Идиш, Холокост и евреи Беларуси. Об идише в Беларуси - Маргарита Акулич

1.2 Идиш-беларуский словарь. Идиш и театр

Идиш-беларуский словарь

В 2008-м году минским издательством «Медисонт» был осуществлен выпуск иллюстрированного идиш-беларуского словаря, составленного Александром Астраухом, который был реставратором и специалистом в области идиш. Издание состоит из 928-ми страниц, его тираж – 1000 экз. В него включены приблизительно 25000 словарных статей и 50000 слов.

В книгу автор обеспечил включение фразеологизмов идиш – пословиц и поговорок, пожеланий и приветствий, загадок и скороговорок, а также каламбуров, анекдотов, цитат из еврейских песен, и некоторых литературных произведений. Для составления словаря А. Астрауху потребовалось десятилетие кропотливого труда и использование словарей, которые выходили в различных странах в 19-м – 20-м столетиях.

Для печати издания использовалась мелованная бумага. Спонсором этого издания согласился стать Андрей Горбенко, являвшийся предпринимателем из Санкт-Петербурга.

Книга А. Астаруха посвящена его наставникам:

С. Рохкинд, издавшей (в соавторстве) в Минске в 1940-м году идиш-русский словарь на 20000 слов;

Д. Харик, заведовавшей библиотекой Минского объединения еврейской культуры им. И. Харика;

еврейскому поэту Гирше Релесу;

театральноому и музыкальному деятелю Моисею Свирновскому.

В предисловии к словарю его автор написал»:

«Целью книги было собрать вместе под одной обложкой все самое лучшее в идиш, то еврейское сокровище, которое злая судьба разбросала по разным странам, языкам и печатным изданиям».

Словарь А. Астаруха стал вторым и наиболее объемным подобным изданием в Беларуси. Впервые попытку собрать воедино словарное богатство идиша предприняли ещё в 1932-м году Самуил Плавник (Змiтрак Бядуля) и Нохим Рубинштейн в «Карманном еврейско-русском словаре».

В первом варианте словаря было 8000 тысяч слов. А. Астраух отметил, что «В еврейском секторе Белорусской академии наук в 1920—1930-е годы была собрана огромная картотека на 100 тыс. слов, однако она погибла в годы войны».

А. Астраухом идиш изучался с 1984-го года. Им в 2004-м году был в Литве закончен еврейский институт Вильнюсского университета.

Если говорить о «Карманном еврейско-русском словаре», то есть смыл обратить внимание, что когда он выпускался, в Минске как минимум половина жителей разговаривала на идише. Он изучался в школах, на нем издавалась пресса, его использовали в театрах, дома и везде. Это был один из официальных языков в стране.

Карманный словарь пользовался в Беларуси 1930-х годов невероятной востребованностью.

Идиш и Театр

В 2011 году в Минске прошла выставка еврейского театра Беларуси, которая открыла много интересного для зрителей. Были среди материалов выставки материалы о еврейских театрах Беларуси разных периодов времени.

Начиная с 16-го столетия евреи следовали традиции устраивать театрализованные представления на праздник Пурим – пуримшпилей, инсценирующие события Книги Эстер. Свой театр при этом у евреев отсутствовал до 1870-х годов.

Профессиональный еврейский театр возник благодаря Абраму Гольдфадену – поэту, драматургу, режиссеру, актеру, антрепренеру. В 1876-м году театральной труппой, которой руководили А. Гольдфаден и А. Фишзон, в Румынии был показан первый из спектаклей на идише. Таким образом произошло возникновение еврейского театра. Ставились пьесы самого А. Гольдфадена «Бранделе-Козак» «Бар-Кохба», «Суламифь», «Шмендрик», «Доктор Алмасадо», «Цвей кунилемлех», и др.

Со временем имело место появление и других еврейских групп. Однако власти в 1883-м году запретили показывать спектакли на идише. В итоге многим еврейским актерам, драматургам, режиссерам пришлось покинуть страну. Оставшиеся евреи начали собираться самостоятельно в труппы и играть спектакли в малых городах, не выходящих за черту оседлости. Назывались они немецкими, так как им было велено играть не на идише, а на немецком.

Фактически спектакли актеры играли на смеси идиша и немецкого, которую зрителям-евреям не трудно было понять. В то же время контролеры, назначенные администрацией, такую смесь понять не могли. Иногда бралось разрешение на игру с применением немецкого языка, а играли на самом деле с использованием идиша.

Такие еврейские труппы были бродячими. Они не сидели на одном месте, а постоянно передвигались, давая спектакли в разных местечках и городах.

1.2 Отношения идиша и иврита. Холокост и идиш. Гимн еврейских партизан на идише

Источник фото в списке литературы [14].

Отношения идиша и иврита

Про отношения идиша и иврита говорят как о единстве противоположностей. Оно прекрасно отражается в еврейских поговорках, таких как: «Бог говорит на идише в будни, а на иврите в субботу». «Иврит учат, а идиш знают», «Кто не знает иврита, тот не образован, кто не знает идиша, тот не еврей».

Иврит рассматривался в качестве возвышенного языка молитвы, языка книжного, языка учености, языка философских рассуждений. В Беларуси почти не практиковалось применение иврита в быту. Идиш всегда считался языком более простым по сравнению с ивритом. Его использовали самые обычные люди, и поэтому он отличается живостью, подвижностью, переменчивостью.

Иврит для идиш является примерно тем, чем является для языков Европы средневековый латинский. Однако гармоничность существования двух рассматриваемых языков была нарушена в 19-м столетии (в его второй половине). Это было время возрождения иврита как современного разговорного еврейского языка. Идиш же, отличавшийся не особой притягательностью, начал превращаться в язык литературный.

Произошло это не сразу, не вдруг. Существование занимательной и нравоучительной литературы на идише можно было наблюдать еще в 16-м столетии, читая библейские сказания с комментариями, пользуясь словарями, зачитываясь рассказами, смотря пуримшпили (пьесы).

Тем не менее, до 19-го столетия идиш не был сыном еврейской литературы, его скорее можно было назвать пасынком. Дорогу в литературу идишу дало то, что к нему обратились хасиды, стремясь обращаться к людям на более понятном им языке. В мистических рассказах, сказках, жизнеописаниях, притчах звучал идиш – как истинный литературный народный язык.

Идиш использовался в пропаганде, на нем издавались газеты (с 1860-х годов). Но становление идиша как языка культурного произошло, когда ему оказали поддержку писатели. Это видно, например, из литературных произведений Шолома Алейхема, С. Анского, Ицхак-Лейбуша Переца, Шолома Аша. Менделе Мойхера-Сфорима.

Но не только писатели, использовавшие идиш для создания своих произведений, внесли лепту в становление идиша, и заодно в популяризацию еврейской культуры. Те писатели, родной язык которых был идиш, писали по-русски как-то особенно – с «идишинским» привкусом, со своеобразной еврейской изюминкой, особым колоритом. Ведь только говорящий на идише еврей может, к примеру, сказать: «Не надо думать глупость». Это любили многие – и евреи, и не евреи. Такие писатели нередко писали об идише и о евреях. И их роль в распространении идиша и еврейской культуры необычайно высока. А не на идише они писали в целях увеличения аудитории, чтобы их произведения могло читать большое количество людей.

Писатели-реалисты, понимающие, что надо «идти в народ», отдали должное идишу. Ведь кому-то нужно было рассказывать о еврейских местечках. И они это делали самым талантливым образом, показывая колоритность, пряность и неподражаемость идиша.

Большевики в России к ивриту проявляли враждебность, считая его языком сионистским и религиозным. Но Палестинские сионисты (преследовавшие великую цель, состоявшую в возрождении иврита), напротив, не принимали идиш. Ради этой цели они просто шли на бойкот идиша, стремясь не допускать его в жизнь общества Эрец-Исраэль.

Есть такой анекдот времен противостояния иврита и идиша:

«Пожилой прогуливающийся по набережной Тель-Авива еврей вдруг заметил тонущего зовущего на помощь человека. Он крикнул тонущему на идише без особого злорадства: «Вы уже позаботились выучить иврит? Научитесь же теперь прилично плавать!».

Ничего, как говорится, личного…

Подобным образом проходили на высоких уровнях дискуссии. Сторонники идиша говорили о древности идиша и о недопустимости его уничтожения. Сторонники же иврита убеждали, что с идишем евреи ничто, и могут со временем благодаря ему превратиться в животных Вот такие бывали разговоры между соплеменниками.

В идише есть жаргонные слова, которые некоторые евреи считают перешедшими из русского жаргона, например: шмон, малина, фраер, халява, и т. д. Правда, некоторые русские с ними не согласны.