Мечи и темная магия - Стивен Эриксон

Однако произведения «меча и магии» так и выделились бы в отдельный жанр, если бы в 1961 году фэнзин «Amra» не опубликовал письмо Майкла Муркока с требованием дать определение этим приключениям головорезов, родоначальником которых был Говард. По иронии судьбы Муркок предложил назвать жанр эпическим фэнтези — термином, который закрепился за произведениями Толкина и его последователей. А писателем, которому посчастливилось дать имя жанру, стал Фриц Лейбер. В 1961 году в июльском номере «Amra» он написал: «Сейчас я уверен, как никогда, что эта область фэнтези-литературы должна быть определена как „истории меча и магии“. Это выявляет точки соприкосновения культурного элемента и сверхъестественной составляющей и решительным образом отделяет произведения подобного рода и от „историй плаща и шпаги“ (исторические приключения), и от произведений „плаща и кинжала“ (шпионские истории)!»

В том же году Муркок напишет роман «Призрачный город» («The Dreaming City») — первую книгу, где появится его антигерой Элрик из Мелнибонэ, по всей вероятности единственный персонаж «меча и магии», достигший столь же влиятельных позиций, что и персонаж Говарда. Задуманный как анти-Конан, Элрик был заведомо лишен собственных сил: болезненный, зависимый от лекарств альбинос, владелец высасывающего души Черного меча, который питал хозяина украденной энергией, чтобы поддержать в Элрике жизнь и увеличить его боеспособность. Но не это было главным отличием от героя Говарда.

Майкл Муркок, по сути, возглавил такое заметное явление в фантастической литературе, как «Новая волна», навсегда изменившее облик научной фантастики. И муркоковская концепция «мультивселенной» вывела читателя за пределы вымышленных историй, снискав благосклонность современных физиков и представив авторское переосмысление борьбы Добра и Зла, а точнее, Порядка и Хаоса, грозящей ужасающими последствиями, если одна сторона одержит сокрушительную победу над другой. Его герои, будь то Элрик из Мелнибонэ, или Дориан Хокмун, или шут, по натуре наемник-убийца, Джерри Корнелиус, — все они были воплощением Вечного Воителя, человека, обреченного постоянно поддерживать «космическое равновесие», то и дело выбирая между той или другой чашей весов. Влияние Муркока поистине колоссально, он оставил свой след везде, начиная от ролевых игр (и, как следствие, в многопользовательских компьютерных играх и игровых приставках) и заканчивая литературой о головорезах и солдатах удачи. «Подземелья и драконы» «есть не что иное, как противостояние Порядка Хаосу и Добра Злу, расположенное по осям X-Y», и неудивительно, что вклад Майкла Чабона в хулиганскую фэнтезийную литературу, а именно его роман «Джентльмен с большой дороги» («Gentleman of the Road»), посвящен великому мастеру фэнтези. Но именно персонаж Муркока, альбинос Элрик, помог выделить «мечи и магию» в особый поджанр, так же как и произведения Говарда.

Хотелось бы упомянуть и Андрэ Нортон, чей цикл произведений «Колдовской мир» («The Witch World»), выходивший на протяжении второй половины XX века, начиная с 1963 года, соединял в себе признаки «меча и магии» (все-таки больше с упором на магию) и романтического фэнтези.

На протяжении 60, 70, 80-х годов возглавляемая Лином Картером Ассоциация американских писателей-фантастов в жанре «меча и магии» («The Swordsmen and Sorcerers’ Guild of America») содействовала развитию этого направления в фэнтези. С 1973 по 1981 год ассоциация издала пять антологий в серии «Сверкающие клинки» («Flashing Swords»), в которые были включены произведения членов ассоциации.

В 1974 году со своими историями об Имаро дебютировал Чарльз Р. Сондерс. Впервые они появились в фэнзине «Dark Fantasy», а затем, благодаря картеровской антологии «Лучшее за год в жанре фэнтези» («Year’s Best Fantasy Stories», 1975), ими заинтересовался издатель Дональд А. Уолхейм и в 1981 году настоял на том, чтобы Сондерс объединил их в роман. За «Имаро» («Imaro») последовали «В поисках Куша» («The Quest For Cush», 1984) и «След Боху» («The Trail of Bohu», 1985). Все эти романы примечательны тем, что являлись первыми образцами в жанре «меча и магии», где чернокожий автор представляет чернокожего героя. Главный герой Имаро — житель «Черного континента» Нумбани, прообраза Африки, существовавшего много тысяч лет назад, возможно во времена говардовской Гипербореи.

В 1984 году Марион Циммер Брэдли серией своих антологий, относящихся к жанру «меча и магии», успешно поспособствовала его распространению. Она, как и Кэтрин Мур, считала несправедливым, что в произведениях подобного рода преобладают герои-мужчины, а женские персонажи в лучшем случае — на третьих ролях. Брэдли издала двадцать томов (два вышли уже после ее смерти) приключенческих историй, в которых главными героями были женщины. В этих антологиях публиковались произведения таких авторов, как Глен Кук, Эмма Булл, Чарльз Р. Сондерс, Чарльз де Линт, Пат Мерфи, Кэролайн Дж. Черри, Дженнифер Роберсон, Мерседес Лэки и многие другие. После смерти Брэдли в 1999 году серия антологий была продолжена. В 2004 году вышел том под редакцией Дианы Л. Пакссон («Sword and Sorceress XXI», 2004) и относительно недавно, в 2007 году, еще два под редакцией Элизабет Уотерс («Norilana Books», 2007).

Однако следует признать, что два последних десятилетия вновь продемонстрировали спад интереса к этой разновидности фэнтези. Фильм «Конан-варвар», вышедший в 1982 году и прославивший Арнольда Шварценеггера, спровоцировал огромное количество наскоро сделанных сиквелов и пародий, что дискредитировало жанр как таковой. И хотя мастера «меча и магии» никуда не делись, ведующие позиции вновь заняли произведения эпического фэнтези. Малые формы лишились поддержки и благосклонности крупных журналов, и то направление приключенческой фантастики, выразителем которого считается Говард, было вытеснено на страницы небольших журналов, наиболее заметным из которых является журнал «Black Gate», печатавший рассказы «меча и магии» с момента своего основания в 2000 году.

Но совсем недавно вновь наметился всплеск интереса к приключенческой фантастике. Вслед за Джорджем Р. Р. Мартином и его циклом книг «Песнь льда и пламени» («Song of Ice and Fire»), привнесшим в фантастический эпос неоднозначность этических вопросов и жесткий реализм, новое поколение писателей отважилось ввести «дозу» «меча и магии» в высокое фэнтези. Такие авторы, как Стивен Эриксон, Джо Аберкромби, Скотт Линч, Том Ллойд, Дэвид Энтони Дарем, Брайан Ракли, Джеймс Эндж, Брент Уикс и Патрик Руфус, прокладывают дорогу новой разновидности фантастики, соединяющей в себе эпохальные сражения и жесткий реализм, где добро и зло одновременно уживаются в одном человеке, вынужденном то и дело совершать моральный выбор, и борьба между народами подана не так однозначно, поскольку коренным образом изменился угол зрения на проблему. Эти бьющие по болевым точкам современности произведения укрепили позиции жанра фэнтези и в то же время вернули читательский интерес своим предшественникам-классикам.