Сломленные - Мартина Коул

Старушка посмотрела на нее с неприязнью и покачала головой.

Регина начала беспокоиться. Ребенок пропал. Только этого ей не хватало! Полиция и так пристально наблюдает за ее безалаберной жизнью.

— Чума его забери, негодника. Весь в отца, от него тоже одни неприятности!

Она вернулась в квартиру и попыталась сама разобраться в случившемся, но вскоре поняла, что надо звонить в полицию и в службу опеки.

Через пятнадцать минут прибыли полицейские, мужчина и женщина. Войдя в квартиру, оба сморщились от запаха мочи, ударившего им в нос.

Регина кисло улыбнулась им, готовая к неприятному разговору. Блюстители порядка оглядели ее запущенное жилище и решили, что лучше не садиться.

— Привет, милочка. Я констебль Джоанна Харт, а это мой коллега Ричард Блэк. Итак, твой малыш пропал? — начала женщина.

— Я же сообщила вам, не так ли? — В голосе Регины звучало презрение, но также и страх: она боялась, что Харт обвинит ее в пропаже ребенка.

— Послушай, милочка, мы ведь не враги тебе, правда? Раз твой малыш пропал, то чем скорее мы покончим с формальностями, тем лучше.

Регина немного успокоилась:

— Он бродяга. Хотя он маленький, но его все время тянет на улицу. Я искала везде, куда он мог пойти, но не нашла.

Джоанна почувствовала жалость к этой женщине, которую она уже знала по ее пьяным скандалам.

— Может, я не лучшая мать, но они мои дети. Я забочусь о них, — заявила Регина.

Полицейский Ричард Блэк фыркнул и печально покачал головой:

— Оно и видно.

Регина вспыхнула и бросилась к нему, но Джоанна преградила ей путь и распорядилась:

— Послушай, Ричард, пойди опроси соседей, а я поговорю с мисс Карлтон.

Блэк усмехнулся и вышел из комнаты.

— Вонючий гад! Меня судить? Да кто он такой, что он о себе думает? — кипятилась Регина.

Джоанна улыбнулась:

— Лучше постарайся подружиться с ним.

Регина гневно сказала:

— Хватит морочить мне голову. Я знаю тебя и таких, как ты. Я знаю, как вы думаете о людях. Так что кончай эту волынку и найди моего мальчика.

Чувствовалось, однако, что Регина в ужасе. От необходимости отвечать Джоанну спас громкий голос из прихожей:

— Привет, дорогая. Это я, Бобби.

Голос был высокий, женственный. В комнату вошел рослый мужчина с длинными темно-русыми волосами. Голубые глаза на его открытом лице светились добродушием. Он широко раскинул руки, Регина бросилась в его объятия и расплакалась. Джоанна некоторое время наблюдала за ними, радуясь, что обстановка разрядилась.

— Вы родственник? — спросила она.

Регина фыркнула:

— Он лучше, чем родственник, дорогая. Он мой социальный работник.

Мужчина протянул Харт мягкую руку:

— Роберт Бейтман, работник службы опеки для таких звезд.

Харт вздохнула с облегчением. Это было то, что нужно.

Полицейский Блэк вернулся в квартиру и сообщил:

— Маленький мальчик, отозвавшийся на имя Джемми, обнаружен невредимым на строительной площадке на другом конце города. Блондин, голубоглазый крепыш.

Регина сказала с облегчением:

— Похоже, это мой мальчик.

— Как он туда попал? — спросила Джоанна подозрительно.

Блэк пожал плечами:

— Откуда мне знать? Его отправляют в больницу для осмотра.

— Бобби, ты меня туда проводишь, да? — спросила Регина.

Опекун широко улыбнулся:

— Конечно, дорогая. А как с этими двумя?

Микаэла стояла в дверях с выкупанной и переодетой Ханной на руках.

— С ними будет все в порядке. Мой парень в спальне, он за ними присмотрит, — ответила Регина.

Роберт посмотрел на нее своими выразительными голубыми глазами и спросил:

— Они действительно знают его, или он случайный гость?

Регина на мгновение замялась:

— Ну, они достаточно знают его. Мы можем теперь идти? Пожалуйста.

Тон ее голоса не допускал возражений. Через пять минут они ушли.

Микаэла кормила с ложечки Ханну, когда гость матери, совершенно голый, вышел из спальни, чтобы помочиться. Он взглянул на ребятишек, сидевших в неприбранной кухне, и кисло спросил:

— На что ты пялишься?

Микаэла откинула назад густые золотистые волосы и внятно ответила:

— Пошел ты.

Констебль Блэк явился в городскую больницу Грантли с видом начальника. Он прошел через приемный покой на шестой этаж, в детское отделение. Харт уже сидела рядом с местом дежурной сестры и пила кофе. Она улыбнулась при его появлении:

— Что удалось узнать?

— Есть два свидетеля, которые видели мисс Регину Карлтон с сыном в шесть тридцать сегодня утром. Одна из них — женщина, уборщица. Другой свидетель — мужчина, который встретил мисс Карлтон по дороге на работу. По-видимому, она просто бросила своего ребенка.

Джоанна Харт нахмурилась:

— Зачем же ей тогда понадобилось связываться с нами?

Блэк пожал плечами:

— Может быть, она думала, что он уже погиб к этому времени? Дом, где его нашли, собирались сносить.

— О боже! Пожалуй, надо связаться с сыщиками.

— Уже вызвал. Они скоро прибудут. Интересно, какое дерьмо они раскопают.

Блэк не скрывал злорадства, и это не понравилось Джоанне. Он заметил ее взгляд и смутился.

— По-моему, попытка убийства, — сказал он, как бы защищаясь.

— Нельзя обвинять, не зная фактов, — возразила Джоанна.

Блэк покачал головой.

— Ты просто не хочешь их видеть. Она настолько пропитана наркотиками, что ее уже трудно считать человеком. И все-таки ты толкуешь сомнение в ее пользу. Всякий раз, когда мы ее вытаскиваем из очередной драки пьяной в дым или наглотавшейся наркотиков, ты по своей доброте душевной защищаешь ее. — Блэк скептически усмехнулся. — Вспомни: у нее трое детишек, и сегодня один чуть не погиб под развалинами дома. Как ты можешь ее защищать? Ее необходимо изолировать. Если бы это от меня зависело, я посадил бы ее и ключ от камеры забросил бы подальше.

— Я в этом не сомневаюсь, старина, — вмешался подошедший Роберт Бейтман. — Она выросла в еще худших условиях, чем ее дети, поверьте мне, но она старается держаться. Несмотря ни на что, Регина по-своему любит своих ребятишек.

Блэк снова покачал головой:

— Блажен, кто верует. А я считаю, что она дрянь. Ее ребятам было бы лучше без нее. Она наркоманка со стажем, и она подвергает детей опасности. В ее квартире такая вонь…

— Но ты не можешь бросать людей в тюрьму только из-за грязи в их квартире. — с раздражением заметила Джоанна.

— В ее квартире стоит вонь, дети бегают в лохмотьях. Когда мы приходим, она либо лежит в кровати, либо только что встала. У ее детей кошмарная жизнь, — стоял на своем Блэк.