Последняя роль неудачника - Фридрих Незнанский

Гордеев миновал поворот на Ховрино, затем окружной пост ГИБДД и проехал развилку на Бусиново. Тут Москва, по сути, и кончилась. Гордееву стало скучно, и он включил радио.

После «Машины времени» и каких-то малоизвестных и маловразумительных исполнителей последовал блок новостей. Гордеев узнал, что президент находится с визитом в одной из стран СНГ, что доллар неумолимо заваливается по отношению к евро и что жара в ближайшее время вряд ли спадет, так что до конца лета москвичам, особенно пожилым и склонным к сердечно-сосудистым заболеваниям, не рекомендуется выходить из дома без головных уборов, а рекомендуется — пить побольше жидкости, той, которую вообще можно пить в больших количествах, то есть не алкоголя, конечно. Словом, поддерживать на уровне водно-солевой баланс. Вообще же, по предупреждениям синоптиков, жителей России ожидали не только зной, но и пожары. Например в Сибири и на Урале, где стоит небывалая жара, леса уже полыхают. А по прогнозам МЧС, суховей в ближайшие недели может добраться до Москвы. Метеорологи намекали, что может повториться сценарий 2002 года, и столицу вновь накроет густой смог горящих торфяников. Что же касалось Подмосковья, то особый противопожарный режим в самом пожароопасном, Шатурском, районе начал действовать, как только сошел снег — еще весной. Хотя пока запрещающие въезд в лес плакаты выглядели неуместно — воздух в Подмосковье пока что был чист и свеж, никакой гари. Гордеев знал это наверняка: недавно они с Турецким и Грязновым-старшим выезжали на шашлычок.

Было воскресенье, вторая половина дня; Розанов сказал, что встреча с нужными людьми в Химках должна быть неформальной, так будет гораздо лучше для дела. Дачники на машинах возвращались в раскаленный город, и Гордеев ехал осторожно. В это время (именно в воскресные, равно как и в пятничные вечера) нужно было держать ухо востро. Москвичи, спешащие накануне выходных за город и возвращающиеся в воскресенье вечером обратно, из-за заторов часто выезжали на встречную полосу. По пятницам и воскресеньям ГИБДД закрывала на это глаза и с целью ликвидации автомобильных пробок использовала опыт западных стран, где проблема решается путем временного выделения дополнительных полос. Чтобы дачники смогли быстрее добраться до своих загородных владений, а потом так же оперативно вернуться назад, сотрудники автоинспекции на ряде магистралей при выезде из города отделили от встречного движения одну полосу специальными ограничителями и выставили дополнительные посты ДПС. Нововведение, направленное на увеличение пропускной способности городских магистралей, должно было действовать до конца летнего сезона и только в случае возникновения заторов. Правда, наши водители запросто выскакивают на встречную где угодно. Впрочем, Юрий Петрович не особенно нервничал: он гордился своим умением водить машину, и, к примеру, Турецкий, часто оказывавшийся пассажиром в его машине, не раз отмечал, что из него вышел бы первоклассный гонщик, реакция у Гордеева была на высоте.

…Гордеев переключился на другую радиостанцию и услышал, что студенты Массачусетского технологического института создали список из десяти самых ненужных изобретений. Гордеев не так давно занимался делом, в котором не последнюю роль играл один иностранец, французский инженер1, выпускник этого самого Массачусетского технологического, так что Гордеев невольно заинтересовался сообщением. Для определения десяти самых ненужных изобретений какие-то остроумцы объявили на сайте института конкурс, на который было прислано полтысячи различных изобретений. И первое место заняло… водоотталкивающее полотенце.

Гордеев расхохотался.

Второе и третье место поделили «Звуконепроницаемый микрофон» и «Форточка для подводной лодки». Ну и ну! Четвертое — книга о том, как научиться читать самостоятельно.

— Тоже недурно, — пробормотал Гордеев.

Ну а дальше следовали: надувная мишень для игры в дартс, оглавление для словаря, подводный парашют, растворимая вода и стул на колесиках с педальным приводом…

Какое гениально-бессмысленное изобретение заняло последнее место, Гордеев услышать не успел, потому что тут в его «опель» врезалась машина. Вернее, как смог мгновение спустя сообразить оправившийся от шока адвокат, это он врезался в другую машину — в правый бок черного триста двадцатого «мерседеса»…

Тут уместно сделать небольшое отступление, а именно — объяснить, почему выбор Розанова в определении главы нового филиала пал на Гордеева, несмотря на наличие в адвокатской конторе и других высококвалифицированных юристов.

Хотя Гордеев и был звездой первой величины, акции его в последнее время здорово пошатнулись, возможно, из-за того, что дела, которые приходилось ему вести, были несколько авантюрными, чему он в немалой степени был обязан своей дружбой с Турецким и обоими Грязновыми — обычно именно эта троица снабжала Гордеева клиентами, которые причиняли страшную головную боль. В результате Юрию Петровичу приходилось проявлять не только свою юридическую компетентность, но и качества оперативного работника, благо не так давно он работал в Генеральной прокуратуре. Розанову, человеку академического склада, это не могло особенно нравиться. Но тут случилось одно дело, связанное с автомобильным страхованием, которое перевернуло все с ног на голову. Или, возможно, наоборот — привело к нормальному состоянию.

Согласно вступившему в силу Закону об обязательном страховании автогражданской ответственности, каждый автовладелец был обязан до конца года застраховать свой риск попадания в аварию. Страховые компании должны были сформировать денежный фонд, из которого будет возмещаться ущерб пострадавшим в дорожно-транспортных происшествиях. Сторонники нового закона утверждали, что отныне уровень страховой культуры и социальной защищенности автомобилистов значительно повысится. Ха! По оценкам специалистов, с которыми консультировался Гордеев, не меньше шестидесяти процентов страховых мошенничеств теперь приходится на автострахование, и за этим не всегда следует наказание виновных. Этот вид преступлений характеризуется высокой латентностью по очень простой причине: выявить его сложно. Если это все же удается, то страховые компании предпочитают умалчивать об этом, и немудрено — они дорожат репутацией.

И вот Розанов поручил Юрию Петровичу два дела, связанные со страхованием машин, попавших в ДТП, намекнув, что там может быть нечисто. Так и оказалось!

Как удалось выяснить Гордееву, аферисты уже при заключении договора использовали чужие, взятые на время или поддельные документы и завысили стоимость машины для получения более высоких выплат.

По здравом размышлении Гордеев пришел к выводу, что в связи с принятием нового закона число афер увеличится.

— Насколько же больше станет страховых мошенников? — вздохнул Розанов.

— Время покажет, — беззаботно отмахнулся Гордеев. — Но главное, мне кажется, с обманом приходится сталкиваться при наступлении страхового случая. Самая незамысловатая схема, например, — угон застрахованной машины по предварительной договоренности с ее хозяином. Естественно, кроме страховки владелец авто получит часть денег от продажи краденого…

— Ладно, все это ерунда, — отмахнулся Розанов. — Зато теперь, Юрочка, перед нами открывается роскошная перспектива — будем завоевывать ближнее Подмосковье. Вот скажи, как тебе кажется, ты со временем умнеешь или глупеешь?

— Что? — удивился вопросу Гордеев. Как-то это было не в стиле Генриха Афанасьевича, да и звучало, пожалуй, не совсем корректно.

— Ну что происходит с тобой с возрастом?

— Почем мне знать?

— Ты же умный человек, ты постоянно используешь свои мозги, это твое основное орудие труда, верно?

— Пожалуй.

— Так как же тогда?

— В вашем вопросе есть какой-то подтекст, Генрих Афанасьевич? — Он тут же пожалел о своем вопросе. Во всем, что делал и говорил Розанов, был подтекст. Это, в общем-то, было сутью его натуры. Он, старый адвокат, воспитанный и заматеревший в исключительно советской системе координат, не мог объясняться с коллегами иначе, как эзоповым языком. Он никогда ничего не говорил впрямую. Он никогда откровенно не выказывал своих намерений. Но тем интересней с ним было иметь дело, и Гордеев никогда не жалел, что связал свою профессиональную судьбу с его фирмой, хотя предложений перейти в другое место было с избытком.

— Ну так как же? — снова поинтересовался старый адвокат.

— Я думаю, следует заметить, что хотя наши умственные способности — врожденные, так же, как и главные свойства характера, но интеллект наш отнюдь не столь неизменен, как характер, а способен развиваться.

— Почему?

— Это обусловлено частично тем, что основа интеллекта — все же физическая, частично тем, что материал его — эмпирический, чувственный, иначе говоря.