Изнанка Мира - Степан Мазур

Демон упрямо хотел называть Люцию ангельшей, хоть ангелы не имеют рода — бесполы. Да, внешне она осталась той самой ведьмой, которую обратили на свою сторону в конце восемнадцатого века «пернатые», разве что русые волосы стали белокурыми — не блондинистыми, не седыми, просто абсолютно белыми. Сероглазый ангел с длинными ногами, большой грудью с торчащими после холодного душа сосками. Всё остальное подло отняли… И Саркон немного грустил. В аду деления на полы тоже не существовало. Здесь же оставалось только эстетическое наслаждение.

Смотри, но не трогай.

Какой к черту смотри? Стоит открыть Люции рот и вся «ангелость» сдувалась сильным порывом ветра. По характеру ангел так и осталась ведьмой, несмотря на «чин» и муки перерождения.

— Что, ещё работу подкинули? — прервала мысль демона Лю, как он вкратце называл её, когда горло душило какое-нибудь существо. Как правило, более чем недружелюбное.

Она же в ответ звала его Сар, а чаще совсем по-свойски — «Сыр». Хотя бы за дырку на среднем из рогов, что никак не желала зарастать. У Саркона и так были три маленьких рога, так как не заслужил больших, а тут ещё в средний рог на прошлой неделе попала освящённая стрела обезумевшего паладина. Не больно, но обидно.

Довольно молодой парень, чистый от грехов и скверны, вдруг решил, что мир наводнили одни бесы и принялся крошить людей направо и налево. И пусть оба быстро нашли морока, который был в этом повинен, но парня пришлось развоплотить. Малым развоплощением. Освободить душу, дать второй шанс. Большое развоплощение или, как его чаще называют, «Переплавка» — это когда сама душа неизлечима и не может попасть ни в ад, ни рай, но не может и остаться или переродиться.

Большое развоплощение — уничтожение бессмертной души. Оно возможно лишь в тех случаях, когда обе стороны дают согласие на ликвидацию. Последнее такое происшествие был ещё до рождения демона Саркона. В веке двадцатом было немало претендентов на Большое развоплощение, но в последние моменты все получали лишь Малое и длинную путёвку по «нижним» этажам.

— Сыр, ты меня вообще слышишь? — донёсся голос Люции. — Ты чего, рогатый, совсем слух потерял? Сейчас я тебе уши-то прочищу!

Демон встряхнул головой, отгоняя лишние мысли прочь. Коротко обронил:

— Самоубийца у меня. Пошли, прогуляемся.

— А-а, работы подкинули, — понимающе протянула Люция. — Ну, идём.

Они быстро накинули обычную, неброскую людскую одежду: джинсы и футболки, а поверх — кожаные плащи. Как раз по осенней погоде. Межсезонье.

Ей плащ подходил, чтобы прятать пушистые крылья и скрывать от чужих глаз два коротких клинка на поясе. На демоне же свободный плащ маскировал костяные наросты на спине, груди, мелкие рога под капюшоном и роговые шипы на плечах. На поясе его свободно висели старые огненные перчатки на случай серьёзной схватки. Хвоста у Саркона не было, проблем с этим не возникало. Рога свободно прятались под шляпой, если капюшон был неуместен. Крылья отсутствовали — полный порядок.

Оба вышли на улицу и неспешно побрели по закоулкам, блуждая в самых тёмных местах в поисках выхода одного из источников сил. Ничего такого по дороге не попалось и постепенно они приближались ко двору, где покончила с жизнью десятиклассница Татьяна — ещё одна потерявшаяся душа мира Чистилища.

Межмирье лучше видно там, где меньше источников света. Миры двигаются постоянно, точка перехода всегда создаётся в разных местах, генерируемая двумя мирами. Энрофом и «Потусторонним». Место выхода всегда известно лишь приблизительно, его, скорее, почувствуешь, чем увидишь.

Центр города сиял, как разноцветная ёлка. Там нечисть и демоны легализованы, работают по договору. Здесь же, на периферии, чаще всего беснуются без веления. Надо вразумлять или переправлять на первичное место, используя Малое развоплощение. Сложнее приходится с серыми ангелами и магами. Первым сносит крышу, и они начинают убивать людей, воспламененные фанатичным огнём, который никакой договор не волен потушить. Вторые балуются с реальностью с помощью своей силы, неосознанно провоцируя катаклизмы и катастрофы, вызывая их по настроению, по наитию. Спрос с них за это не меньший. Незнание не освобождает от ответственности.

Но какая же всё это мелочь по сравнению со Свободными. Теми, кого уже и людьми-то сложно назвать. Поистине — регуляторы реальности. И что самое страшное — их всё больше и больше.

Помимо основных источников сил — Неба, Преисподней, внутренней человеческой энергетики, магии серых нейтралов, природных стихийников, некромантии, — существуют группы, не подходящие под эти стандарты, обладающие чем-то иным, вроде «Свободных». То ли космос дает силы, то ли сами генерируют с помощью дополнительных «источников питания». В этом никто не может разобраться. Рядовым служителям оставалось только гадать и самим строить разные версии, а вышестоящие всегда отмалчивались.

*Редко употребляемые слова смотрите в авторском приложении.

— Я устала. Пойдём, посидим в кафе, погреемся, — подала голос Люция, плотнее кутаясь в плащ. Погода стояла слякотная, дул пронизывающий ветер. Температура с заходом солнца неумолимо падала, вытягивая из тела последнее тепло холодными щупальцами.

— Земля выкачивает из нас изначальные силы, но это ничего не значит. Надо выполнять работу, — по инерции ответил Саркон, отмечая, что ноги сами ведут на оживлённую, освещённую улицу поближе к забегаловкам.

С каких это пор Люция стала на него влиять?

— Вот поражаюсь тебе. Ты же демон! — воскликнула та как упрёк, хотя для Саркона это служило лишь похвалой. — Откуда такая ответственность? Я вот ангел, хоть и пониженный в должности, да и жутко ленивый. Но всё равно ногой бы не двинула, если бы не приказ Алрониила и награда в качестве увеличения мощи крыльев за доблестную службу — «Ветер туч». Под доблестной службой моё начальство подразумевает соседство с тобой на протяжении всего этого времени. А это, согласись, не простая задача.

— Я и сам не прочь вернуться домой, и восстановить силы в пламени Геенны, — сквозь зубы прошипел демон, сдерживая ответный выпад. — Но стоит продержаться последнюю ночь, чтобы не отводить взгляда от пылающих глаз Сефирота. У нас не понижают, у нас в лучшем случае развоплощают Малым заклинанием или есть что похуже.

Демон не договорил, позволив додумывать самой.

Дошли.

Двор самоубийцы был сер даже среди ночи. Зрение обычного человека не выловило бы ничего, но мир энергий для всех прочих сущностей вокруг окрасился в печальные тона. На этом клочке физического мира ещё долго не будет улыбок. Неприкаянная душа, не зная, куда податься, подчиняясь горю и эмоциям, выделяла огромное количество духовной энергии, которая преобразовывала мир вокруг.