских и городских деятелей в Москве

-,,- В Гельсингфорсе ранен бомбой генерал-губернатор Дейтрих.

1906. Государственной Думой принято обращение к народу по аграрному вопросу.

Обращение принято в редакции кадетской партии. Трудовая группа и социал-демократическая фракция воздержались от баллотировки в виду умеренности обращения. Правые голосовали против обращения.

{180}

7.

1862. Арест H. Г. Чернышевского в СПБ.

1879. Дело Малавского, Крюковской и др. в Киеве, по обвинению в

участии в Чигиринском деле. Малавский осужден в каторжные работы.

1875. Вооруженное сопротивление Мышкина (в Якутской области) после неудачной попытки освободить Чернышевского.

1906. Утвержден новый сеймовый устав о выборах в Финляндии.

Этим уставом Финляндия получила всеобщее, прямое, равное, тайное и пропорциональное избирательное право. Женщины в первый раз приобрели активные и пассивные избирательные права, кроме того, они могут быть избираемы на все должности Сейма.

-,,- В Петербурге арест типографии и редакции газеты "Мысль"

с. -р.-ского направления. 32 чел. были арестованы.

8.

1879. Конфирмация Лорис-Меликовым по делу Ефремова и др.

1905. В Выборге опасно ранен жандармский подполковник Крамаренко.

1906. Указ о роспуске Государственной Думы.

-"- Отставка министерства Горемыкина и назначена

П. А. Столыпина председателем совета министров, с оставлением его на посту мин. вн. дел.

-,,- Введение в Петербурге и Петербургской губернии чрезвычайной охраны.

9.

1881. Смертная казнь для Геси Гельфман заменена бессрочной каторгой.

1905. В Нижнем-Новгороде демонстрация рабочих сормовских заводов.

{181}

Манифест о роспуске Государственной Думы.

Первая Государственная Дума, открытая 27 апреля того же года тронною речью, в которой государь приветствовал в лице ее членов "тех лучших людей, которых он повелел возлюбленным своим подданным выбрать от себя", была распущена на основании манифеста, в котором было сказано: "Выборные от населения вместо работы строительства законодательного уклонились в не принадлежащую им область и обратились к расследованию действий поставленных от Нас (Государя Императора) местных властей, к указаниям Нам (Государю Императору) на несовершенство законов основных, изменения которых могут быть предприняты лишь Нашею Монаршею волею, и к действиям явно незаконным, как обращение от лица Думы к населенно".

Манифест был подписан Государем Императором Николаем II 9 июля 1906 года, но не был контрассигнован (подписан) ни одним министром, несмотря на то, что по закону все подобные акты должны быть контрассигнованы министром. Около 4 часов ночи на 9 июля этот манифест был расклеен по улицам Петербурга, двери и ворота Таврического дворца, где заседала Дума, заперты и к ним приставлена полицейская стража, чтобы не допустить в Таврический дворец ни одного депутата. Манифест о роспуске Думы не был прочитан в Государственной Думе. Дума была разогнана после 72 дней заседаний, представлявших из себя непрерывный конфликт Думы с правительством. За все это время Дума успела принять только два закона: один, принятый ею по собственной инициативе, отменял навсегда и безусловно смертную казнь, другой представлял из себя видоизмененный правительственный проект об ассигновании правительству на продовольственную нужду голодающих губерний 15 миллионов рублей. Правительство требовало 50 миллионов; Дума понизила эту цифру в виду того, что она не доверяла добросовестности правительства при расходовании этих денег. Депутатом Аладьиным было подчеркнуто, что заведывать этим делом будет Гурко, которому Дума не имеет основания доверять, а также и то, что при расходовании продовольственных сумм в карманах чиновников министерства остается до 3/4 ассигнованных денег. Через несколько месяцев было возбуждено по инициативе печати дело об исчезновении приблизительно 800,000 рублей {182} из продовольственных средств, при чем сильное подозрение падало на товарища министра внутренних дел (Гурко). Первый из этих законопроектов о смертной казни не вошел в силу, так как не был обсужден Государственным Советом.

В. Водовозов.

10.

1826. Верховный Уголовный Суд по делу декабристов.

К 30 мая следственная комиссия закончила следствие по делу декабристов и представила свой доклад царю. 1 июля последовал Высочайшей указ о назначении Верховного Уголовного Суда. В указе было сказано: "Мы единого от Суда ожидаем и требуем: справедливости нелицеприятной, ничем не колеблемой, на законе и силе доказательств утверждаемой".

Верховный Уголовный Суд был составлен из членов Государственного Совета, Правительствующего Сената и Святейшего Синода и нескольких сановников. Председателем Суда был назначен князь Лопухин, министр юстиции исполнял обязанности генерал-прокурора. Сам Николай I и современное правительство гордились организаций Суда, якобы совершенно независимого в своих действиях. На самом деле весь Верховный Уголовный Суд явился чистейшей комедией.

Со слов декабристов, мы давно уже знали об этом, но и изучение архивного материала дает нам право с легкой совестью поддерживать это заключение. Еще в начале мая, т. е. задолго до окончания действий следственной комиссии, Николай Павлович занялся тщательной разработкой программы судопроизводства. Как и при следствии, так и в Суде Николай был непосредственным руководителем и вдохновителем всех действующих в следственном и судебном процессе лиц. Прямым его помощником в работах по организации Суда - тяжело и печально констатировать это - явился М. М. Сперанский. Это он разработал процессуальную сторону, он приготовил все доклады Суда и комиссией, Судом выбранных, он распределил по разрядам вины обвиняемых. О том, как идет дело в Суде, он лично докладывал Николаю Павловичу. Николай Павлович {183} вместе со Сперанским составил "обряд суда"; в "дополнительных степенях обряда и в указаниях, которые были сделаны секретно председателю Суда, были предусмотрены все действия Суда. Можно положительно утверждать, что члены Суда этими "обрядными" статьями, гласными и негласными, были лишены собственной мысли, воли и, конечно, инициативы. В. первых пяти заседаниях Суд прочел доклад следственной комиссии и записки о подсудимых.

Затем предстояло решить вопрос, как же проверить данные следствия; предстояло допросить и подсудимых, и свидетелей. Но "независимый" Верховный Уголовный Суд не получил от царя права входить в более тесные отношения с обвиняемыми и даже права фактической проверки следствия. В "обрядах" было указано, что, по прочтении следственного материала, Суд должен был выбрать ревизионную комиссию, которая и должна была произвести "надлежащее положенное законами удостоверение в следствии. Круг действий этой комиссии был определен Николаем Павловичем. Члены комиссии отнюдь не должны были вступать в разговоры с обвиняемыми. Только три вопроса должна была предъявить ревизионная комиссия каждому подсудимому: 1) его ли рукой подписаны показания, в следственной комиссии им данные, 2) добровольно ли подписана показания, 3) были ли ему даны очные ставки. "Токмо эти вопросы", никаких других - так было сказано в секретном, предназначавшемся только для председателя Суда, документе. Понятно, ни один из декабристов, выслушав эти три вопроса, не догадался, что этой формальностью начался и кончился для него "Верховный Уголовный Суд".

8 и 9 июня член комиссии отобрал от всех подсудимых ответ, и 10 июня Суд собрал новую комиссию для распределения виновных по разрядам. В нее вошли гр. П. А. Толстой, г.-ад. Васильчиков. и Сперанский; гр. Кутайсов, Баранов, Энгель, Кушников, бар. Строганов и гр. Комаровский. Главным деятелем был М. М. Сперанский. Под его, руководством комиссия "определила главные роды преступлений, отличила в каждом роде все его виды и, оставив их в порядке постепенности, из сложения и сопряжения их произвела начала разрядов".

28 июня донесение комиссии по распределению разрядов было прочитано в Суде; 2 июля Суд выбрал сенатора Козодаева, {184} ген.-ад. Бороздина и опять-таки M. М. Сперанского для составления всеподданнейшего доклада.

9 июля доклад был подписан Судом и подан царю. Оставив пятерых (Рылеева, Пестеля, Бестужева-Рюмина. С. И. Муравьева-Апостола, Каховского) вне разряда, Суд, согласно заключению разрядной комиссии), распределил остальных на 11 разрядов.

Пяти, стоявших вне разряда, Суд назначил смертную казнь четвертованием. Для 3 человек, принадлежащих к первому разряду, Суд назначил смертную часть; для 11-го разряда - лишение чинов и сдачу в солдаты с выслугой. В докладе Суд, между прочим, писал: "Хотя милосердию, от самодержавной власти исходящему, закон не может положить никаких пределов, но Верховный Уголовный Суд приемлет дерзновение представить, что есть степени преступления, столь высокие и с общею безопасностью государства столь слитные, что самому милосердию, кажется, должны быть недоступны".