Восхитительный наглец - Дарья Юрьевна Калыбекова

каким-то игривым взглядом. Сразу же вспомнилась сцена из фильма «50 оттенков Серого». Там, где он ее жарко целует в лифте. Во рту от этой мысли пересохло. Парень у меня есть. Ну как парень. Тот, с кем я уже встречаюсь сто лет в обед. Он остался в Питере, пока я рванула покорять Москву на эти три месяца. Далее в моих планах Барселона. А Ваня так и останется в Питере. Наша последняя встреча была этакой прелюдией перед расставанием.

Поэтому от своих интимных мыслей, главным героем которых стал Кэнон или Никон, совсем не стыжусь. Если бы не его острый язык, совсем не красящий мужчину, я могла бы даже влюбиться… Ведь этот хамовитый ловелас поистине красавец. Во всяком случае, полностью в моем вкусе.

Стоя в лифте, наивно полагала, что рассматриваю его незаметно для него самого. Но через секунду до меня все же дошло, что мой слюнявый взгляд прекрасно ему виден в отражение зеркальных стен. Рост под 185, шикарный разворот плеч, бездонная глубина зелено-голубых глаз. Темные волосы, немного зачесанные назад и щетина… О, он просто идеал для меня. Только вот если бы вкупе к этому заменить бы его сварливый характер на что-то более подобающее…

Глава 2

Когда мы вышли из здания, возле входа нас уже ждала машина представительского класса. Тёмный седан, почти чёрный, сверкал как бриллиант. Видимо, только что из мойки потому, что погода предполагает скорее заляпанные грязью, что летает в воздухе, бока. Водитель открыл дверь, а Никон помог мне разместиться сзади, но сам почему-то сел спереди.

Сидя на огромном кожаном кресле, вообще не понимала, что происходит. Неужели каждого стажёра он водит на обед? Или это я так размечталась, что мужчина его статуса заинтересуется мной. Нет, я конечно девушка очень симпатичная, но абсолютно реалистка. Для таких внешность пустышка. Им интересны только люди его круга.

Впрочем, и внешность играет не последнюю роль. Для любовницы, например… Но я-то девушка приличная.

Мои белокурые локоны, всё время кудрявые, почти не поддавались укладке. Голубые глаза были моей гордостью. Девчонки из группы всё время завидовали, хотя на нашем факультете девчонок было всего-то человек 8 из 100. До сих пор помню восхищенные возгласы.

«Ох, Надюха, повезло тебе с глазками твоими! Огромные ресницы, голубые глаза! Я такого цвета линзы покупаю, а у тебя натуральный цвет!» — Светка из группы постоянно не могла пройти мимо без пары реплик.

Через несколько минут машина остановилась, он вышел и открыл мне дверь, подавая руку. Окинув взглядом здание, к которому мы подъехали, приоткрыла рот. Шикарная дорогая лепнина, античный стиль — всё как я люблю. Я не сторонник современного архитектурного стиля, обожаю то, что принято называть античностью.

Вдохновили меня картины руинистов. На них мегалиты, которые возвести и в современном мире сложно. Более того на них руины явно подвергшиеся какому-то катаклизму. Именно тогда, когда я была впервые в Эрмитаже и увидела картины руинистов, поняла, что хочу творить, создавать такие же величественные здания. Даже архитектура Питера произвела на меня не столь значительное впечатление, а вот работы художников, которые отразили всё величие и одновременно упадок после какой-то беды.

Теперь мы видим, что архитекторы, создавшие всё это, в истории. Да, имена многих уже забыты, но их детища остались.

Не отпуская мою руку, Никон провел меня в ресторан. Метрдотель, увидев его, перестал дышать.

— Никон Анатольевич, здравствуйте! Рады вас видеть!

Кивнув ему, начальник все еще не отпускал мою руку. Он подвёл меня к столику и, подвинув стул, помог разместиться.

— Как обычно, — Никон бросил официанту и плюхнулся на стул. — Ну так что, Надежда, расскажите, почему выбрали нашу компанию? — его вопрос очень походил на то, что обычно спрашивают на собеседованиях.

— Она одна из лучших, — улыбнулась.

— Поправка, она лучшая. По этому поводу ещё один вопрос. С чего вы взяли, что вы нам подходите? — его вопрос сразу обескуражил своей бесцеремонностью.

— Во-первых, я не буду работать постоянно, это всего лишь стажировка. Трамплин в Европу, так сказать. Вы же берёте нескольких студентов после окончания университета ежегодно. Причём именно университета, в котором обучалась я. Вы даёте возможность поработать у вас, а потом отправляйте этих студентов работать в лучших архитектурных бюро Европы.

Никон улыбнулся, оголяя чертовски белые ровные зубы. 100 процентов искусственные!

— Тогда третий вопрос. С чего вы взяли, что ваше место именно в архитектуре, а не на кухне?

— Надеюсь, вы шутите? Это чистой воды шовинизм! Вы знаете, почему именно меня взяли на стажировку в вашу компанию? — отвечая на вопросы, не дышала. — Потому что я была лучшей на всём факультете.

Никон разразился истеричным смехом, даже не смехом, то был хохот. Совсем неприличный для такого пафосного ресторана.

— Вы что серьёзно? Думаете, я не знаю профессора, который помогал вам с дипломом? Он любитель молоденьких и симпатичных девушек! Будет продвигать любую бездарность за милый взгляд, а уж если ему позволят что-то более интимное, то воздвигнет на пьедестал, назовет новым Гауди.

От обиды, почувствовала во рту горечь. Чёртов Никон прав! Олег Семенович действительно такой! Он часто ставил девчонкам зачеты на экзаменах за флирт с ним, но я с ним никогда не флиртовала! А этот вероятно, учился у него, поэтому своими глазами видел…

Что ж, одним вопросом меньше. Теперь понятно его не очень доброжелательное отношение к женщинам в архитектуре.

— Зачем вы меня пригласили на обед? — смогла спросить, сдерживая слезы.

Взрослый 30-летний мужик обижает и оскорбляет 22-летнюю выпускницу ВУЗа. Очень достойное поведение для мужчины!..

— Хочу понять, кого все-таки через три месяца мне нужно отправлять в Европу. Не хочу ударить лицом в грязь. Три человека должны показать себя во всей красе. Но пока я вижу лишь попытки стать архитектором. Вы не архитектор. А в Европу поедут лишь архитекторы. Поэтому вам придется смириться, что у вас нет таланта. Пять лет университета потрачены зазря. Мне жаль, — пожал плечами, не обращая внимания на то, что мы уже были не тет-а-тет.

Официант поставил передо мной тарелку с каким-то мясным блюдом, я же поморщилась. А вот от чая с женьшенем не отказалась бы.

— Я вегетарианка, — гордо вскинула бровью.

— Что? — Никон закатил глаза. — Откуда вы этого бреда понабрались? Мясо нужно есть, вам еще детей рожать. Знаете, что комарихи пьют кровь. А комары исключительно нектар. Вот и женщины так. Им нужно мясо. Ешьте! Это очень вкусно! — подвинул тарелку ко мне ближе.

— Я не буду есть мясо! Вы что? Уже не