Волшебство в кармане - Константин Кузнецов

На ладони добытчика лежал крохотный, не больше куриного яйца, шар. Переливаясь всеми цветами радуги, он завораживал и пленял, поражая своей чистотой и неподдельно первозданной изящностью. Однако, вместо положенного восхищения, маг лишь злобно прокряхтел:

— Что ты мне принес, олух?! Шар, наполненный раскрашенным туманом?! Чушь! Всего лишь жалкая алхимия!

— Странно, я-то думал: ты будешь восторгаться, а не скрипеть, словно старый засохший пень, — удивился добытчик, вновь нарушив субординацию. Но на этот раз старик и вовсе не заметил этого.

И лишь тяжело вздохнув, произнес:

— Чем же тут восторгаться?! Я не чувствую в нем никакой волшебной силы!

— Странно, это очень древняя и могущественная вещь. Поверь мне! Главное тщательно ее изучить! — слишком уж уверенно по мнению мага, произнес Парте.

— Да? — не сводя глаз с шара, который теперь стал почему-то фиолетовым, маг задумчиво разгладил свою длиннющую бороду.

Заметив охватившее старика сомнение, добытчик аккуратно взял шар двумя пальцами, провел над ним рукой и прошептал:

— Смотри…

Маг смотрел долго, но кроме переливающегося всеми цветами радуги тумана, так больше ничего и не увидел.

И вот когда его терпению пришел конец, Олирис заметил, как среди разноцветной пелены, мелькнула отчетливая зеленая картина. Туман исчез, и он смог увидеть крохотную поляну, лежащую на самом краю леса. Потеряв дар речи, маг воззрился на крохотную, — не больше мизинца — деревеньку.

Усилив с помощью магии зрение, Олирис вновь посмотрел на шар. Теперь ему стали видны не только пузатые дома, но и малюсенькие человечки, копошащиеся на своих миниатюрных огородиках.

— Это то же самое, что держать ручных муравьев, — как бы промежду прочим произнес добытчик, добавив: — Хотя, наверное, живой шарик все-таки куда занятнее. Вот только желательно пользоваться мощным увеличительным стеклом, а то не сумеешь разглядеть этих лилипутов.

Маг молчал.

— Да кстати — это целый мир. И если только захотеть, то туман исчезнет по всей поверхности, и тогда ты сможешь увидеть горы и реки, замки и города.

— Где ты его достал? — найдя в себе силы, пересохшим голосом, поинтересовался Олирис.

— Не спрашивай… все равно не отвечу! Мое дело найти уникальную вещь, а твое — пополнить ей свою коллекцию. Не больше, не меньше. Так ты берешь? А то я собираюсь предложить ее Энглу Великому с западного фиорда.

— Нет!!! — взревел маг. — К черту всяких глухих маразматических Энглов, которые не разбираются в истинных ценностях. Я беру!

— Ну, вот и славно, — согласился добытчик. — Сто антиров! По рукам?

— По рукам! По рукам! — в спешке затараторил старик, отчитывая положенную сумму.

Пересчитав полученные монеты, добытчик снял свою старую потрепанную шапку, отдаленно напоминающую боевой шишак и откланялся.

— Рад был услужить. Желаю здравствовать, маг.

— Погоди, остановил его уже во всю поглощенный изучением шара старик. — Скажи, ведь ты знаешь, как это происходит?!

— Что происходит? — не понял Парте.

— Как существует этот шар? Без магии, без шарлатанства! Скажи! Как?

— Не знаю, — пожал плечами добытчик, — наверное, сам по себе. Главное просто верить!

Подмигнув магу, он вышел из замка и побрел своей дорогой.

— Просто верить?! Просто верить… — задумчиво повторил Олирис.

Маг не спал третий день. Трясясь от злости, он продолжал вращать маленький, переливающийся разными цветами радуги шарик. Его нетерпение разгадать эту не решаемую задачку, порождало ярость к этому "адскому клубку", ставшему для него смыслом всех последних дней. Да что там дней — всей жизни!

Он мучился не находя себе место. Порой, его желание просто расколоть шар пополам и вытрясти оттуда маленьких скверных человечков, которые как ни в чем не бывало, продолжают работать и веселиться, не обращая на него никакого внимания, брало вверх. И тогда, маг поднимал вверх руку и замирал. Через пару минут злость исчезала, и он клал шар на место, понимая, что не сможет лишиться этого прекрасного мира, и его забавных лилипутиков, навсегда потеряв возможности разгадать загадку их существования.

Когда маг ложился спасть, как ни старался, он так и не мог погрузиться в сон и, ворочаясь и вздыхая, старик, в гневе, скидывал с себя одеяло, еще долго бродя по комнате. Перед его глазами мелькал крохотный мир таинственного шара, на который не действовала никакая известная ему магия. Волшебник позабыл обо всей своей неисчислимой коллекции. Его больше не интересовали загадочные письмена древних манускриптов и таблички с гномьими рунами. Теперь для него существовал только шар. Проклятый шар со своим крохотным живым миром.

Однажды маг все-таки не выдержал. Натянутые словно струна нервы лопнули, оставив после себя сокрушительный звон ударяющегося об каменные плиты шара. Теперь маг не боялся, что разбил главный экспонат своей бесценной коллекции. Ему было все равно!

Но шар не разбился. Отпружинив от пола, он вновь очутился в руках мага, заставив того, склонив голову, обессилено зарыдать.

Все оставалось по-прежнему: шар был цел, крохотные человечки — празднуя приход осени, водили хороводы, а маг — задумчиво уставившись на них, просто молчал. Он уже давно не пробовал действовать на шар магией. Лишь сидел и наблюдал. Давно позабыв о пожирающей его изнутри тайне, он больше не старался постичь невозможное. Теперь у него были совсем другие проблемы.

Он знал всех королей этого мира, знал название городов. Досконально изучил быт и все проблемы маленького государства. Теперь туман практически не появлялся, и ему была видна вся страна.

И вдруг, словно сквозь наступившее прозрение, маг услышал голоса. Тоненькие, писклявые лилипуты распевали песни. И это не было сном. Голоса действительно доносились из шара. Маленькая страна позволила ему себя слышать! У него все-таки получилось! Жизнь окрасилась для мага совсем в другие, более яркие и жизнерадостные краски. Теперь он не просто наблюдал, теперь он слушал этих людей. Он сопереживал им и пытался даже что-то подсказать. Но, увы, это было не возможно. Так думал сам маг, и, конечно же, он ошибался.

Когда в маленькой стране наступила зима и, старик, заливаясь от смеха, наслаждался созерцанием штурма ледового городка, один из ребят лепивших снежки внезапно остановился и, устремив свой взор ввысь, помахал магу рукой.

Прошло ровно три месяца, прежде чем добытчик вновь постучал в дверь мага.

Но ему никто не открыл.