Низвержение Чародея - Николай Сташков

– Не надо. Немного отдышусь и принесу твой заказ. Не поверил я Бартону, а зря. Он прибегал ко мне и что-то мычал о волшебнике.

Костюм Вульфу понравился, его не постеснялся бы надеть и самый знатный человек Средиземья.

– Будь здоров, лавочник. Отныне будешь платить налоги мне. – Прошелестел голос Вульфа.

Дверь таверны открыта. Оттуда доносится гул множества голосов, некоторые из них звучат на повышенных тонах. Раньше Вульф обходил эту таверну стороной. В ней по вечерам собирается со всей округи преступный люд разного пошиба. Здесь частой гостьей приходятся склоки и драки с применением оружия. Здесь нередко случаются убийства. Владеет таверной бывший грабитель и убийца Баск. Он награбил значительное количество серебра, решил уйти на покой и за бесценок купил таверну. При этом старый владелец таверны куда-то канул. Жители города шёпотом делились друг с другом слухом, что Баск убил его, чтобы не платить деньги.

Вульф вошёл в открытую дверь. В таверне повисла тишина, стал слышен писк комара, летающего под потолком. Вульф понял, что в таверне шёл разговор о нём и недавних событиях в городе. Слухи разносятся чрезвычайно быстро. Вульф отыскал взглядом стол, за которым сидел Баск в компании трёх посетителей, вид которых не внушал доверия, и не обещал мирной беседы, и зашагал в их сторону. Трое собутыльников Баска поспешили пересесть за другой стол.

– Я уже наслышан о тебе, писарь, и твоих способностях. – Затараторил скороговоркой хозяин таверны: – Я готов платить тебе налог, только чтобы не вылететь в трубу.

– Ты, Баск, никуда не денешься, будешь мне платить налог, который я назначу. В трубу вылететь я тебе не дам, даже не надейся. Сейчас мне нужен приличный номер.

– У меня есть лучший номер во всём Средиземье. Располагайся в нём.

– И ещё. Найди мне сотню отчаянных головорезов, готовых на самые безрассудные поступки.

– Как пожелаешь, учёный писарь. Завтра перед тобой предстанет сотня молодцов, удаль которых ты можешь оценить сам. Они лучшие во всей округе.

– Ты вот что, Баск. Не называй меня писарем, мне это не нравится. Обращайся ко мне – мой повелитель.

На следующий день перед таверной многолюдно и шумно. Там топчется сотня богатырей в разномастных одеждах. Вульф вышел к ним, внимательно оглядел. Мужики статные, на их лицах запечатлены следы былых жестоких драк. Руки бугрятся большими комками мышц. В глазах светится жестокость безжалостных убийц. Мирные горожане подобных типов обходят стороной, предпочитают не встречать их на своём пути.

– Отныне я ваш повелитель. – Вульф говорил громко и отчётливо, чеканя каждое слово, чтобы смысл сказанного дошёл до их сознания: – Вы будете основой, костяком моей регулярной армии. Ваша задача – беспрекословно, чётко и быстро выполнять мои приказы.

– А не много ли ты на себя берёшь, малыш? – Высоченный детина, играя мышцами, сделал шаг вперёд, нагло разглядывая маленькую фигуру Вульфа: – Посмотри на меня. Я могу перешибить тебя одним плевком.

– Как зовут тебя?

– Меня зову Стан. И что?

Внезапно, невесть откуда взявшиеся, ремни опоясали тела всей группы у таверны, плотно припечатав к ним руки. Шея Стана начала удлиняться, отчётливо прозвучал хруст рвущихся шейных позвонков, и голова безжизненно упала на грудь. Громадное тело по инерции несколько секунд находилось в вертикальном положении, затем с грохотом рухнуло наземь. Скованный ужасом, привычный к жестокостям, разбойный люд взирает на скорую расправу.

– Есть вопросы ко мне?

В ответ могильная тишина, не слышно даже сопения носов, наполняющих лёгкие живительным кислородом.

– Кому-нибудь из вас приходилось принимать участие в сражениях регулярных армий?

Вперёд шагнул громила лет двадцати пяти, кроме жестокости в его глазах видны признаки ума и умения мыслить: – Меня зовут Брант. Я служил несколько лет в королевской армии.

– Слушайте все. – Вульф повысил голос: – Будете выполнять приказы Бранта, как мои собственные. Пытающихся сбежать неминуемо настигнет кара, как эту падаль. – Вульф указал пальцем на распростёртое тело Стана.

Неожиданно для Вульфа, Брант оказался хорошим командиром. За две недели из сброда насильников, грабителей и убийц, не подчиняющихся никаким нормам и правилам, он сумел сколотить дисциплинированное армейское подразделение, боевую сотню умелых бойцов. Он одел их в жёлто-зелёные с белыми пятнами комбинезоны. Такая одежда почти не заметна в зелёных летних зарослях, и осенью среди пожухлой травы и пожелтевшей листвы кустарников.

Столичный город Харон охраняет огромная королевская гвардия численностью десять тысяч воинов, имеющих богатый опыт ведения боевых действий. Атаковать его сотней бойцов было бы настоящим безумием. Бойцы Бранта поодиночке вошли в город. Оружие пришлось сдать страже городских ворот. Такое правило издавна заведено в Хароне. Оно строго выполняется всеми стражниками.

Брант нашёл в городе оружейного мастера Рикса. На стук в ворота долго никто не отзывался, затем открылся глазок, в который не протиснется даже кулак подростка.

– Чего стучишь? – отозвался хриплый голос без ноток гостеприимства.

– Меня зовут Брант. Мне нужен Рикс, я принёс ему привет от Тирика.

– Откуда ты знаешь Тирика?

– Мы вместе служили в отряде Бальтазара.

Тяжёлая, окованная железом, калитка со скрипом открылась.

– Входи, Брант. Друзья моего сына – мои друзья.

Глаза Бранта увидели маленького старичка с многодневной седой щетиной на лице, одетого почти в лохмотья.

– Ты ли это, Рикс? – удивлённо спросил Брант: – Мне Тирик много рассказывал о своём отце, гениальном оружейном мастере.

– Был мастер, да весь вышел. Ты разве не знаешь, что мой сын, Тирик, погиб?

– Прости, отец. Я этого не знал. Мы долго не виделись. Богатырь Тирик не мог погибнуть в случайной схватке. Как это произошло?

– Не сыпь мне соль на незаживающую рану, Брант. Я не знаю, что и как случилось. Если бы и знал, не стал бы вспоминать, мне это невыносимо. Через месяц после гибели Тирика умерла жена. Я остался один одинёшенек на всём белом свете. Мне жить не хочется. Каждый день жду смерть, а она, проклятая, не приходит. Впрочем, не слушай жалоб старого хрыча, заходи в дом. Только кроме вина мне нечем угостить тебя. Не обессудь.

Вытерев губы шейным платком после кружки вина, Брант проговорил негромким голосом: – Погоди умирать, отец. Я пришёл к тебе за помощью. Нужно вооружить небольшой отряд численностью сто человек. Ты лучший мастер оружейник во всём Средиземье.

– Зачем оружие твоему отряду? Убивать? Я больше не хочу, чтобы моё оружие несло смерть. Не будь оружия – Тирик был бы жив.

– Ты ошибаешься, отец. Убить человека может даже простая палка. Мой отряд не будет просто, ни за что, ни про что, убивать. У меня задача иная. На королевском троне сидит бездушный тиран. Не будь его – твой сын был бы жив. Нужно свергнуть тирана, освободить престол для человека, достойного носить высокое звание короля. Тирик, будь он жив, присоединился бы к моей просьбе.

Рикс надолго задумался. Он маленькими глотками цедит вино, и невидящими глазами смотрит в пустое пространство голой стены. В его голове мысли сменяют одна другую, и каждая оставляет на лице свой след. Наконец, он принял решение: – Я сделаю оружие для твоего отряда, Брант. Мне нужно две недели. Выпьем ещё по кружке вина, и ты расскажешь о службе Тирика в отряде Бальтазара. Я хочу всё знать о сыне.

Беседа длилась почти до самого утра. Рассказ о службе Тирика благотворно сказался на самочувствии Рикса. Он словно помолодел и прибавил в росте, многие морщины на лице разгладились. Провожал Бранта совсем другой человек, чем тот, который вечером открывал тяжёлую калитку и впускал гостя.

Несмотря на почти пятикратное превосходство численности королевской стражи, в результате неожиданной для неё, и стремительной атаки, королевский дворец захвачен сотней Бранта. Стража поголовно истреблена, король оказался в плену у захватчиков. Вульф переехал во дворец и принял пленника в его бывшей опочивальне: – Ваше Величество, вам не причинили неудобств?

– Подлый вор и разбойник. Ты смеешь насмехаться надо мной, устраивая мне, допрос и пытку в моей же опочивальне.

– Ну, ну, успокойся, ваше величество. Теперь я король Гаронии. Твой дворец и твоя опочивальня, отныне и навсегда принадлежат мне. Будешь оскорблять меня – я могу рассердиться, и предать тебя лютой казни.

– Я не боюсь тебя, злодей. Я потерял трон, теперь мне и смерть не страшна.

– Ну что ж. Пусть будет по-твоему.

Неодолимая сила захватила руки свергнутого короля. Слегка раздвинутые пальцы обеих его рук сдавили собственное горло. Хватка начала постепенно и медленно усиливаться, продлевая агонию на продолжительное время. Вульф с насмешливой улыбкой смотрит на мучения пленника. Ослабив немного нажим на горло, он сказал: – Если ты, ваше величество, попросишь пощаду, Возможно, я подарю тебе жизнь.