Проза жизни - Александр Иванович Алтунин

мужа. Ибо, наше общество и государство ставит каждого человека в такие условия, когда разведенной женщине очень трудно выживать одной и морально, и материально. Хотя, процент разводов увеличился в десятки раз, достигнув величины в девяносто три-девяносто пять процентов. Это говорит о том, что большинство людей не умеет жить, строить семью, правильно относиться к другим и к себе, строить прочные и перспективные отношения с кем бы то ни было.

Следующим этапом интеллектуальной и психологической деградации женщины является частичное принятие правил и законов своего мужа деструктивного характера. А потом и почти полное принятие. При принципиальном неодобрении со стороны мужа наиболее гармоничных желаний и стремлений жены, женщина вольно или невольно, но становится все более прозаичной и приземленной, а потом и упрощённой. Местами доходя до откровенной примитивности. И так происходит почти со всеми, кто не ценит свою индивидуальную положительную сущность должным образом. Ведь это надо иметь неимоверную силу духа, решительность и мужество, целеустремленность и уверенность в себе, чтобы годами должным образом противостоять своему окружению. Выглядеть своего рода белой вороной, не говоря уже – откровенным изгоем. Вызывая, как минимум, многочисленные и разнообразные насмешки и язвительные реплики. А, как максимум, явное и непрерывное третирование.

Большинство людей категорически не прощает своим ближним (из ближнего круга общения) то, что они в чем-то существенно превосходят их. Особенно в плане социально значимых и хотя бы относительно престижных моментов.

Вести же двойную жизнь – внешнюю и внутреннюю, принципиально отличающуюся друг от друга мало кому дано (одному-пяти процентам людей). Понятно, что наиболее разумные люди стараются, по возможности, не вступать в лишние пререкания с окружающими по второстепенным и третьестепенным вопросам. Но, тем не менее, хотя бы иногда возникают и вопросы первостепенной важности, когда суть явлений может оцениваться только однозначно: черное или белое, хорошее или плохое, гармоничное или дисгармоничное, конструктивное или деструктивное. И то, что с житейской точки зрения может выглядеть достаточно приличным, в системе духовной логике выглядит, в лучшем случае, весьма скромно и относительно, а в худшем случае, предельно убого и скверно, ужасно и примитивно. И доказать что-либо человеку, обладающему только житейской логикой, относительно понятий духовной логики практически невозможно. Хотя, собственно, и чисто теоретически тоже.

И тут уже вопрос состоит не об индивидуальных различиях, по большому счету (хотя и об этом тоже), а о принципиальном отличии двух совершенно разных менталитетов. Представители, которых никогда не дружили друг с другом и никогда дружить не будут. По крайней мере, ближайшие пару тысяч лет. Стандартный менталитет не любит менталитет творческий. И не любит – это, мягко говоря. С 1500 по 1800 год в самых разных развитых странах Европы сожгли десятки тысяч человек с нестандартным мышлением, ведущих нестандартный образ жизни.

И использовали при этом самые глупые и нелепые поводы. Что, собственно, подтверждено конкретными и многочисленными документами. На основе, которых проведены десятки обширных исследований. Пришедших практически к единому выводу: все обвинения – это абсолютная ложь, лицемерие и ханжество, зависть и ревность к чужим талантам и добродетелям, достижениям и успехам, реальной неординарности и оригинальности. В нашем сталинском режиме уже миллионы людей поплатились здоровьем, судьбой и даже самой жизнью за тоже самое.

Да и сейчас инакомыслящие, мягко говоря, не приветствуются. Особенно, когда это не проявление сиюминутных эмоций обычного человека. А серьезная и продуманная глобальная жизненная позиция достаточно умного и талантливого человека, способного нанести действительно серьезный ущерб деструктивной политике и идеологии правительства. Когда идет столкновение двух принципиально различных фундаментальных менталитетов и мировоззрений. Когда речь идет не о том, что кто- то в чем-то чуточку лучше или хуже, а о том, что есть разум и есть глупость, есть гармония и есть примитивность, есть подлость и есть благородство. И компромиссы между ними, по большому счету, невозможны. Ибо, эти явления являются вечными антагонистами друг для друга. И это не отдельные психологические или интеллектуальные особенности, а принципиальные и фундаментальные ценности из разных систем координат: житейской и духовной, совершенной и упрощенной, банальной и гармоничной.

Правительствам большинства стран откровенно выгодно то, что его народ не имеет истинной одухотворенности, а лишь тешит себя мыслью об ее наличии. Пользуясь, при этом, лишь многочисленными и разнообразными суррогатами духовности.

Проблематичность и драматичность столкновения двух менталитетов состоит в том, что девяносто процентов представителей творческого менталитета, как правило, не идет во власть. В результате чего возникает вполне естественная и закономерная ситуация, когда девяносто процентов представителей власти являются представителями, в лучшем случае, стандартного менталитета. А, нередко и откровенно деструктивного (третьего типа) менталитета. Что, собственно, они могут дать своему народу и государству? По большому счету, ничего хорошего. Это только в очень редких случаях тот или иной начальник берет себе в консультанты представителя творческого менталитета. Если, конечно, хотя бы в общих чертах понимает то, что это такое и с чем это едят. Почему люди творческого менталитета не идут во власть? Все просто и даже элементарно: им дороже собственное творчество. И лишь немногие творческие люди, чье творчество носит конкретно социальный характер, могут для наиболее успешного его воплощения и реализации идти во власть. Чтобы повысить уровень гармонии хотя бы в каком-то отдельном аспекте жизни в конкретном населенном пункте. Да и получить от этого чувство собственного удовлетворения собой, своим творчеством и жизнью в целом.

В научно – исследовательском институте появился новый сотрудник, который за три года работы сделал столько изобретений, сколько остальные пятьсот человек вместе взятые. И это при том, что триста из них работали по двадцать-тридцать лет. В результате человеку создали, что называется, соответствующие условия, и он сам уволился.