Мемуары гейша (СИ) - Остромир Марина

Ох, надеется, что хоть правнуков у нее еще нет! Да и пристрастия у нее не то, чтобы слишком экзотические, мог бы и постараться старичок, ради такой женщины, поднапрягся бы, виагру, там, купил, что ли…

…И дело не только в сексе. Они не разговаривают. Им не о чем говорить. Не то, что с Максом. Макс — удивительный. Он, в отличие от других мальчиков из клуба, не только для секса годится, он все про Виолетту знает, чувствует ее…

Еще бы! Столько времени потратил, заучивая ее досье наизусть.

…И теперь Виолетта поняла, что именно Макс ее родственная душа. Макс очень нужен ей. Поэтому она хочет развестись с мужем и выйти замуж за Макса! И она съехала от мужа и поселилась в этом отеле со всеми чемоданами.

Оп-па! Вот это номер! Крышу у Виолетты не только сорвало, но еще унесло в неизвестном направлении.

Улыбаясь и поддакивая, чтобы не обидеть даму после сеанса ее откровений, Макс сократил свидание и сообщил Эльвире о новостях.

— Отлично! — сказала Эльвира, потирая ручки, — Замечательно. То, что нужно. Молодец, мой золотой мальчик!… А теперь брось ее!

— В смысле? Нужно расстаться?

— Нет, именно бросить. Грубо и некрасиво. Желательно уехать после скандала на спортивной машине за ее деньги, старой дурой обозвать, мешком с деньгами, ну, все в этом роде…

— Зачем?

Проклиная свою судьбу и миг, когда она связалась с этим “неблагодарным идиотом”, Эльвира кое-что рассказала ему про это дело.

У этой Виолетты сдвиг по фазе. Она чокнулась на молоденьких. Каждую неделю новый появлялся. Денег уходило на любовников так много, что муж забеспокоился…

Забеспокоился он. А без перерасхода средств не беспокоился бы. Ну, и нравы у этих богатеев!

…короче, захотел навсегда отвадить Виолетту от молодых любовников. Ну, типа, урок ей преподать, что никому из них она не нужна, а только ее деньги….

— Ну, и сволочь! — не выдержал Макс, сказал вслух, что он думает о заказчике.

Да, заказчик хотел, чтобы молодой любовник разбил Виолетте сердце. Но это все от любви. Ну, может и любви там особой и нет, но Виолетта ему, ведь, не посторонний человек. Она его жена. Мать его детей…

— …бабушка его внуков, знаю, знаю..

…Это же, Максик, не со зла муж эту дуру проучить хочет, а чтобы сохранить семью. У них же общий капитал, дети, внуки… А она безответственно капитал на всяких проходимцев тратила, ее нужно вернуть в дом, к детям и внукам. К мужу…

Не только сволочь, но еще и дебил!

…Макс должен закончить задание, бросить эту дуру, да так, чтобы ей неповадно было приставать к другим парням в спортклубах… И вообще это аморально — такой разврат, будет этой Виолетте наука!

Знаем мы вашу, мадам Эльвира, тантрическую любовь к нравственности. Вы уж эту нравственность и так, и эдак…

— Нет, — сказал Макс.

— Это что значит “нет”? — Эльвира смотрела на него снизу вверх, а будто нависала агрессивно, — я не мама тебе, Максик, я не уговариваю. Эта работа, ты подписался выполнять.

— Почему сразу не сказала, в чем дело, я бы сразу отказался.

— Поэтому и не сказала, чтобы не соскочил. Я — босс, Максик, я знаю, что делаю.

— Очень уж мерзко… Муж сволочь, а с ней я мерзавцем быть должен. Думал, выманить у нее что-то нужно, производственные секреты какие… ну, ладно, как обычно, скомпрометировать перед мужем — еще туда-сюда. А тут такое… Ну, нет! Да лучше я на ней женюсь, буду как сыр в масле кататься. На спортивной машине…

Макс вообразил жизнь с Виолеттой. Может, и старовата, конечно, но тетка не злая, не глупая, богатая… Не худший вариант. Спортивная машина, опять же…

— Максик! Ты наивно воображаешь, что ты первый мальчик, который захотел так устроить свою жизнь? — Голос Эльвиры стал совсем недобрым, — Во-первых, жить канарейкой в золотой клетке не так просто, как кажется. Поверь, я знаю это лучше других. Во-вторых, ты позабыл, что есть муж, который вряд ли радостно пустит тебя за руль спортивной машины, купленной за их общий капитал. И муж этот серьезный человек. И найдет серьезных ребят… Они доходчиво тебе объяснят, где твое место. Кроме того, мой милый Максик…

Вот если Максик становился “ее милым”, то жди беды!

— …я — профессионал. Я заключила договор с этим мужем. Я заключила контракт с тобой. И я добьюсь выполнения контракта любой ценой. Не хочешь по хорошему? Будет тебе по плохому!

Сейчас начнется…

— … я верну тебя на ту помойку, где подобрала, туда, где тебе самое место — в тюрьму, к твоим дружкам!

— Я ни в чем не виноват! Какая тюрьма…

— Вот, в суде и будешь это доказывать — на шухере ты стоял или просто мимо проходил, посмотрю, как справишься… Максик, ты должен понимать, в тебя вложены деньги — чтобы сделать из городского хулигана приличного мальчика. В это дело с Виолеттой вложены деньги. Назад сдавать нельзя, иначе тебе придется все возвращать… Показать тебе счет?

— Не надо! — мрачно сказал Макс. Слабовольный, слабохарактерный дурак. Вечно у всех идет на поводу. То, у дружков, то у этой ведьмы…

— Иди домой, выспись, завтра сделай все, как надо. Сценарий я тебе написала, — вручила папку, — Выучи наизусть… Выпей вот это на ночь, — всунула таблетку какую-то в руку.

— Это что?

— Чтобы совесть не мучала… Нельзя успешным стать, если совесть слушать, — сказала Эльвира, — меня лучше слушай…. И у меня есть совесть, чтобы не говорили злые языки! Просто я ее отключать умею. И ты научишься.

Но у Макса плохо получалось совесть отключать. Заснуть он не мог, ворочался. Ну, вообще, не по людски как-то — так с Виолеттой обойтись. Показалось даже, что золотые часы, которые ему Виолетта подарила, руку натирают…

Взял телефон и позвонил “номеру два”. “Номер два” — так у него в рабочем телефоне был записан телефон женщины, которая курировала его первые дела, да и сейчас он должен был связываться с ней, если Эльвира недоступна. Извинился за поздний звонок а потом начал ныть. Он так не может. Не может он таким мерзавцем быть! Он хорошие роли может играть, а такую нет. Что ему делать, как выкрутиться? Она же, “номер два”, такая умная, пусть скажет, как ему быть…

— Ах, Максик, вы меня ставите в неловкое положение, — с сочувствием сказала “номер два”, - понимаю ваш дискомфорт и ваши сомнения вызывают мое уважение. Но я работаю на Эльвиру, как и вы, и не могу дать вам совет, который идет вразрез с ее предписаниями… Могу порекомендовать вам провести несложный самоанализ и попробовать выяснить, почему именно Виолетта оказалась триггером вашей совести. Вы ведь делали уже тут всякие бессовестные дела, это вас не задевало…

— Я еще не был в роли плохого! А тут именно я должен быть мерзавцем…

“Номер два” посочувствовала немного, потом сказала, что, если Макс найдет причину своего дискомфорта, то может сам придумать тот сценарий, который решит задачу Эльвиры, но минимизирует страдания Виолетты.

— Практически всегда можно добиться ситуации вин-вин, — сказала “номер два”, - у вас дар общаться с людьми, Максик. Придумайте что-нибудь, чтобы остаться хорошим… Я вижу варианты. Конфликт интересов не позволяет мне их озвучить, но ответьте для себя — почему именно Виолетта вас задела? И вы тоже увидите варианты… Скажите ей, что чувствуете, это всегда легче, будьте собой.

Такие загадки. Думать самому. Гораздо легче делать, что говорят. Но сейчас он не может сделать то, что велела Эльвира….

— …И вот еще, Максик, — после некоторой паузы продолжила “номер два”, - Это не мое дело, конечно, но рекомендую вам найти адвоката и решить вопрос с вашим темным прошлым, неблагоразумно оставлять на своей шее такую удавку.

— Это вы о чем?

— Ни о чем. И я буду отрицать, что сказала вам об этом… Спокойной ночи! — ласково сказала “номер два” и выключилась.

“Номер два”, как обычно, помогла ему. Не стал пить Эльвирину таблетку. Пусть совесть поможет придумать что-нибудь.

После обеда Макс встретился с Виолеттой в парке. Они катались на каруселях — Виолетта визжала, как девчонка, и смотрела на своего кавалера влюбленными глазами. А он смотрел на нее, но не видел ни свою женщину, ни заместителя директора завода, ни денежный мешок, откуда он легко мог бы достать спортивную машину. Он другое видел… То, что помогло бы ему войти в новую роль.