Вторая Пуническая война - Михаил Борисович Елисеев

имел доступ в государственные архивы Римской империи, где мог ознакомиться с документами той далекой эпохи.

Тит Ливий прекрасно владеет слогом: как и в произведениях младших анналистов, в его труде очень заметно влияние риторики. Герои Ливия произносят придуманные им по всем правилам ораторского искусства речи в любой жизненной ситуации, даже на поле боя. Пафоса много, а толку мало. Также автор «Истории Рима» очень любит показать всю смелость своих героических сограждан и по возможности сгладить размеры римских неудач. Хотя, надо отдать ему должное, начальный период войны, ознаменовавшийся чередой катастрофических поражений римской армии, Ливий описал мастерски и довольно объективно. Тем не менее к сведениям, которые сообщает Тит Ливий, необходимо относиться с осторожностью и по возможности сопоставлять с другими источниками. Но именно труд ученого римлянина остается нашим главным источником по истории Второй Пунической войны, поскольку вся 3-я декада сохранилась полностью, чего не скажешь о «Всеобщей истории» Полибия (около 210–126 г. до н. э.).

Историк был родом из греческого города Мегалополя в Аркадии и принадлежал к элите греческого общества, занимая должность начальника конницы в Ахейском союзе. В 167 г. до н. э. в числе тысячи заложников он был отправлен в Италию, где прожил 17 лет и подружился со Сципионом Эмилианом, будущим разрушителем Карфагена. Это дало Полибию возможность хорошо познакомиться с государственным устройством римлян.

Труд греческого историка охватывал период с 264 по 145 гг. до н. э. и состоял из 40 книг, но до нашего времени в полной сохранности дошли только первые пять. Из них Второй Пунической войне целиком посвящена III книга, охватывается период от вторжения Ганнибала в Италию до битвы при Каннах и отпадения от Рима Южной Италии. В уцелевших фрагментах книг сохранилось описание боевых действий в Сицилии, Италии, Испании и Северной Африке. Полибий подробно рассказывает о борьбе Ганнибала с римскими полководцами за Капую, осаде Сиракуз, решающих битвах при Метавре и Заме. Историк был вхож в дом Сципионов, и поэтому можно говорить о том, что многие сведения он получил практически из первых рук. Другое дело, в каком виде они ему подавались, поскольку семейные предания вряд ли отличались объективностью. Но, с другой стороны, именно этот факт придает рассказу Полибия о Второй Пунической войне тот неповторимый колорит эпохи, который отсутствует у других историков.

Также ценность работы Полибия заключается в том, что бывший начальник конницы Ахейского союза обладал обширными познаниями в военном деле и хорошо знал то, о чём рассказывал читателям. Это принципиальный момент. В отличие от Тита Ливия, который был сугубо кабинетным ученым и часто не понимал того, о чем писал, Полибий был практиком. У греческого историка при описании сражений отсутствуют различные нелепости, которыми столь часто грешил его римский коллега. Во «Всеобщей истории» Полибий приводит подлинные документы, письма, официальные надписи и договоры (в частности, договор между Карфагеном и Македонией). Несмотря на дружбу со Сципионом Эмилианом, вряд ли сосланный в Италию эллин мог свободно работать в государственном архиве республики, где хранились важнейшие документы. При этом с некоторыми актами, например, договорами и постановлениями сената, он всё же мог ознакомиться. Другое дело – Эллада и Македония, где перед Полибием были раскрыты двери всех правительственных учреждений. Этот момент тоже необходимо учитывать.

Общеизвестна проримская позиция Полибия как историка. Особенно это бросается в глаза, когда он рассказывает о завоевании римлянами Иллирии, Македонии и Греции. На эту особенность творчества Полибия обратил внимание Ф.Г. Мищенко, автор перевода «Всеобщей истории» на русский язык: «В высокой степени знаменательно, что историк, кровный эллин по происхождению, языку и образованию, боровшийся и претерпевший за независимость родины, ставит себе задачею написать такую историю своего времени и ближайшего предшествующего, в которой решительно преобладающая речь отводится варварскому Риму»[2].

Парадокс заключается в том, что в главах, посвященных Пуническим войнам, проримские симпатии автора чувствуются значительно меньше, чем в главах, где рассказывается о событиях на Балканах. Будучи эллином, историк близко к сердцу воспринимал всё, что касалось взаимоотношений между Римом и Элладой, а до Карфагена ему, по большому счету, не было никакого дела, что позволяло в определенной степени сохранять некую беспристрастность, хотя и удавалось это далеко не всегда: «Тогдашний историк, принадлежа по происхождению и личным связям к известной общественной группе, участвуя непосредственно в политических событиях своего времени, оказывался бессильным, при всем желании быть правдивым и беспристрастным, отрешиться вполне от некоторых предубеждений или предрасположений в оценке наблюдаемых явлений»[3].

Полибий предпочитает излагать конкретные факты, а не занимается пересказом различных баек и слухов. Недаром Ливий активно использовал труд Полибия при написании «Истории Рима» и считал его «писателем, которым нельзя пренебречь» (XXX, 45). В дальнейшем римский историк назовет уроженца Мегалополя «писателем, который надёжен во всём, что касается римской истории вообще и в особенности тех событий, которые развёртывались в Греции» (XXXIII, 10). Несомненно, что Полибий был гораздо лучше осведомлен о положении дел в Элладе, чем в Италии. Историк был лично знаком с участниками событий Второй Македонской войны и последовавшего за ней «освобождения» Греции от македонского господства. Сам Полибий принимал активное участие в третьей войне между Римом и Македонией и поэтому рассказывал о ней именно как очевидец. Стоит заметить, что впоследствии он принял участие в осаде Карфагена и стал свидетелем гибели великого города. Но это была уже Третья Пуническая война.

Третьим нашим важнейшим источником по истории Второй Пунической войны является «Римская история» Аппиана. В отличие от Полибия и Тита Ливия, Аппиан построил свой труд не в хронологическом порядке. Его произведение охватывало период от царских времён до современной Аппиану эпохи (II в. н. э.) и было построено по этническому принципу. Историк описывает историю различных территорий вплоть до их присоединения к Риму, причем в том порядке, в каком они попали под его власть. Из 24 книг до нас дошли целиком VI–VIII и XII–XVII, от некоторых сохранились небольшие, а порой и довольно значительные фрагменты. Несмотря на добротность работы Аппиана, приводимые им факты иногда расходятся с данными других историков, поскольку он неточен с именами, датами, последовательностью событий и географическими названиями. Сведения, которые сообщает Аппиан, необходимо сопоставлять с известиями других античных авторов, но при этом в «Римской истории» есть информация, которая отсутствует как у Полибия, так и у Тита Ливия.

Второй Пунической войне Аппиан уделяет большое внимание. Это книга VI о войнах римлян в Иберии, книга VII под названием «Война с Ганнибалом» и книга VIII «О событиях в Ливии». «Война с Ганнибалом» посвящена итальянской кампании великого полководца, в ней рассматриваются события от перехода через Альпы до отплытия карфагенской армии в Африку. Книга об испанских войнах