Демонология для чайников - Влад Прогин

Железная коробка поддалась на удивление легко, словно сама яростно желала как можно скорей оказаться на поверхности. Парень уже подтащил ее к самому краю ямы, и вдруг, как-то неловко развернувшись, выпустил из рук…

Со стороны Оргени последовали совсем уж неподходящие к его званию комментарии. В них седобородый профессор так прошелся по всех родне Пашки, что тот невольно подумал — вот уж сразу видна старая закалка, не то что мы. Но мысль была мимолетна и в голове не задержалась, так как сам Пашка замер на месте, боясь шевельнуться. Ящик, перевернувшись несколько раз, опять очутился на дне… с распахнутой настежь крышкой.

— Ты мне теперь три года эту практику будешь сдавать! — устало добавил напоследок Оргени.

Парню оставалось только неразборчиво и тихо ругнуться, понимая, как ему "повезло". Профессор подошел к коробке, заглядывая внутрь, Паша осторожно крался следом, надеясь напоследок хоть посмотреть, на что удалось нарваться.

Внутри на истлевшем со временем и, видимо, когда-то красном бархате лежала книга. Но самое интересное, что в противовес обивке ящика на самом фолианте не было даже пыли, черный кожаный переплет находился в идеальном состоянии! На обложке яркими серебряными символами виднелась надпись…

"Демонология для чайников, том 1"

Восхищенный возглас профессора соединился с аналогичным возгласом обалдевшего студента…

В течение трех часов на место учебных раскопок прибыли все известные службы государства. И неизвестные тоже не остались в тени (четверых представителей явно несуществующих служб наспех выставленной охране пришлось буквально отгонять силой). Студентов разогнали, территорию огородили, и укрыли от чужих глаз магическим заслоном. Потом тщательно подумали, поняли, что копать никто из вновь прибывших не желает совершенно, ибо чину не подобает, и вновь позвали студентов.

Дальнейшие два долгих дня, пока ученые мужи обсуждали важные вопросы, студенты непрестанно копали. Были найдены остальные тома, под номерами два, три и четыре соответственно.

Ох уж и споров было! Ведь каждый профессор, как ребенок, хочет пропихнуть свою фамилию в списке авторов той или иной научной работы первым. И совсем не важно, что эту самую работу вообще-то сделал второпях студент.

Среди прибывшей профессуры были и маги. Вернее, они с некоторых пор и составляли большую часть профессуры. Это "с некоторых пор", началось ровно тогда, когда Император Руссонской Империи, решил, что не разумно столь одаренным людям жить уединенно в пещерах, и убедил тогда молодой Университет в Петерграде принять их в свое лоно. Церковь немного роптала, но серьезного противостояния не было, так как времена лютой инквизиции уже успели давно миновать.

Столкнувшись с реликвиями, хранившими древние знания о демонологии, кейратцы переполошились не на шутку! Тут уж кто угодно бы растерялся… Демонология, как наука, привлекла людей особенно сильно, ведь она позволяла с легкостью перекладывать многочисленные задания на вызванных демонов — оставалось лишь позвать. Вот и неудивительно, что представители разнообразных организаций, да и просто частные лица дворянского и не очень происхождения, сразу же заинтересовались находкой.

Доложили об этом и Императору, который, помня наказы деда всячески поддерживать науку, взял и подписал указ своей не в меру размашистой подписью. И последовало в массы четкое указание — "возродить и обеспечить становление демонологии, как науки, в кратчайшие сроки!".

Одну за одной расшифровывали светила науки сложнейшие древние формулы из найденных книг, строили предположения, выявляли зависимости, проводили опыты. Все бы ничего, но вот один занятый профессор сложил часть своих обязанностей на аспиранта, аспирант пару заданий свалил на студента. А студент, только что отпраздновавший завершение очередной сессии… ошибся.

Важность работы определяет цена ошибки. Как минимум за ошибку можно получить "неуд.", а как максимум — познать все богатство словарного запаса начальника, если не хуже. Вроде и ошибка эта была небольшой, в одном-то числе, да не намного… Но вот значило это число не что иное, как координату мира, откуда грядущие поколения демонологов будут вызывать всяких разумных существ… И обратилась эта оплошность адом, но вот только не для Кейрата (им-то что?), а для жителей далекого городка, одной достаточно большой и в меру удивительной страны…

Глава 0, или История первого демона

— Есть ли жизнь за пределами МКАД?

Российская Федерация, город Энск

год 1998

Энск. Обычный и абсолютно ничем не примечательный город России, такой же, как и сотни других. Для жителя столиц — мелкий непримечательный городишка, для человека из области — "Большой Город", а для местных — дом родной. Энск, несмотря на свое удаление и неприметность, является крупным областным центром, городом с богатой историей, которой в пору гордиться тем, кто ее знает. Впрочем, знают ее очень немногие. Даже большинство ярых патриотов родного города, кому этим городом хочется очень и очень гордиться, едва ли вспомнят хоть пару знаменательных исторических событий.

Осень девяносто восьмого года здесь выдалась на удивление хмурой, холодной и дождливой. Сильнейший ветер весело и с задором вырывал из рук немногочисленных прохожих зонты, словно подвыпивший хулиган, со всей силы дергал деревья за кроны, да гремел листовым металлом крыш.

По пустынной улице, ища пристанище от неугомонного ливня и вездесущего ветра, шел бомжеватого вида человек. Виталий Графков. Писатель, хоть и не столь успешный.

За 4 года все же создал роман, отнес в издательство, и даже издал… На осуществление этой сокровенной цели он пустил все, что только у него было — уволился с работы и отказывал себе во всем, только чтобы закончить книгу. Считая себя литературным гением, положил всю привычную жизнь на алтарь мечте.

Но, жизнь сурова и зачастую, чем выше мнение человека о своем таланте, тем ничтожнее этот талант. Редких изрядно эксцентричных гениев с неплохой самооценкой мы в расчет не берем — они все равно имеют волшебное свойство ускользать от любой статистики. У судьбы тоже есть юмор, злой, черный, но все же юмор. И волею этой самой судьбы работник издательства, которому пришлось читать произведение Графкова перед публикацией, был в стельку пьян, и отчего-то чтиво в компании с выпивкой и закуской прошло на ура. Что поделаешь, но кроме этого литератора с огурцом и народным сорокоградусным средством, роман начинающего писателя больше никто читать даже и не пробовал.