Сказки старого дракона (СИ) - Бердичева Екатерина Павловна

Мужчина, нагнувшись, покраснел щеками и быстро запихнул ароматные ноги в еще не высохшие сапоги. А потом накинул на плечи куртку.

- Тянет. - На всякий случай он причесал пятерней спутанные волосы. - И в ванну, и в чистую кровать. Не пойму только, в какой стороне они находятся.

- А... Значит, заблудился? - Она оценивающе посмотрела на его лицо и руки. - Ты ведь не местный, а полез в горы без проводника. Небось, сокровища Горного Короля ищешь?

- А тебе что за дело? - Удивился он. - Если ты не упырь... то кто же? Или, - он кивнул на озеро, - русалка? Удивительно, как не померла по дороге или не передумала, прежде чем утопнуть.

Девушка весело рассмеялась и отрицательно покачала головой. А потом, встав с камешка, вышла за дверь. Охотник, движимый любопытством, пошел за ней, не забыв, однако, застегнуть на бедрах ремень с ножнами и длинным ножом внутри. Остановившись на пороге, он смотрел, как белое платье мелькает в озерных тростниках, а потом возвращается обратно.

- Что это? - Спросил он, увидев в тонких руках охапку толстых стеблей.

- Сейчас попробуешь! - Пообещала она, проходя мимо мужчины в дом. Его расширившихся ноздрей коснулся запах трав и ночных фиалок. - Дай мне пожалуйста, свой ножик!

А... ты можешь его коснуться? Он... - охотник смущенно хмыкнул, - с серебряными рунами.

- Давай, давай! - Протянула просвечивающую ладонь девушка. - Я их порежу, почищу и запеку. Они помогут твоей птичке не вылететь из голодного желудка, а упокоиться в нем с миром.

Он протянул ей нож ручкой вперед, с интересом ожидая последствий. Но она взяла его и, крепко зажав пальцами, быстро почистила и нарезала стебли. А потом, отложив клинок в сторону, нанизала кусочки на веточки, которые положила поперек углей на камешки.

- Ну вот и все. Как только зарумянятся, значит, готовы.

Она вздохнула и подгребла угли повыше.

- Ты здесь одна? - Спросил он, лишь бы заполнить возникшую паузу.

- Нет. - Она положила светловолосую головку на колено. Белое бескровное лицо озарилось розовым жаром. - У меня есть озеро. У меня есть звезды. А, ну еще жили монахи...

Ее носик вздернулся, а губы дрогнули улыбкой.

- Так они из-за тебя отсюда удрали? - Догадался он. - Не вынесли искушения? А-а-а! Ты к ним приставала!

Девушка выпрямилась и хлопнула в ладоши.

- Они за мной бегали, искали... - Серебристый смех заполнил маленький домик. - Кто - в лес пойдет, кто - по дрова... В итоге вокруг озера круги нарезают. Сколько раз отец-настоятель заставлял их с утра до вечера камни ворочать! Вроде, устать должны... У людей тело слабое. А они, словно жеребцы, в озеро купаться лезут. Зайдут нагишом в воду и стоят. Руки опущены, а глаза по камышам шарят.

Мужчина, до этого спокойно на нее смотревший, хмыкнул и отвел глаза на костер.

- Ох, поджарились!

- Тогда бери тарелку, - она протянула ему широкий лист, срезанный ножом, - бери палочку и снимай кусочки. А я взгляну на жертву твоего голода.

Вытащенная из углей и обмытая в чистой воде птичка пахла настолько вкусно, что у охотника потекли слюнки. Девушка отломила рукой ножку и протянула ему.

- Ешь! А я пока остальную тушку разделаю.

И она, положив на платье другой лист, быстро отделила мясо от костей. Завернув кусочки в чистый листик, она подогнула его края внутрь и перевязала своим длинным волосом.

- Это тебе в дорогу. А косточки... Их надо закопать, поблагодарив того, чье тело продлило твоему жизнь. Тогда душа его успокоится и, забыв обиду, уйдет в новое рождение.

- Да, - мужчина быстро проглотил недожеванный кусок, - я сейчас!

- Ты ешь! - Улыбнулась девушка. - Я сама предам их земле.

Белое платье снова мелькнуло в дверном проеме.

Охотник, благодарно кивнув головой, вгрызся в сочное мясо, заедаемое удивительно вкусными побегами озерной травы.

Он успел все доесть и даже облизать пальцы. Но таинственная девушка так и не появилась на пороге каменного домика, построенного руками не выдержавших искушения монахов. Бросив пару полешек в остывающие угли, накинул куртку и вышел на улицу. Яркой россыпью звезд раскинулась над озером глубокая бескрайность неба.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Где-то в камышах скрипела болотная птица. В лесной чаще ухал филин, и быстрыми черными пятнами над головой носились летучие мыши.

- Эй, девушка... - тихо позвал мужчина. - Ты, случаем, не бред моего уставшего мозга? - Он задумчиво почесал ухо, укушенное комаром. - Кровопийца! - С чувством ругнулся, вытирая останки мелкого вампира и собственную кровушку о штаны. - Может, конопля в костер попала? Девушка! Можно я уже сниму эти мокрые сапоги?

Откуда-то сбоку раздалось отчетливое хихиканье.

- А! Так ты все-таки не привиделась! Эй, спасибо тебе!

Белое платье засветилось на пороге часовни.

- Иди сюда! - Позвала его, поманив к себе рукой.

- Зачем? - Снова присела на мозг подозрительность. - Теперь, сытого и умиротворенного, распнешь на алтаре доверчивой жертвой?

Однако, несмотря на некоторую опаску, ему стало любопытно. Да и, в конце концов, возможностей с ним расправиться было хоть отбавляй. Его крепкая рука легла выше ее ручки на косяк.

- Смотри! - Тихо сказала она, показывая вытянутым пальцем на алтарь.

Звездный свет, собираясь вделанной в маленькое оконце под потолком линзой из специально выращенного горного хрусталя, концентрировался на полупрозрачной статуэтке богини и, проходя через камень, падал на алтарь рассеянным белым конусом, внутри которого угадывались черты... стоящей с ним рядом девушки.

- Тебе нравится? - Негромко спросила она, покусывая в волнении ноготок. Как будто бы то, что он видел, было ее творением.

- Великолепная работа. - Согласился мужчина. - Но как ты смогла оттуда выйти и стать...

Он задумался, подбирая определение.

- Не знаю. - Она подошла к своей проекции. - Вернее, не помню. Это было давно. Монахи истово молились, прося даровать снисхождение их заблудшим во грехах тварного мира душам. И я снизошла.

Девушка снова рассмеялась.

- Но ведь ты - не Богиня?.. - Помявшись, спросил мужчина.

- Конечно, нет! - Белые волосы взметнулись прямо перед его лицом. - Я - аватар... Просто отражение... Маска...

Невесомо ступая по траве, она вышла из храма и, перебирая босыми ногами по осыпавшимся камням стены, взлетела на самую высокую ее часть, застыв там сияющей статуэткой.

- Прости... - Крикнул мужчина. - Я не хотел обидеть тебя! Ну хочешь, - он подошел к самой стене, - я помолюсь твоему изображению?

- И что ты скажешь? - Раздался сверху печальный голос. - Разве у тебя есть о чем просить мою Госпожу?

Яркие глаза на белом лице, казалось, осветили своим сиянием его душу.

- Ты хоть знаешь, как Ее зовут?

- Ну, я заходил в храмы. Там, в долине. Мне кажется... тебя... Ее зовут Илилья? Та, которая указывает путь.

- Ты прав, охотник за сокровищами. Наверное, перед выходом в горы положил на Ее алтарь живые цветы?

- Ну... Было дело... - Нехотя признался тот.

- Зря. Грабителей она не любит.

- Я не грабитель! - Вскинулся мужчина, сжимая кулаки.

- Вор, разбойник... Как называется тот, кто хочет взять чужое?

- Разве магические кристаллы здесь, в ничьих горах, кому-то принадлежат? Дети Кланов выращивают их в своих шахтах и продают за большие деньги!

- Заметь, ты сам сказал: выращивают. А не лезут в пещеры горного Короля в поисках легкой добычи!

- Ну ладно. - Смирился мужчина и сел на камень, торчащий над травой. - Я - вор и кругом виноват. Твоя Госпожа меня наказала тем, что я заблудился. Теперь мне надо попросить прощения?

- Зачем? Глупцы сами себя наказывают. Ей незачем тебя прощать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Вот и отлично. - Буркнул мужчина и поднялся. - Тогда с чистой совестью и в грязных носках завалюсь спать.

Он повернулся и, задевая стебли травы, прошел несколько шагов к домику, чей дверной проем светился розовым мерцанием тлеющих углей. Но потом остановился и обернулся.