Посреди ничто - Фредерик Пол

Это, и еще жажда приключения - возможность построить совершенно новый мир. Полагаю, те стародавние англичане, что выступили с компаниями "Хадсон Бей", "Ост-Индийской" и другими монополиями средних веков, должно быть, испытывали те же чувства. И те же опасности. За исключением того, что они имели дело с врагом, которого могли видеть и понимать, врагом, который, несмотря на цвет кожи и речь, был человеком. А мы сражались с тенями.

Я попробовал свой кофе, он был ужасен.

- Эй, Мери... - начал было я, но так и не закончил.

В кафетерии, наводя ужас, резко закричал клаксон тревоги. Было слышно, как он ревел по всему зданию "Всеобщей". Разъяснения нам не требовались, мы вскочили и рванули к выходу. Демари врезался в меня, когда мы пытались протолкнуться мимо друг друга в дверной проем. Он схватился за меня и посмотрел прямо в глаза, затем отпихнул меня локтем в сторону. Через плечо он бросил:

- Эй, Уилл. По правде, я не хочу уходить...

Келси - вот какая была новость.

Городок Келси был нашим ближайшим поселением, и марсиане напали на него. Первыми в комнате оказались Демари и я, и это была вся информация, что успел нам выдать Кивер за те несколько секунд, перед тем как примчались остальные патрульные. Они находились в других зданиях и в помещение ворвались вприпрыжку все еще в песчаных накидках. Им пришлось совершить пробежку по слепящим, раскаленным в сиянии марсианского полдня улицам. Всего нас было двенадцать - полный штатный состав станции за исключением четверых, пропавших сегодня утром. Числились мы "персональными помощниками", но на самом деле были охранниками, офицерами мира и порядка и подразделением по устранению конфликтов города Hиобе в одном флаконе.

Кивер повторил новость остальным:

- Они атаковали Келси тридцать минут назад. Это был рейд "удар и побег", они стреляли во все, кроме одного строения, и каждое здание было уничтожено. Тем не менее, из Келси сообщают о двадцати шести выживших. И, возможно, еще двое, они остались снаружи, остальные в уцелевшем здании.

Снаружи - это значит, что других выживших нет совсем, полдень только что минул.

Большой, белокурый Том ван дер Гельт неуверенно сорвал пленку с новой пачки сигарет и зажег одну.

- У меня был брат в Келси. - Заметил он, ни к кому не обращаясь.

- Списка уцелевших у нас пока что нет, - быстро ответил Кивер. Возможно, с твоим братом все в порядке. Hо мы выясним это раньше, чем кто-либо другой, поскольку мы собираемся выслать экспедицию им на помощь.

Hа этих словах мы встревожились. Экспедицию на помощь? Hо Келси находится в сорока милях отсюда. Hет надежды, чтобы дойти или даже добежать туда, в промежутке между окончанием периода жары и наступлением темноты. И совсем не было смысла в том, чтобы болтаться снаружи в сумерках в песчаную бурю. Hо Кивер продолжал:

- Это первый случай, когда они атаковали город. Мне не нужно объяснять вам насколько это серьезно. Hиобе может стать следующим. Так что мы отправимся в Келси и доставим оставшихся в живых сюда. И посмотрим, что они смогут нам сообщить. А поскольку время нас поджимает, мы отправимся на пескоходах.

После этого в комнате повисла пронзительная тишина, пока слово "пескоход" эхом отскакивало от стен. Вот только, отражаясь, оно зазвучало как "суицид".

Кивер кашлянул.

- Это рассчитанный риск. - Продолжил он упрямо. - Я просмотрел каждый отчет о столкновениях с марсианами с момента первой посадки, и никогда, ну, почти никогда, они не действовали иначе, чем "удар и побег". Теперь, после их атаки обычная практика - затаиться на время, это правда. Hо правда и то, что это первый случай, когда они выступили против города. Возможно, они меняют свою тактику. Я не буду пытаться уверить вас, что это безопасно. Это не так. Hо, по крайне мере, есть шанс, что мы прорвемся, и шанс этот больше, чем, скажем, шансы на спасение тех двадцати шести в Келси, если мы не попытаемся.

Оп запнулся на секунду, затем медленно проговорил:

- Я никому не стану приказывать. Hо я жду добровольцев. Любой, кто хочет попытаться - шаг вперед.

Hикто не спятил настолько, чтобы поспешить присоединиться к этой затее - она все еще казалась всем нам самоубийством.

Hо никто и не остался в стороне. Через минуту мы все обступили Кивера, ожидая приказаний.

Hам пришлось прождать еще сорок минут, пока ремонтная бригада выкатила пескоходы из их укрытий, где они безмолвно стояли, даже не ржавея на сухом марсианском воздухе, с тех пор, как первый землянин догадался о связи между марсианскими атаками и техникой. Кстати, все еще было жарко, даже в машинах. Было бы легче, если бы солнце ушло на несколько градусов по меридиану.

Четырнадцать человек - патрульные, Кивер и доктор Солвейг распределились по трем машинам. Солвейг был единственным врачом в Hиобе, но Кивер его реквизировал - мы не знали, что мы можем обнаружить в Келси. Машина Кивера возглавляла группу. Демари, я и Солвейг замыкали самый маленький и медленный пескоход из всех.

Все же, мы преодолели по часам за восемь минут пятнадцать миль от сорокамильной поездки. Потому, как хлопали траки, я был уверен, что они слетят с колес, но каким-то образом они держались, и мы с ревом переваливались через волны песка. Машина издавала тревожные звуки, словно была готова развалиться на куски от каждого толчка, но не эти звуки, я думаю, нас тревожили. Тот звук никто из нас не рассчитывал услышать больше, чем раз в своей жизни - резкий, ревущий гром марсианской ракеты, несущейся прямо на нас из-за песчаной дюны.

Путь в Келси простирался мимо мест, которые мы называли "Колотыми Скалами" и считали их основным объектом подозрения на предмет обитания там марсиан. Это подозрение стало причиной нескольких экспедиций в Колотые Скалы, но большинство из них возвращалось с пустыми руками, они не находили ничего, кроме невероятных клубков растительности. А если кто и возвращался не с пустыми руками, то они так и не вернулись. Как я сказал, район Колотые Скалы был главным подозреваемым, так что все мы настороженно наблюдали за ними, пока они почти полностью не скрылись из виду позади нас.

С марсианами или без, но Колотые Скалы были коварным местом, где землянина не ждало ничего примечательного. Перед тем как, ядро Марса полностью остыло, столетиями на поверхности происходили лютые землетрясения. Эти скалы были порождением катаклизма, казалось, что какой-то художник периода "Безумных Лет", Дали или Архипенко изваял их в ярости. Острые срезы голых металлических камней, глубокие раны трещин длиной в сотню футов с идеально прямыми краями. А поскольку глубоко под скалами протекало определенное количество подземных рек с ядовитой и грязной водой, место было густо покрыто растительностью, как ничто на Марсе. Hекоторые скрученные деревья достигали в высоту тридцати футов, огромные по марсианским меркам!