Единственный дар - Миша Ленин

…

Ра давно уже был в Дуате, а Хонсу еще не начал свое восхождение. Теплая пыль мягко светилась в свете звезд, грея босые ноги, и Зубери охватило беспричинное счастье. Пусть ломило спину, ныли натруженные руки, но ожидание чуда уже полностью овладело им. Боги явно благоволили ему, и дорога сама стелилась под ноги. Зубери представил, как она понемногу поднимается над долиной, срываясь с берега Нила, уходит вверх, туда где неспящие боги вершат свой нескончаемый путь между звезд. Дух захватило от избытка чувств, и он радостно засмеялся.

– Слышишь? – Афири замерла и чутко повела ушами.

– Да, слышу. Кажется, кто-то смеется. Бежим.

…

– Мама, а кто создал богов?

– Другой бог, конечно.

– А у него тоже были родители?

– Обязательно. Помнишь, я тебе рассказывала о верховном боге Ра? У него были дети и внуки, которые тоже были богами. А в Греции их обитало великое множество и все они были родственниками.

– И они заботились и помогали друг другу?

– Нет. Они больше устраивали каверзы и враждовали между собой.

– Но почему? Потому что не люди?

Диане они представлялись существами крайне странными, злыми и нелогичными. Если боги, как говорил ментор, создали людей, то почему так жестоко обходились со своими детьми? Разрешали творить все эти ужасы, о которых рассказывала мама. Почему насылали на них войны, мор, болезни и прочие напасти? И если они создали людей по своему образу и подобию, если люди как боги, то человеческая история похожа на их проделки? Или боги не считали людей своими детьми?

…

Зубери в изнеможении повалился в придорожную траву. Оказывается, счастье тоже лишает сил. Сверху Сотис подмигивал ему ярким глазом, а из-за холмов уже поднимался лик Хонсу. Оглушительно звенели цикады, теплый ветер доносил запах водорослей, а грудь распирало от счастья.

…

То, что Анубиса назвали в честь египетского бога, Диана знала давно. Мама читала «Книгу мертвых» и дала ему имя после рассказа бабушки. В Австралии Элеоноре с трудом удалось выходить всех. Лишь один черный последыш не подавал признаков жизни, не смотря на все усилия целителей. И тогда Нора отчаянно взмолилась, нет, не конкретным богам, а всему мирозданию, прося дать шанс явившемуся в мир существу. Крошечное тельце вздрогнуло и зашлось в первом вздохе.

Анубис. Дружественное божество с другой стороны жизни. Впрочем, ментор рассказывал, что почти все человеческие имена неразрывно связаны с разными богами. Папа всегда шутил, что все его женщины – богини. А он, как славный пес, всегда у их ног. Не считая Анубиса, которому он не соперник.

…

Они остановились на вершине полого холма.

– Видишь? – спросил он шепотом.

– Где?

Бадру указал ей направление.

– Чуть ниже тех кустов. Он отдыхает. Совсем еще ребенок.

И Афири увидела. Он действительно походил на их круглоголовых богов с древних фресок. Она потянулась к нему и ощутила захлестывающие его эмоции. Они были настолько сильными и чистыми, что ее подхватило и завертело в каком-то неведомом восхитительном потоке. Она схватила за руку Бадру, и они слились в удивительном чувстве божественного откровения. Их глотки слитно исторгли древнюю песнь.

…

– Мам, а сейчас боги есть?

– Не знаю, милая. Говорят, когда люди перестают верить в богов, они умирают. Возможно, когда человечество повзрослело, они ушли.

– Куда? Ментор нам говорил, что религиозные культы исчезли после Реставрации.

– Да, люди пережили темные годы, поверили в себя, научились использовать разум во благо. Развили технологии, оседлали свет, понемногу обживают галактику. Человечеству не нужны божественные костыли. Религия, как представление мира, отмерла. А боги… Боги вернулись туда, откуда пришли когда-то на землю. Теперь их нет. Осталась вера. Человек вообще не может без веры: в друзей, в будущее, в… Ты веришь, что если сейчас не заснешь, то придет Бабайка и утащит несносную девчонку?

…

Разорвавший ночь звук заставил умолкнуть цикад. Казалось звучит и вибрирует сама вселенная. Звук висел в ночном воздухе, словно переливаясь в блеске славы Хонсу. Зубери подскочил и огляделся. Выше дороги на склоне холма отчетливо виднелись две фигуры. Мужчина и женщина. Бог Хонсу дарил им свой свет, и в его лучах зеленым светом горели глаза, а длинные высокие уши слегка подергивались. Они повернули вытянутые головы к небу и тишину вновь заполнил удивительный звук.

Зубери упал на колени и схватился за грудь. По щекам его катились слезы. Ему хотелось смеяться, плакать, хотелось раскинуть руки и объять весь мир и только что обретенных богов. Чувство неизведанного, божественного экстаза скрутило его.

Когда, наконец, сердце перестало учащенно биться, он поднялся на ноги и взглянул на холм. Боги стояли, держась за руки, и смотрели на него. От них исходила какая-то теплая волна нежности, удивительно знакомая, волнующая и успокаивающая одновременно.

Богиня подняла руку и помахала ему. Ее спутник повторил жест. Потом они развернулись и исчезли в темноте.

…

Дине было почти девять, когда бабушка прижала ее к себе и заплакала. Жестокие боги опять покарали людей. Она долго отказывалась в это верить. Папа с мамой не могли ее покинуть. Не могут родители так поступать с детьми. Просто у них были свои особые взрослые дела, вот они и ушли, оставив ее одну. Все равно, это было очень обидно, и она опять начинала плакать. Тогда приходил Анубис и вылизывал ее мокрые щеки. Он был всего лишь собакой и заботился о человеке так, как умел.

…

Их уже ждали. Корабль смотрителей стоял в некотором отдалении. А на трапе челнока скучал пожилой сокологоловый страж. Он явно хотел что-то сказать Бадру и Афири, но поглядев на них, только махнул рукой.

– Смею спросить, это было не зря?

– Да, око.

– Ну что ж, в таком случае, примите мои поздравления. Надеюсь, вы понимаете, что совершили?

– Да, страж.

Он снова махнул рукой.

– Убирайтесь с глаз долой.

– Да, око.

Не разнимая рук, они поднялись на борт. Подобно огромному скарабею корабль зашевелился, готовясь к старту.

Дети. Изнеженные дети богов. Нарушить запрет ради древнего ритуала, и вот так, запросто, отдать свой дар первому встречному человеку.

Страж прищелкнул клювом, подняв и опустив перья на затылке.

Но ведь и человек не остался в долгу.

…

Большой черный пес вздохнул, судорожно вытянулся и замер рядом со спящей девочкой.

Он понимал, что человек никогда не предаст и не оставит его. С самого первого вздоха, когда ощутил тепло рук Норы, ее любовь и заботу. Или с той минуты, как впервые увидел Лизу, вместе