Механический принц - Кассандра Клэр

— Нет, — сказал Уилл с ноткой отчаянья в голосе. — На самом деле, я искал нечто противоположное… Что-то, что могло бы остановить влюбленность.

— Зелье ненависти? — Мол все еще выглядела изумленной.

— Я надеялся на что-то больше похожее на… безразличие?

Она фыркнула, на удивление по-человечески для привидения.

— Я бы не хотела тебе это говорить, исполин, но если ты хочешь, чтобы девушка тебя возненавидела, есть более простые способы, чтобы этого добиться. Тебе не нужна моя помощь с бедняжкой.

С этими словами она исчезла, растворившись в тумане между могил. Уилл вздохнул, глядя ей вслед.

— Не для нее, — шепнул он, хотя поблизости не было никого, кто мог бы услышать. — Для меня.

И прижался головой к холодному металлу ворот.

Глава 1. Заседание Совета

Вверху, под величественным потолком зала справедливости

Где многие арки не могут достать

И ангелы высшие с низшими встретились

Для обмена дарами.

— О, да. Это действительно выглядит так же, как я представляла себе, — сказала Тесса и обернулась, чтобы улыбнуться парню, который стоял рядом с ней. Он только что помог перебраться ей через лужу, и его рука по-прежнему вежливо поддерживала ее руку, чуть выше сгиба локтя.

Карстаирс Джеймс улыбнулся ей, элегантный в своем темном костюме, его серебристо-светлые волосы были взъерошены ветром. Другая его рука держала трость с нефритовым набалдашником, и если кто-нибудь из великого множества людей, толпящихся вокруг них, думали, что это странно, что такой молодой человек нуждается в трости, или находили нечто необычное в цвете его волос или чертах лица, они не останавливались, чтобы посмотреть.

— Я буду считать это благословением, — сказал Джем. — Я уже начинаю волноваться: все, с чем ты столкнулась в Лондоне, наверняка было для тебя большим разочарованием.

Разочарования. Брат Тессы-Нейт, когда-то обещал, что Лондон станет для нее началом новой чудесной жизни в городе парящих зданий и великолепных парков. Вместо этого Тесса здесь встретила страх и предательство, а также опасность, которая превосходит все, что она могла себе представить. Но все же…

— Не все было разочарованием. — Она улыбнулась Джему.

— Рад это слышать.

Его тон был серьезным — он не шутил. Она отвела от него взгляд, чтобы посмотреть на здание, возвышающееся перед ними. Вестминстерское аббатство, с его большими готическими шпилями почти касалось неба. Солнце сделало все возможное, чтобы пробиться сквозь заволакивающие верхушки облаков, и аббатство купалось в слабом солнечном свете.

— Это действительно оно? — спросила она Джема, тянувшего ее вперед к входу в аббатство. — Оно кажется таким…

— Мирянским?

— Я хотела сказать, многолюдным.

Аббатство было открыто сегодня для туристов, и группы людей деловито роились внутри него и за огромной дверью, большинство из них сжимали в руках путеводители Бедекера. Группа американских туристов, женщины средних лет в немодной одежде, бормотали с акцентом, что заставило Тессу на мгновение почувствовать тоску по дому, пропустила их, когда они стали подниматься по лестнице, торопясь поспеть за гидом, который проводил экскурсию по Аббатству.

Джем и Тесса без усилий растворились среди них. Внутри аббатства пахло холодными камнями и металлом. Тесса смотрела вокруг, удивляясь размерам этого места. Оно заставило выглядеть Институт, как деревенскую церковь.

— Обратите внимание на тройное разделение нефа, — гудел гид, продолжая объяснять, что маленькие часовни выстраиваются в восточный и западные боковые нефы Аббатства. Тишина витала над этим местом, хотя никаких служб не проводилось.

Когда Тесса позволила Джему вести ее к восточной стороне церкви, она поняла, что она шагает по камням с высеченными датами и именами. Она знала, что знаменитые короли, королевы, солдаты и поэты были похоронены в Вестминстерском Аббатстве, но она совсем не ожидала, что будет стоять на них. Наконец, она и Джем замедлились на юго-восточном углу церкви. Рассеянный свет лился сквозь круглые витражные окна над головой.

— Я знаю, что мы спешим на заседание Совета, — сказал Джем, — но я хотел, чтобы ты увидела это. — Он показал рукой вокруг. — Уголок поэтов.

Конечно же, Тесса читала об этом месте, где были похоронены великие писатели Англии. Здесь был серый надгробный камень Чосера с навесом и другие знакомые фамилии:

— Эдмунд Спенсер, о, и Самюэль Джонсон, — она выдохнула, — и Кольридж, и Роберт Бернс, и Шекспир…

— Он на самом деле похоронен не здесь, — сказал Джем быстро. — Это просто монумент. Как и Мильтона.

— О, я знаю, но… — Она посмотрела на него и почувствовала, что кровь начала приливать к лицу. — Я не могу объяснить это. Быть среди всех этих имен, это как находится в кругу друзей. Знаю, что глупо.

— И вовсе не глупо. — Она улыбнулась ему.

— Но как ты узнал, что я хотела увидеть?

— Как я мог не знать? — ответил он. — Если я думаю о тебе, и тебя нет рядом, то в моем воображении ты всегда предстаешь с книгой в руках.

Он отвернулся от нее, когда говорил это, но не раньше, чем она успела увидеть легкий румянец на его скулах. Он такой бледный, что никогда не может скрыть даже малейший румянец, подумала она и была удивлена тому, насколько эта мысль была нежной. Она очень привязалась к Джему за последние две недели; Уилл старательно избегал ее, Шарлотта и Генри были поглощены проблемами Конклава и Совета и управлением Институтом, и даже Джессамин казалась очень занятой.

Но Джем всегда был рядом. Он, кажется, всерьез взял на себя роль ее гида по Лондону. Они побывали в Хайд Парке и Кью-Гарденз, Национальной Галерее и Британском Музее, Тауэре и Воротах Предателей. Они ходили посмотреть, как доят коров в Парк Сент Джеймс, и на продавцов фруктов и овощей, разносящих свои товары в Ковент-Гарден. Они наблюдали за лодками, отплывающими от набережной по искрящейся на солнце Темзе, и ели что-то под названием «дорстопы», что звучало ужасно, но оказалось хлебом с маслом и сахаром. Так проходили дни за днями, и Тесса почувствовала, что она стала медленно выбираться из своего безмолвия, вызванного свалившимися в кучу несчастьем Нейта и Уилла и потерей своей старой жизни, как цветок, вылезающий из замерзшей земли. Она даже поняла, что иногда смеется. И она должна была поблагодарить Джема за это.

— Ты хороший друг, — воскликнула она. И когда, к ее удивлению, он ничего не ответил на это, она сказала: — По крайней мере, я надеюсь, что мы хорошие друзья. Ты же так тоже думаешь, не так ли, Джем?