Сказки лгут, или семь мертвых жен лорда Локвуда - Надежда Сергеевна Сакаева

Тряхнув головой, я зажала нос двумя пальцами, ведь именно в этот момент дошла до края лагеря, где, видимо, располагалась выгребная яма. По крайней мере, аромат тут стоял соответствующий.

– Вот ты где! – словно из ниоткуда снова выскочила та женщина. – Ишь, кривится, будто благородная! А ну пошли, хватит прохлаждаться! Лорд позволил тебе отдохнуть, но не сказал, что ты можешь шляться тут до самого вечера! – она схватила меня за руку, заметив поднос, который продолжала сжимать. – А это еще что такое? Украсть господское серебро вздумала? Ну теперь тебя точно выпорют!

– Ай, больно! – воскликнула, пытаясь вырвать руку.

И тут же осознала, что во сне так больно не бывает.

И что это значит? Неужели все происходит по-настоящему?

Растерявшись, я даже перестала вырываться, озадаченно хлопая глазами.

В смысле, на самом деле? Но как так? Я же находилась в ресторане…

Женщина, восприняв мое молчание за согласие, принялась тащить меня куда-то, приговаривая:

– Воровка! Ну ничего, как госпожа узнает, так сразу тебя выпорет, а после выгонит! Думают, коли мы на охоту выехали, так можно серебро тащить, и никто не заметит…

– Да отпустите вы меня! – наконец опомнившись, я резко выдернула руку.

Сон, или нет, но подобное обращение стерпеть не могла.

– Ах так? Как ты смеешь, девка? Я тебя согласилась взять сюда, и вот чем ты мне платишь? Неблагодарная дрянь! – женщина вскинула руку, явно собираясь ударить меня, но я вовремя перехватила ее запястье.

Если честно, хотелось вмазать ей подносом, но побоялась испортить чужое добро.

– Что здесь происходит? – рядом с нами возникла девушка.

Молодая, не старше восемнадцати, с витиеватой прической и в расшитом золотом платье, она явно относилась к «господам».

– Девка хотела украсть серебро, госпожа Мари, – с поклоном ответила женщина.

– Неправда! – тут же возразила я, но словив взгляд девицы, тоже поклонилась и добавила: – Госпожа Мари.

– Она из наших слуг? – сморщила носик аристократка. – Не припомню, чтобы видела ее в поместье…

– Из наших, госпожа Мари, – закивала женщина. – С деревни, в поместье не прислуживала. Вызвалась помогать незадолго до отъезда, нам как раз люди были нужны.

– Вот как? – Мари поглядела сперва на меня, затем на поднос, а после вынесла вердикт: – Казнить ее.

Чего? В смысле казнить?

– Но тут нет виселицы, госпожа, – несколько растерялась женщина.

– Значит, казнить по возвращении, – пожала плечиками Мари, за ангельской внешностью которой, как оказалось, скрывался кровожадный садист. – А пока проследи, чтобы она не сбежала. Так опозорить нашу семью перед лордом Локвудом… ужас.

И развернувшись, она собиралась уйти.

– Но… госпожа Мари, я ничего не крала! – воскликнула, не в силах поверить в происходящее. – Мне лишь стало дурно, а господин разрешил мне прогуляться…

– Тогда почему ты не оставила серебро, а пошла с ним к краю лагеря? – вскинула аккуратные бровки госпожа. – Казнить, а перед этим выпороть, чтоб неповадно было возражать своим хозяевам.

Да уж, вот и поговорили.

– Идем, – снова схватила меня за руку женщина. – Дурында! И господ опозорила, и себя подставила!

Впрочем, несмотря на слова, в тоне ее ощущался отголосок вины – кажется, она не ожидала, что наказание будет столь жестоким.

А я…

А что мне было делать?

Я уже поняла, что на сон все происходящее явно не похоже, а смириться и позволить запереть себя в какой-нибудь клетке за то, чего не делала, мне совсем не светило.

Поэтому, огрев женщину подносом, я вырвалась и побежала прочь, благо далеко от границ лагеря мы отойти не успели, а возле отхожего места народу не наблюдалось.

Не знаю, что со мной случилось и почему я оказалась здесь, но если это другой мир, то он мне совсем не нравится!

К границе леса, расположенной примерно в километре от лагеря, я мчалась, не чуя ног и надеясь, что за мной не вышлют погоню. С другой стороны, зачем погоня, если поднос так и остался лежать на земле? Кому есть дело, повесят служанку, или ее волки загрызут? Хотя, надеюсь, волки тут все же не водятся…

Когда я нырнула под спасительную тень деревьев, то не остановилась, продолжив бежать. Здесь было не так светло, хотя косые лучи предзакатного солнца все еще пробивались сквозь кроны, наполняя лес причудливыми золотыми зайчиками.

И только когда шум лагеря окончательно стих, а вокруг не осталось ничего, кроме кустов, да толстых стволов, я наконец-то рискнула перевести дух.

Сердце колотилось, как бешенное, дыхание сбилось. Присев прямо на землю, я утерла лоб рукой.

Фух, и что мне теперь делать? Что вообще происходит?

Хотя, явно ничего хорошего, ведь теперь я осталась одна, посреди леса, а скоро солнце окончательно скроется и станет темно. А еще есть хочется…

С тоской поглядев на урчащий живот, я поняла, что совершила ошибку.

Надо было остаться. Ну пускай бы меня где заперли, но это же был полевой лагерь, вряд ли у них нашлась бы настоящая темница. А так посидела бы, подумала, может как-то подготовилась к побегу. Или бы запросила аудиенцию у других аристократов. Тот мужчина с синими волосами показался мне явно добрее Мари, может он отменил бы ее наказание?

Но теперь точно нельзя возвращаться. Ведь все наверняка считают, что раз я сбежала, значит преступница! Да и если бы можно было, дорогу назад уже не найти – с перепугу летела, куда ноги несли, совсем не запоминая путь.

А-а-а, проклятая служанка! Пропади она пропадом вместе со своей госпожой!

В бессилии я стукнула кулаком землю, но это мало чем помогло, лишь костяшки заболели.

Ладно, надо рассуждать здраво.

Раз уж я сбежала, стоит подумать о том, как выжить. И для начала, найти ночлег, а еще лучше, какое-нибудь жилье.

Впрочем, лес