Я забуду тебя завтра... - Анастасия Колмогорова

Стоило ему замолчать, как раздались автоматные очереди. Я завизжала, смотря, как дёргаются тела людей от десяток пуль, падают на землю, но зажмурилась слишком поздно. Я видела! Видела эти глаза! Пустые, стеклянные. Они смотрели в небо, ничего не видя, смотрели в никуда! Ужас и страх сковали меня, и только слёзы текли по щекам в безмолвной истерике.

Не может быть. Не может быть! Я вырвалась из лап одного убийцы, попала в лапы другого, а теперь третьего всего за одну ночь. Моему "везению" не было предела!

Не особо церемонясь, водитель буквально кинул меня в салон автомобиля, как только выстрелы умолкли. Я кинулась к противоположным дверям, но замок заблокировали перед самым носом! Вжавшись в угол, затравленно смотрела как этот самый Грешник кому-то звонит, а водила и другие убирают тела и транспорт куда-то в поле. Боже мой! Что же мне делать? Ждать спасения теперь точно неоткуда. Я отлично понимала, что меня либо убьют, либо снова запрут в подвале. Но для чего-то же он забрал меня у этих отморозков? Мог бы просто отдать и дело с концом. Значит, ему что-то от меня надо? Что?

Когда амбал сел на водительское место, а Грешник рядом со мной, все трупы уже были где-то в поле. У меня было достаточно времени, чтобы успокоиться и осмыслить случившееся. Переживать по поводу смертей молодых парней я даже и не думала, туда им и дорога. Не я, так кто-нибудь другой был бы на моём месте, а скольких они уже так убили я и думать боялась, но этот блондин внушал в меня страх. Так спокойно убить десять человек!

— Кто вы такой?

Вопрос вырвался сам. Я плохо себя контролировала, ещё чуть-чуть и начнётся новая истерика, но мужчина молчал. Я кинула взгляд на водителя, который выруливал на дорогу, не обращая внимания ни на меня, ни на своего, как понимаю, шефа, который откинулся на спинку и закрыл глаза.

— Куда вы меня везёте?

И снова тишина. В салоне пахло шоколадом и табаком. Хотелось выскочить отсюда на полном ходу, но дверца так и оставалась заблокированной.

— Что вам от меня нужно?

Он поднял палец вверх и улыбнулся как-то холодно, натянуто.

— А это правильный вопрос, Котёнок. Мне нужен чемодан.

Я нахмурилась, смотря как его рука снова ложится на бедро в чёрных брюках. Длинные узловатые пальцы. На тыльной стороне руки выпирают вены. Обычная рука, а мне кажется, что она вот-вот выхватит пистолет и пустит пулю в лоб, но уже мне.

— К-какой чемодан?

— А там их было два?

Понятия не имею о чём он говорит. Какой чемодан? Где?

— Вы можете н-нормально объяснить?

Он усмехнулся и повернул ко мне голову.

— Сбегая от Кубрынина, ты с собой прихватила мой чемодан. И он мне очень нужен.

Я снова нахмурилась, напрягая память, но ничего такого вспомнить не могла. Вернее, я вообще ничего не помнила, после того, как ОН вошёл в мою камеру. Одно я понимала точно, этот ублюдок знал, что меня держали в плену, но вот понять его отношение к этому я не могла — внутри меня всё ещё теплилась надежда, что он не последнее дерьмо.

— Послушайте, — заговорила я быстро, чтобы он не успел меня остановить. — Кубрынин… Он пичкал меня чем-то. Я помню, как он вошёл, а затем я стою посреди двора жилых домов. Я не помню ни о каком чемодане. Прошу вас, поверьте мне!

Но он лишь усмехнулся и снова отвернулся, закрывая глаза и давая понять, что не поверил мне. Всё внутри рухнуло от понимания, что дальше меня ждёт не самое лучшее будущее.

— Что вы со мной сделаете?

— Стану твоим худшим кошмаром.

Закрыв глаза, отвернулась к окну. Вся моя жизнь «худший кошмар», а он лишь часть этого ежедневного ужаса. Кубрынин постарался на славу, лишив меня будущего своей похотью и жаждой сломать меня. Но у него не вышло. Ничего не вышло. У старого импотента не вставал, как бы он не пыхтел и что бы не заставлял меня делать. И у этого не выйдет. Меня никто не сломает. Уже никто. Потому что ломать больше нечего.

Его телефон завибрировал, привлекая моё внимание, но это был не звонок. Смс на ватсап или ещё куда. Прочитав текст, он направил телефон на меня, а я отвернулась. Не буду я плясать под его дудку. Пусть что хочет, то и делает, но я не цирковая мартышка!

— На меня смотри! — рявкнул, больно взяв за лицо и повернув к себе.

Вспышка ослепила меня, заставляя зажмуриться и потереть глаза, а когда снова посмотрела на него, он уже был полностью в телефоне. Я видела своё измазанное в грязи и покрытое царапинами собственной кровью лицо, а снизу лишь одно слово от его собеседника. «Она». И это было утверждением. Значит, меня ещё кто-то ищет? Папа?

— Кому вы отправили фото?

Мой голос дрожал от маленькой надежды, но ответ меня шокировал.

— Тому, в кого ты стреляла.

Я? Стреляла?! Да Госпоби-боже-мой! Что происходит?!

— Что вы несёте? Я оружие в руках ни разу в жизни не держала!

Он прикрыл глаза и устало вздохнул. Я прикусила язык, понимая, что через чур много себе позволила, а его просьба водителю остановить тачку и выйти только подтвердила это. Как только авто свернуло на обочину пустого шоссе, а амбал покинул салон, я крепко зажмурилась, ожидая удара, но ничего не последовало. Он сидел, смотря в окно на проезжающие мимо редкие машины и крутил в пальцах свой смартфон. Локоть второй руки лежала на подлокотнике, а пальцы подпирают подбородок, но было в этой позе что-то до чёртиков пугающее.

— Единственно, что сейчас я хочу, это спать, — заговорил он, всё так же смотря в сторону. — Я без сна уже пять дней, и несколько часов назад провёл очень сложную операцию на собственном брате, вынимая из него три пули, которые пустила ты. Слушал его крики, потому что не было времени ложить его под наркоз. И единственной моей ассистенткой была истеричная наркоманка, в которую он якобы влюблён. Как думаешь, есть у меня желание возиться с паршивой соплячкой и слушать её визги?

У меня в груди всё похолодело от этих слов, а он молчал и ждал моего ответа. Три пули, какая-то наркоманка. Да что вообще происходит вокруг?!

— Н-нет.

Он кивнул.

— Правильно. Поэтому будь умницей, заткнись и подумай своей маленькой головкой, стоит ли лишний раз выводить меня из себя.

Я быстро закивала, соглашаясь с каждым его словом.