Скучный капитан - Генрих Альтов

— Нервное потрясение, — констатировал наш корабельный врач. — Такие случаи описаны в медицинской литературе. Нужно скорее его подобрать!

Но этот парень, кажется, не очень хотел быть спасенным. Когда «Гром» подошел к шлюпке, он весело крикнул:

— Куда держите курс, друзья?..

Ну, тут мы без лишних слов втащили его на палубу. Вместе с чемоданом, потому что он вцепился в этот чемодан обеими руками.

— Благодарю вас, — сказал он, осторожно поставив чемодан на палубу. Будем знакомы: Олег Павлович Кравцов, кандидат физико-математических наук.

Это была святая правда, и мы очень скоро убедились, что Кравцов действительно физик и действительно кандидат наук. Но тогда, на палубе, он походил скорее на бригадира портовых грузчиков. Представьте себе здоровенного дядю ростом чуть поменьше двух метров, в майке и закатанных до колен мокрых брюках. Да, будь он водолазом, на него едва бы налез комбинезон самого большого размера… Лицо у Кравцова было приятное, это я сразу заметил. Знаете, такое открытое, веселое лицо, скуластое, слегка курносое, с широко расставленными голубыми глазами и крупными белыми зубами, которыми, наверное, можно было перегрызть якорную цепь. Он все время улыбался и вообще был очень доволен собой и всем окружающим.

— Вы с «Пытливого»? — спросил капитан.

Кравцов кивнул головой:

— Именно оттуда. Так сказать, потерпевший крушение. С детства мечтал о таком приключении. — Он рассмеялся и сказал доверительно: — Мне с самого начала казалось, что произойдет какое-нибудь приключение. Я даже заранее присмотрел, где лежит эта шлюпка. Сейчас все переплывают океаны на плотах, на шлюпках… Скажите, а куда занесло бы меня это течение?

Воробейчик нахмурился (он не выносил легкомысленных людей), пожевал губами и сказал тусклым голосом:

— Что ж, очень приятно… Да, очень приятно. Проводите его, ребята, в кают-компанию. И вы, доктор, пожалуйста, посмотрите, что ему нужно.

— Поесть ему нужно, — буркнул корабельный врач, — больше ничего. Здоров, как… — Он помедлил, подыскивая, видимо, какое-то оригинальное выражение, потом вздохнул и закончил: — Здоров как бык.

Все свободные от вахты пошли с Кравцовым в кают-компанию. Чемодан он тащил сам, а гитару и туфли торжественно несли ребята: Кравцов как-то сразу всем понравился.

В кают-компании наш кок моментально накрыл стол. Второй помощник капитана принес отглаженные брюки, механик — новенький китель (застегнуть китель Кравцов, конечно, не смог: пуговицы не сошлись). Словом, через пять минут Кравцов, как он выразился, приобрел вид, удобный для логарифмирования.

— А теперь, — сказал он, расправившись со второй порцией котлет, — теперь посмотрим, как поживают мои зверушки.

Он поставил чемодан на стол, нежно погладил крышку (мне почему-то запомнилось каждое его движение), ловко щелкнул замком и…

Вот здесь это и произошло.

Мы увидели молнии и услышали гром. То есть грома, собственно, не было. Просто кто-то опрокинул стул, а кок выпустил из рук поднос с компотом. Но молнии были — самые настоящие шаровые молнии.

Я еще в детстве видел шаровую молнию. Это случилось в Пятигорске, во время грозы. Однако ту молнию я видел издалека, а эти лежали в двух шагах от меня. Их было не меньше дюжины, и они доверху заполняли чемодан. Самые крупные имели размер с кулак нашего боцмана, то есть сантиметров пятнадцать в поперечнике. Все они отличались друг от друга цветом. Только две, совсем небольшие, были черными, остальные имели окраску — сиреневую, зеленоватую, оранжевую, Желтую… Одна, например, излучала тусклый серый свет, другая ярко-красный…

Когда Кравцов открыл чемодан, в кают-компании сразу стало просторно: все отскочили к стенкам. И тогда наступила такая тишина, что отчетливо слышалось слабое жужжание молний. А потом Кравцов взял в руки зеленоватую молнию.

— Ну что ты жужжишь? — нежно спросил он. — Тебе не нравится это соседство? Ладно, мы тебя переложим. Возьмет и переложим… — Он сунул молнию в карман брюк; жужжание прекратилось. Кравцов удовлетворенно улыбнулся: — Ну, вот и отлично!..

Это было уж слишком!

Мы обалдели — другого слова не подберешь. Да, мы обалдели и не могли сказать ни слова.

— Так это и есть ваши молнии? — раздался в дверях спокойный голос капитана. — Значит, часть вы спасли?

— Они самые, — улыбнулся Кравцов. — Но четыреста семь штук потонуло. Основной груз. Отборные, стандартные молнии… А в этом чемоданчике я вез экспериментальные образцы. Понимаете?

Воробейчик, видимо, понимал. Зато мы не понимали ничего, абсолютно ничего! И тут, знаете, словно плотина прорвалась: все наперебой начали задавать вопросы. Но к столу никто не подошел. Откровенно говоря, мы просто боялись. Представьте себе, что кто-то открыл на столе чемодан, наполненный змеями; может быть, они и дрессированные, однако все-таки страшновато… Согласитесь, что шаровая молния нисколько не лучше (во всяком случае, на первый взгляд) ядовитой змеи!

— Тихо, ребята, — сказал капитан. — Товарищ Кравцов все вам сейчас объяснит.

— Только не сейчас! — взмолился Кравцов. — Прежде всего надо отыскать «Пытливого» и попробовать поднять груз… Ну ладно, — неожиданно уступил он. Ладно. В двух словах объясню. Природные шаровые молнии дикие, неустойчивые. Они иногда достигают огромных размеров, до десяти метров в диаметре, но существуют недолго, не больше двух-трех минут. Ну вот, мы и поставили задачу… Шаровая молния, друзья, это прекрасный аккумулятор энергии. Во много раз выгоднее транспортировать энергию в виде шаровых молний, чем передавать ее по проводам или запасать в виде горючего. Вот посмотрите. — Он взял из чемодана крупную желтую молнию. — Весит эта штука пустяки, граммов десять, а энергии в ней достаточно, чтобы в течение года приводить в движение трактор. Правда, мы еще не научились делать молнии, сохраняющиеся годами. Пока они у нас живут, как правило, недолго: восемь-десять месяцев, изредка год-полтора.

Он небрежно бросил молнию в чемодан и взял другую, очень яркую.

— А вот это другой сорт, для освещения. Света она дает как трехсотсвечовая лампа — и не перегорает, не разбивается… Эта вот, черная молния, в основном испускает тепловые, инфракрасные лучи. Сейчас у нее, правда, сероватый оттенок, но, когда мы усовершенствуем такие молнии, они будут на вид совсем черными.

— А они… того… не опасны? — спросил кто-то.

Кравцов рассмеялся:

— Попробуйте, подержите в руках! — Он оглядел нас. — Ну, кто решится?

К чести наших ребят надо сказать, что никто не испугался. Все шагнули вперед, к чемодану.